Чтение онлайн

Я из Олбани. Я там вырос. Я хорошо знаю это место. Пока «Леди Аброльос» неслась на юг, я старался рассуждать логически и перебирал в памяти все места, где могли бы пригодиться слова «тяни» и «толкай». Я думал о дверях в гостиницах, туалетах, магазинчиках. Но как ни напрягал свой мозг, эти слова Питеркина не вызывали никаких ассоциаций.

Но до Олбани мы не добрались. После двадцати часов пути, когда показался остров Ротнест, вдруг послышался сперва громкий удар, затем металлический скрежет, после чего последовали противные звуки, напоминающие пулеметную очередь. Мы на что-то наскочили. Оказалось к тому же, вышел из строя правый дизель и сорвало лопасти винта. Это было непостижимо. Мы ругались каждый на свой лад. Я услышал, что юная Алекс изъясняется, и очень свободно, по-японски.

Ротнест был совсем рядом, там было полно опытных яхтсменов, готовых прийти на помощь. К сожалению, починить там судно мы не могли. Чуть дальше, в двадцати пяти километрах, находился Фримантл, где полно первоклассных доков. Выбирать можно было любое место, правда, нужно было помнить, что во Фримантле сидит кто-нибудь из подчиненных Элин Гундерссон с биноклями и поджидает нас, а в море через перископ за нами наблюдает подводная лодка.

Мы решили идти во Фримантл, дотащились на парусе до Роуз-Хед, пришвартовали судно так, что корму с названием «Леди Аброльос» мог увидеть каждый, кто входил в гавань.

— Мы оставим ее здесь, — сказал я, указывая на лодку, — и будем добираться до Олбани разными путями. И желательно порознь.

— Я пойду с вами, — сразу сказала Алекс.

Я покачал головой:

— Вы — с Джо.

— Зато с тобой я, — сказал Сергей.

— Нет.

Он уверенно кивнул:

— Попробуйте только улизнуть от меня.

— Хорошо.

Я добрался до Перта, прошел через его центр, на торговых улицах сначала заскочил в магазин спортивных товаров, оттуда легко проскользнул в продуктовый магазин, потом спрятался за углом галереи, пересек винные подвалы и там, где полно восточных ресторанов, почувствовал себя в безопасности. Сергея нигде не было видно.

С Веллингтон-стрит я позвонил к себе домой и прослушал по автоответчику все звонки, которые мне поступили. Разнообразные голоса что-то бормотали, но ничего важного не сообщали. Немного о работе, о развлечениях, о барбекю у Пита, об обеде с танцами в Юридическом обществе. В самом деле, подумал я, до чего же я занятой малый. Я был поглощен этой мыслью и не сразу осознал, что со мной разговаривает Джейн. В своей слегка торопливой манере, которую трудно не узнать, она извинялась за поздний звонок.

Затем она сказала:

— Кажется, подтверждается моя первоначальная гипотеза. Возможно, кое-что тебя удивит. Прилетаю завтра, — но не уточнила когда.

Я повесил трубку с некоторым облегчением. Нам нужны ответы на проклятые вопросы, а у Джейн они есть, и, благослови ее Бог, она принесет их прямо мне. Но Джейн может угодить прямехонько в лапы Элин или попадет к Сергею, поскольку оба наверняка узнали, возможно даже раньше, чем я, что записано на пленке моего автоответчика. Им нужно лишь набрать мой номер. Там самый несложный защитный код, но оба они разберутся с этим. В конце концов, их готовили в Москве.

Я начал волноваться. Джейн хитра, она знает, что за мной следят, следовательно, и за ней тоже.

Джейн уже летала в Западную Австралию. Это для нее не ново. Так что если она из Британии вылетит в Дарвин, а затем пересядет на местный самолет, как она могла бы догадаться поступить...

Я позвонил Бобу Коллису и поинтересовался, не было ли каких-нибудь важных звонков в последнее время.

— Да, был один.

— Когда?

— Прошлой ночью. Могли быть проблемы, но их нет. Слушай, я открыл бутылку своего «Рислинга». Лучшего не достанешь в Лампье.

— Да? — спросил я, а потом воскликнул: — О! — потому что до меня наконец дошло. — Выпьем как-нибудь.

Он ответил:

— Самое время — сегодня вечером.

Я повесил трубку, нашел газетный киоск, купил газету. Если кто-нибудь слышал наш разговор с Бобом, что нежелательно, но и не исключено, тогда слово «Лампье» их обманет. Оно обмануло бы и меня, если бы Боб прошлой осенью не рассказал мне о нем.

Джейн, как я полагал, находилась в коттедже Боба в Дейвсвилле, на берегу залива, где ее прятали раньше. Она была в безопасности, и мы с ней увидимся этой ночью у Лампье.

Я позвонил в агентство, предоставляющее машины напрокат. Оттуда за мной приехали, привезли в свою контору, наблюдали, пока я подписывал бланки. Были очень учтивы. Столкновения с Сергеем, с Элин пока избежать удалось. Я поехал на запад, через пригороды. Некоторые названия чудесны: Эппл-Кросс, Комо. Интересны и местные названия, такие как Муари и мое любимое Кулбеллап. Не знаю, что оно означает, но окончание «ап» показывает на близость воды. Названия даны аборигенами, а они понимают ее ценность.

Шли часы. Температура поднялась до тридцати градусов. Теперь мне было бы легко спрятаться от любопытных глаз в каком-нибудь кафе или держась подальше от главных дорог. Но я — уроженец Западной Австралии и, как все мы, обожаю море и серфинг с рождения. Меня вдруг потянуло на солнце и морской берег.

Я направился к Буссельтону, купил плавки и полотенце, затем поехал в Коварамап и остановился на вершине горы полюбоваться серфингом. Может быть, австралийский серфинг не самый известный, но, несомненно, лучший в мире, я в этом уверен.

Внизу перекатывались буруны. Прямые, словно прочерченные по линейке, они шли с интервалом в двести метров. Волны зарождались в полутора километрах от берега, вставали на дыбы и неслись с огромной скоростью к пляжу. Любители серфинга ждали момента, когда высокая волна подбросит их вверх и они, скользнув по ее крутым бокам вниз, будут раскачиваться, пока новая снова не заставит их взлететь на гребень.

Я не мог остаться равнодушным при виде всей этой красоты, хотя у меня были сомнения, смогу ли я удержаться на доске. Ведь я не занимался серфингом почти год. Кроме того, здесь я вряд ли кому-то попадусь на глаза. Никому и в голову не придет искать меня на большом расстоянии от берега.