Чтение онлайн

Гиэ слегка отвлекся, вероятно, переваривая новость о якобы опасном существе (я же не чувствовала, что это настолько требует внимания), но, когда склонила голову к нему, снова вернулся к моему вопросу.

– Это внутренняя дисциплина. Вся работа над собой и развитие, ведущее к высшему уровню, сосредоточенность на управлении разумом и эмоциями. Этому обучают с детства.

– Неужели женская природа на Тэсании не отличается от мужской? Мы же такие…– я начала жестикулировать, помогая себе руками высказать то, что хотела бы донести,– совсем другие. Эмоциональные, более трепетные и ранимые. Разве нет?

– Женская и мужская природа всегда будут различаться. Но наши мысли – это начало наших действий. И в отличие от вашего понимания этого закона мы воспринимаем это как истину в первой инстанции, как естественную жизненную необходимость. Женщин обучают мыслить в продуктивном направлении…

Заметив мое непонимание, Гиэ сделал паузу, а затем пояснил на человеческом примере:

– Например, женщина, находясь в обществе, не станет думать о том, как она провела время с мужчиной, вспоминать его в своей постели, детали их встречи…

– Неужели?! Разве возможно настолько роботизировать свой мозг?– поразилась я.

– Это очень старая потребность, укоренившаяся с самого появления рода на Тэсании. Так решили женщины Совета старейшин, когда впервые вырабатывали правила и законы жизни на Тэсании, прибыв сюда из другой части вселенной. С тех времен школа обучения управлению мыслями усовершенствовала методы развития такого навыка. Сейчас достаточно обучения контролю разума в десятилетнем возрасте в течение одного Тэя. А затем каждый год тэсанийки проходят краткосрочный курс совершенствования своего навыка – от трех до семи дней.

«Допустим, это им по силам»,– внутренне смутилась я.

– Иными словами, есть возможность все-таки скрыть истинные мысли?

Гиэ рассмеялся моей подозрительности.

– Ментальное сканирование не нацелено на постоянное выявление нарушителей. Это просто способность и желание чувствовать биоэнергию другого существа. Пока это только мысли и эмоции. Мы неустанно движемся по пути эволюции. Мы можем стать тонго, если продолжим свое развитие.

– Зачем становиться еще кем-то, если вы и так совершенны?– недоуменно нахмурилась я.

– Для нас иная ступень развития – это, как для человечества желание найти средство от всех болезней. В этом есть свои преимущества и несравнимо больший созидательный потенциал.

– Если только созидательный,– вынужденно согласилась я, потому что интуитивно это звучало правильно,– хотя я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь.

– Твоя «душа» очень молода,– заключил Гиэ, спустя несколько секунд, используя близкое мне понятие, а не чуждое – «Тэса».– Ты еще не чувствуешь единения с Тэсанией. Но оно наступит однажды. И придет осознание на уровне разума и чувств. Они сойдутся в одной точке, и наступит озарение.

От его слов стало так тепло и уютно, и в очередной раз я поймала себя на мысли, что уже не представляю, как бы жила дальше на Земле, зная об этом мире и его жителях, чувствуя подспудное родство и комфорт или просто наслаждаясь тем, что видела, даже при всей абсурдности их правил в отношениях. От невозможности выразить свое трепетное отношение к происходящему и признательность Гиэ за открытость и своеобразную щедрость его «тэсанийской души» так, как это обычно делала на Земле, я обняла себя за плечи и послала мужчине сердечную улыбку и теплый взгляд.

– Благодарю, Гиэ.

– И мне понравилась наша беседа,– признался он, не отводя внимательного взгляда.– Ты очень эмоциональная, но в тебе скрыт больший потенциал, чем ты думаешь.

В его карих глазах плескались радушие и искренность. Глядя прямо в них, я словно покачивалась на мягких волнах, а изнутри меня омывало спокойствием и благодушием.

В какую-то долю секунды я подалась вперед лишь на миллиметр, и Гиэ опустил глаза. Я очнулась от острой, как осколок, мысли, что позволила недопустимую откровенность, и смутилась. Извиняться было бы лишним: поставила бы и его, и себя в неловкое положение. Тем более, я не знала, что сейчас происходило между нами. Но щеки предательски покраснели: я почувствовала, как на лице щиплет кожу.

– Я провожу тебя к твоему корпусу, Кира,– тихо сказал Гиэ и поднялся.

Оставалось только сделать невинный вид и последовать за мужчиной к выходу из Розового сада.

Когда босые ноги коснулись мягкого ковра у дивана, я почувствовала, будто не была здесь очень давно и даже соскучилась. Горячий чай облегчил ноющую боль в животе. А принятие теплой ванны расслабило тело. Я наслаждалась покоем и тишиной собственного жилища. Хотя в голове после таких откровенных разговоров было, как на улице с двусторонним движением в семь полос, перемигивающимися светофорами, гудящими моторами и возмущенными сигналами, кричащими из окон машин водителями и душной пробкой.

И даже несмотря на позднее время, я не думала отправляться в постель. Сегодня я узнала о тэсанийских отношениях слишком много. Половина из этого не укладывалась в привычные рамки, вторая – вызывала недоумение. Сон улетучился сам собой. Я просто не могла отключить мозг, все перемалывала и передумывала. Оставался невыясненным вопрос про нэйад, но это было бы уже слишком для меня на сегодня. Нужно было освежить голову, прежде чем получить новую порцию информации. И завтра я это намеревалась сделать.

Конечно же, не забыла я и о том, что узнала о Райэле. Сначала была взбешена новостью о его статусе, полномочиях и возможностях, потом поостыла – ничего не изменить. С другой стороны, когда я все переосмыслила после беседы с Гиэ, то в некотором роде примирилась с ментальными способностями снежного человека, которые всегда вызывали во мне бурю эмоций. Наверное, от того, что я услышала об уровне Райэла, принесло облегчение. Теперь я могла понимать, почему закипаю, только увидев его – это просто психофизиологическая реакция на его энергетику. Я надеялась, что, зная это, мне будет гораздо легче сдержаться и не быть уже заранее настроенной на агрессивный лад. Однако какое-то смутное сомнение точило изнутри. Даже если он и вызывал определенные реакции моего организма, то это никак не оправдывало его поведения. Он по-прежнему сомневался во мне… Но и здесь можно было поспорить с самой собой.