Потерянное ищут во тьме
Шрифт:
Возле столика прямо на полу сидел, скрестив ноги, хозяин дома. Он держал на коленях большой кусок меха и шил, ловко орудуя иглой и длинной ниткой.
Он был совершенно сед – борода и волосы, длинные, заплетенные в косу. Но крепок, как старый кряжистый дуб. Он носил штаны из грубо выделанной кожи и ветхую рубаху с неровно обрезанными рукавами. На шее висело ожерелье из чьих-то зубов, длинных и острых. От их вида заныли свежие шрамы на ноге.
Этот человек ее спас и вылечил. Она обязана ему – по меньшей мере благодарностью. Неприятное открытие для той, что уже очень давно обходилась без чужой помощи и собиралась обходиться впредь.
– Спасибо, – негромко сказала она.
Он повернул голову и улыбнулся:
– День четырежды умер и народился вновь, пока ты спала, Дева-Сбежавшая-От-Псов. Исцелились ли твои раны?
Она пожала плечами:
– Кажется, да.
– Это хорошо.
Он вернулся к шитью, как будто важнее этого занятия ничего не было – уж точно не девушка, за которой ему пришлось ухаживать четыре дня. Она ощутила, что краснеет, и спросила сердито:
– Кто ты такой?
Он рассмеялся:
– Кто я? О, я могу многими именами назваться и под многими лицами предстать, но будет ли что-то из этого мною? И да и нет. Зови меня Шаманом – сейчас мне по нраву это имя. А как называть тебя, дева?
Очень давно ее никто не называл по имени. Даже она сама. Она потянулась мыслью туда, в глубину себя, но именно там было больнее всего. До имени она не добралась. Не посмела.
– Я не могу про это вспоминать.
– Плохо, раз так. Но хорошо, что ты сказала правду. Я буду звать тебя Бегуньей, потому что мало кому удается уйти живым от Гончих.
Конец ознакомительного фрагмента.