Чтение онлайн

Я что, не заслужил права поесть на свой вкус?! — негодующе вскричал упомянутый нарушитель дисциплины.— Да ты сначала сам хоть что-то полезное сделай для блага ордена, лживый скользкий предатель, прежде чем старых верных соратников Повелителя куском попрекать!

Господин наместник,— бесстрастно вопросил Шеллар, устремляя на Харгана выжидающий взор своих бесцветных ледышек,— как я должен вести себя, если этот некомпетентный психопат опять полезет ко мне драться?

Это я некомпетентный?! — «Старый верный соратник» от обиды сорвался на визг.— Господин наместник, позвольте, я его укушу!

Компетентные специалисты не впадают в истерику, не кидаются с кулаками на подследственных и не гибнут так по-глупому.

Наместник приподнялся со стула, встопорщив крылья под плащом, и в полный голос заорал:

Молчать! Заткнуться! Всем! Или сейчас я сам кого-то покусаю! Брат Шеллар, я запрещаю тебе раскрывать рот без моего повеления! О поведении вампиров поговорим отдельно! Мы обсуждали ситуацию в Мистралии! Продолжай, мастер-вор.

Спасибо.— Астуриас принялся объяснять, что уже сделано для укрепления новой власти в Мистралии и что он еще собирается для этого сделать. Взгляд его в это время ни разу не обратился в сторону наместника, но неотрывно следил за Шелларом, словно одноглазый впервые увидел говорливого советника и жаждал изучить эту аномалию. Когда речь зашла об уже упомянутом «рассаднике криминала», который мастер-вор решительно рекомендовал не выжигать, а, напротив, эффективно использовать, неугомонный Шеллар поднял руку, требуя слова.

Брат Шеллар, твое мнение по вопросу мы уже слышали,— устало откликнулся Харган, понимая, что советник не отстанет.— Не надо повторять.

Благодарю вас, я не собирался повторять свою точку зрения, она и так всем понятна, как и симпатии мастера Астуриаса к уголовным элементам. Но я хотел бы слышать ваше собственное мнение касательно взаимодействия служителей господа с криминальными структурами.

Харган не видел ничего плохого в том, чтобы использовать уголовников. Повелитель поступал так постоянно, и сейчас на него работали все окрестные банды, а многие из тех, кто прежде охотился в пустошах, ныне командовали подразделениями его армии. В таком вопросе только одно имеет значение: кто кого на самом деле использует. Главное — именно в этом не проколоться. Но при такой постановке вопроса, которую предложил брат Шеллар, согласие с его оппонентом уронит авторитет ордена... Он что, нарочно с этим выступил?

—Зависит от обстоятельств,— выбрал наиболее нейтральный ответ наместник.— Например, в Ортане, где все благополучно, в таких действиях нет необходимости. В Мистралии же для нас будет ценна любая помощь. Но! Мастер Астуриас, ты головой отвечаешь за результат. Они должны работать на нас, а не мы на них. Если я увижу, что стоимость их услуг хоть немного превышает полезность, спрошу лично с тебя. Что ты опять хотел сказать, брат Шеллар? Ты уверен, что это важно?

Я хотел лишь напомнить, что, если вы сомневаетесь в честности намерений мастера Астуриаса, третья ступень посвящения решит все проблемы так же верно, как это произошло в моем случае.

Спасибо, я это и без тебя знаю,— раздраженно отозвался Харган, отмечая себе на память: больше не пускать этого патологически честного фанатика на совещания.— Кабальеро да Коста и мастер Астуриас уже знают, что им надо пройти три ступени посвящения. Осталось лишь согласовать сроки...

Одноглазый еще раз пристально посмотрел на Шеллара и вдруг во всеуслышание заявил:

Я отказываюсь.

Что?! — угрожающе рыкнул Харган, окончательно сознавая свою главную ошибку.

Я отказываюсь проходить посвящение. Если вас не устраивает вольный наемник на должности министра, я готов сложить с себя полномочия и удалиться в любом указанном вами направлении или заняться делом, какое вы сочтете возможным мне доверить, хоть мыть полы в вашем храме. Но сделать из себя вот такое...— Он кивком указал на бывшего короля.— Извините, господин наместник, нет таких денег и такой власти, которые заставили бы меня отказаться от собственной личности. Даже бессмертие того не стоит.

Присутствующие загалдели, брат Павсаний принялся уверять, что посвящение безвредно, и приводить в пример себя, брат Джареф — объяснять, что Шеллар чересчур упорствовал в своих враждебных намерениях, а тем, кто приходит служить ордену добровольно, опасаться нечего, Блай — напоминать, что Шеллар таким и был, и посвящение лишь вернуло ему истинный облик, сам Шеллар охотно поддакивал всем троим...

А наместник горестно наблюдал за всем этим, подперев кулаком гребень, и понимал, что подлец Шеллар даже после посвящения, даже без всяких там «враждебных намерений», будучи верным слугой Повелителя, одним своим существованием умудрился подложить ордену грандиозную свинью. Сколько бы теперь ни рвали глотки честные братья, доказывая очевидное,— все это бесполезно. Прецедент создан.

И теперь любой вражеский шпион может запросто отказаться от посвящения, мотивируя свой отказ печальным опытом брата Шеллара и выражая готовность служить ордену там, где посвящение не требуется. Хоть полы мыть.

—Ты понимаешь, что ты наделал, дубина? — устало вздохнул Харган, падая в королевское кресло и аккуратно расправляя крылья, чтобы не помять.

Шеллар неподвижно торчал напротив, не смея садиться без приглашения. Лицо его по-прежнему ничего не выражало, и, попробуй наместник на советника накричать, обругать, пнуть или откусить ему что угодно, выражение этой каменной рожи не изменилось бы.

— Я понимаю, что произошло. Однако моей вины в этом нет.

Кто тебя за язык тянул? Ты промолчать не мог? Пока ты молчал, не так было заметно... А теперь что?

Можно издать официальный указ, объявляющий отказ от посвящения достаточным поводом для обвинения в шпионаже...

Да нельзя, нельзя издать такой приказ! Согласие должно быть добровольным! Только добровольным! Указ будет означать давление!

—Можно попытаться как-то восстановить мой прежний облик и стиль поведения, чтобы вопрос отпал сам собой. Только я не знаю, как это можно сделать. Пусть подумают ваши маги и мистики.

Харган еще раз оглядел советника, словно надеялся найти в нем какие-то изменения, и грустно махнул рукой:

—Садись, не маячь. Что у тебя с переработкой проекта? Ты хотел что-то со мной согласовать.

Шеллар сложился втрое, опускаясь на ближайший стул, и раскрыл папку с упомянутым документом.

—Начну с главного. Основной вопрос дальнейшей стратегии. Расширение зоны влияния или укрепление завоеванных позиций? В прежнем варианте проекта вопрос решался однозначно: мне требовалось время на сбор информации и подготовку возможных диверсий, Элвису — на организацию эффективного сопротивления. Если рассматривать этот пункт с противоположной точки зрения — насколько это будет выгодно ордену — выбрать верный вариант окажется не так просто. С одной стороны, откладывая дальнейшее продвижение на север, мы действительно даем Лондре время хорошо подготовиться. С другой — мы не можем позволить себе распылять наши силы. Уже сейчас нам их не хватает. Для построения теократического государства на месте бывшего королевства Эгина потребуется грандиозный репрессивный аппарат. Для усмирения Мистралии — мощная боеспособная армия. Подкрепления, которые мы получаем от Повелителя, по мере накопления, возможно, обеспечат наши нужды на юге, но для обращения севера их будет недостаточно. Что думает по этому поводу сам Повелитель? Вопрос настолько неоднозначен, что я затрудняюсь с уверенностью рекомендовать какой-либо из двух вариантов и готов проработать тот, который мне укажут.

Я спрошу Повелителя,— пообещал Харган, который и сам затруднялся выбрать что-то в такой ситуации.— В любом случае начинай пока работать над укреплением. Продвигаться дальше мы будем только через цикл, не раньше. К тому времени Повелитель покончит с последними Оазисами и сможет прислать больше людей. Тогда же будет готова новая партия излучателей. В перспективе он намеревался переселить сюда всех своих последователей. Он им это обещал. Так что недостатка в людях у нас не будет.

Все ясно. Далее. Вопрос несколько щекотливый, возможно, это не мое дело, возможно, Повелитель учитывал этот нюанс при планировании и заранее предусмотрел способы решения проблемы, но все же считаю своим долгом обратить на нее внимание.