Потерянная жизнь
Шрифт:
– Как скажете. Вы теперь куда путь держите?
– Я думаю, мы тут пару дней еще побудем, а потом пойдем на юг.
– Хорошая идея, а теперь, извините, - улыбается Сэм, косясь на дверь кабинета.
Наступает обед, а меня уже валит от усталости. Больше суток без сна.
От дома Джейкоба иду напрямую к медицинскому блоку, где нам когда-то выделили матрацы. Ставлю рюкзак у ближайшего и сразу же ложусь. Только сейчас осознаю, насколько я устал, насколько ломит ноги и туманится сознание.
– Алекс?
– Дай мне поспать, - говорю в подушку. – Я очень устал.
Отворачиваюсь от Джанин. Вечно везде хвостиком за мной ходит. Никакого личного пространства.
В очередной раз вспоминаю, как вжимал пистолет в голову той девушке. Словно яркая фотовспышка, на смену приходит другой кадр.
Целюсь в нее, а она готовится нанести удар топором. Вокруг темно. Она меня боится. Стреляю, но промахиваюсь. Убегает, бросает меня.
Но потом возвращается.
Значит, все-таки, правда.
Я ее знал.
Поворачиваюсь к Джанин, которая лежит на соседнем матраце и смотрит в потолок.
– Я тебе ничего не рассказывал про нее?
– Про кого?
– Про Ребекку.
– Ты о той девушке? Нет, ты всегда говорил, что ходил один.
Она даже не смотрит на меня.
– Зачем ты мне врешь?
Джанин поворачивает голову, и в ее взгляде вижу страх.
– Ты ее вспомнил? – спрашивает дрожащим голосом.
– Да, - пусть и не все. Но я точно знал ее. – Я вспомнил ее. Зачем ты врала мне?
Джанин прячет глаза, сжимает руки и начинает мямлить.
– Я думала, ты ее не вспомнишь. Я думала, мы сможем дальше вместе жить! – она поднимает на меня полные слез глаза.
– Ты специально врала мне, чтобы я не ушел от тебя?
Как же становится противно от нее.
– Я хотела как лучше! Мы будем вместе! Мы будем счастливы! Вот увидишь! Я так устала быть одна!
Не могу больше находиться в ее компании. Встаю с матраца, подбираю рюкзак и направляюсь к выходу.
– Куда ты? Ты не можешь меня так бросить!
– Еще как могу. Ты мне никто. Ты меня нагло обманывала, говорила, что ты моя девушка, хотя никогда даже ею не являлась! Боже, я же чуть не трахнул тебя!
– Алекс! Умоляю! Не бросай меня! Я не выживу без тебя! Подумай сам, какая разница – я или она? Чем я хуже? Чего нет у меня, что есть у нее?
– Совесть. И порядочность. Раньше выживала без меня, и сейчас выживешь!
– Нет, постой! – она подскакивает и спешит за мной.
– Не смей подходить ко мне! – направляю на нее пистолет, и это моментально прибивает ее к полу. – Не ходи за мной! Забудь мое имя и мое лицо!
– Нет, пожалуйста…Ты же не выстрелишь в меня? Ты не сможешь!
– Лучше тебе не знать, что я могу. Прощай, Джанин.
– Я люблю тебя! Алекс! Постой! – она плачет, но мне все равно. Внутри противно от самого себя. Что поверил, повелся на ее слова, хотя изначально чувствовал, что что-то тут не так. –Я же люблю тебя! Не меньше, чем она! – кричит мне в спину. Лучше бы заткнулась и не говорила того, чего не знает. – Я могу быть для тебя всем! Я смогу! Постой!
Не оборачиваясь, выхожу из медицинского корпуса и направляюсь к Сэму.
Дверь не заперта. Бесцеремонно захожу в комнату, где под одеялом кувыркаются два тела.
– Алекс?! Какого хрена?! –Сэм злобно смотрит на меня, выглядывая из-под одеяла.
– Прости, что прервал. Мне нужна палатка и еда прямо сейчас.
– А подождать не можешь?
– Сэм, прямо сейчас.
– Уходишь?
– Именно. Я спешу, Сэм. Пожалуйста.
– Иди в столовую. Спроси Круза. Скажи – Сэм велел. Он все тебе даст.
– Удачи, Сэм. Будь здоров.
– Ты тоже не хворай. Даст Бог, увидимся еще.
– Не думаю.
25.
Алекс
Брожу по земле в поисках самого себя.
Ее звали Ребекка Вай. Ей не было пятнадцати, когда мы встретились.
В поисках ее. Моей Ребекки. Лекарство действует на славу: воспоминания приходят отрывочно и внезапно. Но главное, что они приходят. Что успеваю – записываю, иногда исправляю записи, иногда что-то дополняю.
Я хотел застрелить ее, а она мне – раскроить череп топором.
В рюкзаке за спиной все самое необходимое – походный запас еды, патроны для пистолета, бутылка с водой. В нагрудном кармане лежит листок, пополняемый каждый день воспоминаниями о прошлом.
Я помню о ней очень мало. Какие-то кратковременные вспышки чувств и эмоций.
Она сильно болела. Я искал лекарство для нее.
Я очень сильно ее любил. Чувство потери этой любви растет ежесекундно.
Я предал ее, предал нас. Сердцем чувствую, что она была для меня больше, чем просто девушкой. Это был мой смысл жизни. Только ради нее я готов был просыпаться по утрам.
Как я мог такое забыть? Как я посмел?
Бреду вперед, без цели и конечной остановки. Просто потому, что не могу не идти.
Уолтер. Я спас его, и он пообещал присмотреть за ней.
В седьмой лаборатории она была одна. Что стало с этим Уолтером? Жив ли он? Вроде неплохой мужик был.
Стыдно за самого себя. Тошнит от того, что я делал. От того, что я предал ее и себя.
Учил ее стрелять из пистолета.
Прошло уже много времени с тех пор, когда я последний раз видел живого человека. Чтобы не сталкиваться с толпой зараженных, которые отправились на штурм других городов, взял направление на север. Сбился со счета, сколько дней назад попрощался с Сэмом.