Чтение онлайн

— Баск?

— Как уже успели выяснить — в Витории этого сеньора никогда и не было. Так что — неясно. Хотя документы для покупки были справлены очень хорошо. Все выглядит так, словно их на самом деле выдавали живому человеку, только он… никогда не существовал. Во всяком случае, в Витории семейство де Васкес не помнят.

— Как-то все сложно и странно…

— Увы, это обычно, сир. Обычная покупка на подставное лицо. Так много кто поступает.

— Стрелок оставил после себя следы?

— Несколько старых черных рубашек и остатки еды, которые относились к традиционной кухне басков и колониальной. Например, объедки вареного маиса.

— И ты говоришь, что это не баски?

— У них нет мотива. Не больше обычного. И все это выглядит так, словно стараются увести след именно к ним. Нарочно. Только там, если указанный сеньор и не существовал, концов не сыщешь. А при обострении можно получить гарантированную Гражданскую войну. Баски очень тревожный и раздражительный народец. Как гасконцы, только хуже. Да и, повторюсь, зачем им это?

— Тогда русские.

— Им тоже выгоды нет.

— Как нет?

— Ослабление Западной Римской империи ведет к чрезвычайному усилению Восточной. А им это совсем не нужно. Им бы, наоборот, Габсбургов ослабить даже за счет усиления нас. Они даже осторожно спрашивали — как они могут помочь. Несмотря на внешнюю напряженность, Москва к нам настроена скорее благожелательно.

— И принц?

— Принц, без сомнения, многим бы пустил кровь, возвращая должки. Но конкретно Филипп ему ничего не сделал. И мотива нападать на него у Алекса не имелось. Разве что ударить таким образом по вам, обходя прямой запрет Петра устраивать покушение на вас. Но… это все натяжки. У вас немало врагов, имеющих куда более веские основания пытаться вам навредить.

— Но у них нет таких возможностей.

— Да, безусловно. Но против русских и доказательств нет никаких. Если бы удалось поймать стрелка, многое бы прояснилось. Но, совершенно необязательно. Настоящие исполнители могли найти одержимого дурачка, которого после покушения тихо где-нибудь прибили. А если нет, то его уже почти наверняка нет в Мадриде, а, возможно, и в Испании.

— И кому, по твоему мнению, это выгодно?

— Только Святому престолу.

— Им?! Но зачем? — удивился Людовик.

— Вы с Габсбургами слишком сильно давите на них. И забирается все, до чего можете дотянуться. Насколько мне известно, Святой престол на словах вас поддерживает. Но на деле, в кулуарах, идут крайне раздраженные разговоры. Смерть Филипп порождает очень тяжелый кризис власти, из которого они смогут выйти окрепшими. Но опять-таки — это лишь домыслы. Доказательств нет. Все сделано чисто и аккуратно.

— А куда Филиппа ранили?

— В живот, сир. Поэтому я и полагаю, что либо уже мертв, либо вскорости преставится. Такие ранения… их почти никогда не лечат. Как мне сказали, содержимое кишечника попадает в брюшную полость, из-за чего происходит заражение и мучительная смерть.

— Проклятье! — процедил Людовик. — А из какого пистолета стреляли?

— Пистолет русский. Но это ни о чем не говорит. Их сейчас можно купить достаточно свободно. Да чего и говорить — у нас половина кавалерийских полков ими вооружены.

— Ты знаешь, мне кажется, что это русские. Просто мстят мне таким образом по совокупности.

— Сир, доказательств нет. Мы можем только гадать.

— Так найдите их!

— Какие именно? Кто должен быть назначен виновен? Русские?

— Что вы несете?! Они убили моего внука и наследника! Я хочу знать, КТО это сделал! Ох… — схватился за сердце Людовик.

— Сделаю все что в моих силах. И даже больше.

— Все, ступайте.

— Сир, это еще не все.

— Что? Кого-то еще убили?

— Наш десант в Алжире оказался в западне.

— Как? — напрягся Людовик.

— Пираты… Они сначала имитировали бегство при подходе нашего флота. Позволили ему высадить экспедиционный корпус. А после того, как это завершилось, они атаковали ночью флот, стоящий на рейде. Большая часть экипажей была на берегу. Так что оказать им какого-либо значимого сопротивления флот не смог.

— И каков итог этого ночного боя? — хрипло спросил Людовик.

— Наш десант оказался отрезан от снабжения, а наш объединенный с Испанией средиземноморский флот в основном уничтожен. Успело вырваться очень немного кораблей.

— Боже…

— Да, сир. Сколько там продержатся наши люди? Я не знаю. Нужно предпринимать быстрые, решительные меры. Я уже распорядился собрать совет министров. Нужно переводить в Средиземное море Бретонскую эскадру.

— Чтобы эти пираты уничтожили и ее?

— Они напали, когда адмирал посчитал себя победителем. Расслабился. Справил людей на берег. Это… это безумие. Безответственность! Если бы он был начеку и не забывал, что воюет, то ничего подобного бы не произошло. Уверен, что Бретонская эскадра справится намного лучше. И ее нужно вводить в игру незамедлительно. Иначе наш экспедиционный корпус, высаженный под Алжиром, обречен…

[1] В этой реальности после бунта стрельцов в самом конце 17 века их переформировали. Упразднив как самостоятельное войско, стали использовать этот статус и пакетом привилегий для армейских отставников, выходящих на пенсию в поселение. В качестве личного поощрения за службу.

Часть 1

Глава 3

1714, май, 22. Москва — Маньчжурия

Звякнул колокольчик, извещая о прибытии лифта.

Царевич даже не повернулся. Как стоял у окна, так и продолжил, вглядываясь вдаль.

Открылись двери.

Вошло несколько человек.

В обычной ситуации сопровождающие удалялись, но не сейчас. Целый Герасим с парочкой самых преданных лейб-кирасир. Рисковать царевич не хотел. Да, гостей тщательно обыскали и разоружили. Но все равно… все равно…