Чтение онлайн

— Нужно, чтобы ты связался с моим партнером и все ему рассказал. Он рассчитывает на меня.

— Я уже связался, и он обо всем в курсе. Считает себя нашим должником. Просил передать, что сам со всем разберется, а ты можешь спокойно лечиться.

— Когда выйду отсюда, подарю ему свою долю.

— Почему? — сразу же насторожился Леха. Уверен, он сейчас подумал о самых худших вариантах.

— Потому что это давно его бары. Он со всем разбирается и все делает. Я только ставлю подписи, где без этого нельзя обойтись. И вот сейчас, я должен был продать квартиру, потому что не хватает денег на открытие еще одного бара, а разбираться со всем снова будет один Саня.

— Ладно, — встал он на ноги и пошел к двери. — Выздоравливай. Потом со всем разберешься.

— Можешь связаться с риэлтором? Скажи ей, что возобновим продажу квартиры чуть позже. Визитка на холодильнике. Ключи у Кэт или Егора.

— Хорошо. Все или что-то еще?

— Все. И перестань так улыбаться. Бесишь.

Мое лечение длится уже три месяца. Все идет не так быстро, как мне бы хотелось. Егор даже приблизительно не может сказать, когда я отсюда выйду:

— Что ты от меня хочешь? Я не могу на это повлиять. Все зависит только от тебя.

— Я здесь, чтобы вылечить алкогольную зависимость? Мы ее вылечили. Я не пью и нет никакого желания.

— Не ври хоть мне! — разозлился Егор. До этого ему удавалось держать себя в руках, но в последнее время я, видимо, задолбал его с постоянными разговорами о выписке. — Я разговаривал с психиатром. У тебя дистимия! И если ты выйдешь отсюда с ней, то максимум через неделю снова забухаешь!

— Что у меня?

— Это что-то типа мини депрессии. Врач говорит, что ты на протяжении многих лет ходишь подавленным. Вылечить это, значит победить твой алкоголизм.

— Все равно не понял.

— У тебя депрессия, просто в более легкой форме. Было что-то, что помогало тебе, и ты хотя бы вставал с постели, из-за чего все не перешло в более тяжелую форму. Это все не шутки.

За бутылкой я вставал с постели, — подумал про себя. А вслух сказал:

— Бар помогал.

— Боюсь, что это все началось до травмы, и даже до появления у тебя бара. Ольга Ивановна подозревает, что еще до твоего отъезда в Екатеринбург. Вопрос только, когда именно. Это тебе и нужно сейчас понять.

— Снова ничего не понял, — посмотрел я на Егора тупым взглядом.

— Короче, к следующему разговору с психиатром вспомни, когда ты в последний раз был счастлив. Тебе нужно понять, с какого момента ты чувствуешь себя подавленным или потерянным.

— Я знаю этот день.

Это день, когда Егор познакомился с Настеной. Именно тогда я потерял надежду на будущее с Кэт. А я безумно ее любил. После нее никто не смог даже всколыхнуть мое сердце.

Тот день является точкой отчета, с какого момента моя жизнь свернула не туда.

Мне тяжело давалась потеря Кэт. Еще сложнее стало, когда я перестал с ней видеться. Думал, что так будет лучше. И так оно, наверное, и было, но морально стало тяжелее. Ведь не видя ее, мысли о ней еще больше заняли голову, хотя казалось бы, что еще больше просто невозможно.

Последний гвоздь в крышку моего будущего гроба забила та авиакатастрофа. Только Димону удавалось поддерживать меня и останавливать от совершения глупостей. Тогда я не до конца осознавал, насколько важную роль он играл в моей жизни. Димон был моим другом, братом, опорой и ангелом-хранителем.

Тогда я и правда отвлекал себя от реальности переживаниями об Алиске. Только вот переживать, похоже, стоило о себе.

Помню тот день, когда принял решение уехать. Мы сидели с друзьями в баре, и я увидел, что толком-то никому не нужен. Что если уеду, никто от этого не пострадает. Они погрустят немного, но их жизнь не особо от этого изменится. И я уехал. Только не учел одного. Я сам пострадаю, если потеряю друзей. Они были мне нужны.

А дальше все накапливалось, как снежный ком. Заместо того, чтобы исправить одну ошибку, я продолжать совершать новые. А нужно было всего на всего вернуться домой, в Москву. Ведь мне и даром не нужен ни тот клуб, ни бары, ни этот чертов Петербург. Я так и не полюбил его. Там нет никого и ничего, что грело бы мне душу. Только Саня, которому будет лучше без обузы в моем исполнении.

Прошло еще полгода моего прибывания в клинике. Сегодня меня выписывают.

Это были долгие шесть месяцев. Ежедневно я разговаривал с психиатром. Ольга Ивановна помогла мне со всем разобраться, разложить в голове все по полочкам. Две недели назад перестал принимать лекарства. И мое состояние не ухудшилось.

— Мне кажется, тебе не стоит так спешно принимать решение. Подумай еще, взвесь все, — заговорил со мной Леха по дороге домой. Я попросил, чтобы из клинике меня забирал именно он и один.

— Это не спешное решение. Я обдумываю это с тех пор, как появились первые просветления в моих пропитых извилинах.

— Ты так же говорил, когда уезжал из Москвы.

— Я понять не могу. Ты что, не хочешь, чтобы я возвращался?

— Я не про твой переезд говорю, а про бизнес.

— Лех, барами давно целиком и полностью занимается Санек. Я только по документам как-то фигурирую.

— Ну тогда подари ему свою долю и все. Зачем квартиру в Питере собираешься продавать?

— Я обещал достать деньги на развитие. Слово нужно держать.

— Значит, продашь Питерскую квартиру, вложишь деньги в бизнес и подаришь его Саше?

— Это будет правильно. А оставшиеся деньги с квартиры останутся мне на операцию.

— Но бары — это твой единственный источник дохода. Как ты будешь жить?

— Встану на ноги и заработаю, не вижу проблем.

— Вот теперь я вижу перед собой того Андрея, которого знал, а не его жалкое подобие, — произнес самодовольно друг. Он явно горд, что им удалось вернуть меня на путь истинный. — И не забудь, как встанешь на ноги, я надеру тебе задницу!