Чтение онлайн

– Ты тоже не в куклы играл всю жизнь, - отвечаю ему, хватаясь за прилично побитую грудную клетку. Отхожу в сторону и перевожу дыхание. Джанин смотрит на меня таким странным взглядом, словно ей страшно и она восхищена одновременно.

– Легче? – спрашивает Джейкоб, похлопывая меня по плечу.

Киваю. Этот приступ действительно прошел намного быстрее и легче, чем предыдущие.

– Да, спасибо.

– За что?

– За то, что вовремя понял, что со мной происходит.

– Знаешь, сколько я таких видел за все время в лагере? Полно! Только вот… - он слегка запинается. – Чтобы приступы случались настолько часто – редко видел.

– Все очень плохо? – спрашиваю только у него полушепотом.

Джейкоб тихонько кивает.

– Да, парень. С тобой творится самое что ни на есть дерьмо.

Лишь дергаю плечами.

– Все, представление окончено. Залезайте обратно в тачку.

Ребята послушно загрузились на заднее сиденье внедорожника, а я стоял около машины и пытался заставить себя сделать шаг. Слишком быстро А-2 съедает меня. Молниеносно. У меня очень мало шансов выжить.

Лекарство ведь может мне уже и не помочь при таком развитии болезни. Если у нас вообще получится его достать. Я доверяю Джейкобу, но считаю его идею немного сумасшедшей. Но а что остается делать? Только крайние меры.

Усаживаюсь, помогаю Джанин сесть на колени. Она больше не ерзает и старается не смотреть на меня. Боится что ли. Плевать.

К вечеру мы прибываем к перевалочному пункту, где уже собрались все пешие группы. Люди разбили палатки в чаще леса, подальше от прочих ненужных глаз и незваных гостей. Сидели тихо, даже когда до них оставалось около двухсот метров, ни раздавалось почти не единого звука.

Джейкоб велел заглушить мотор и почти на ходу выскочил из машины.

– Как наши дела? Все прибыли в целостности? Докладывай.

Парнишка лет семнадцати в дутой синей куртке подробно полушепотом Джейкобу рассказывал, как они добрались, что удалось выяснить, и какие вообще шансы на положительное окончание нашего похода.

Выхожу и принимаюсь прохаживаться вдоль рядов замаскированных листьями и ветками палаток, разглядывая лица людей. Не знаю, зачем. Ищу поддержку? Понимание? Вряд ли кому-то здесь лучше, чем мне. У всех своя история, вынудившая искать лекарства или смерти.

Сзади подходит Джанин и осторожно обнимает меня за талию.

– Ничего, мы со всем справимся. Вот увидишь, все будет хорошо!

Впервые чувствую, что не так уж и против «нас». Кладу руку на ее ладонь и чувствую, как она прижимается еще сильнее. Такая маленькая и трусливая, хоть и хочет казаться смелой.

– Я знаю, что справимся. Ты-то точно справишься, - говорю тихим голосом, скорее самому себе, чем ей. – У тебя еще много времени.

– У тебя тоже есть время. Вот увидишь, мы все успеем. Мы спасем тебя.

Джейкоб переговорил со всеми главными пеших отрядов, собрал всю необходимую ему информацию, и теперь расхаживает как важная птица перед людьми, выстроенными для окончательного марш-броска.

Вечереет. Главный распоряжается выдвигаться завтра после обеда, чтобы дать больше времени диверсанту.

– Группа с красным крестом пойдет первая. Оружие все попрятать. Не светить пушками и в целом не выделываться. Лишнего не вякать, держите рот на замке. Кто провинится – оставлю за стенами, подыхайте тут одни. Глаза прятать, ворон в небе не считать. Смотрите, куда хотите – под ноги, в лицо соседу, но только не прямо на патрульных.

– Что с диверсантом? – спрашивает Джоб, стоя справа от главнокомандующего.

– Если все пойдет по плану, то завтра ночью мы уже сможем попасть за стену.

– А что мы будем делать дальше?

– Как и планировали. Всем строго придерживаться плана. Шаг в сторону – расстрел! Запомните, только от последовательного и правильного исполнения всех ступеней плана зависит наш успех. Все держитесь главных ваших отрядов, не отставайте и не своевольничайте.

Вот только мне этот план никто не поведал, как и прочим. Думаю, лишь приближенные Джейкоба в курсе, что будет происходить там за стенами.

13.

Ребекка

Кресло, где сидела Молли, пусто.

Холли сидит на полу, сложив ноги по-турецки, и смотрит на нас испуганными глазами. Точнее, так она смотрит на винтовку, которую Уолтер снова достал и положил себе на колени.

Мы расселись в гостиной, где когда-то старушка принимала гостей. Гретта боится снимать защитную маску, словно отчаянием и безнадегой этого места можно заразиться.

– Ты меня помнишь? – спрашиваю испуганную девушку. Приходилось почти постоянно напоминать себе, что она приблизительно моего возраста. Но крохотный рост и огромные распахнутые глаза делали из нее почти ребенка.

– Нет, - тихо отвечает она. – Ты была у нас?

– Да, приходила с Даганом. Он тогда еще выменял лабораторный халат на крыс. Помнишь? Молли велела еще тебе принести их.

Холли тихонько кивает.

– Что с ней стало? С Молли?

– Она умерла, - почти беззвучно произносит Холли, и я вижу, как ей больно от этого. Она ведь теперь совсем одна осталась. –От старости. Я ее закопала в подвале.

– Прости, мне очень жаль. Послушай, мы не причиним тебе вреда. Хорошо? Я просто хочу кое-что узнать.

Но девушка все равно сидит натянутая, как гитарная струна. От каждого неловкого движения она вздрагивает и сильнее сжимает кулаки.

– Можешь мне ответить на пару вопросов?

Она кивает.

– Хорошо. Даган все еще приходит к тебе?

Вот оно. Наша надежда.

Холли снова кивает, и Уолтер облегченно выдыхает, как будто до этого вообще не дышал.

– Как часто?

– Раз или два в неделю.

– Когда он приходил в последний раз?

– На прошлой неделе.

– То есть, он скоро должен появиться? Так ведь?