Чтение онлайн

— Да, у тебя есть братья, — с улыбкой сказал Император. — Вас семнадцать. Вы — примархи, мое лучшее творение.

— Семнадцать? — непонимающе переспросил Корвус. — Я помню, что был номером девятнадцатым. Как так может быть?

Император поник, преисполнившись глубокой скорби. При следующих словах он отвел взгляд от Корвуса.

— Двое других, — сказал он, — это отдельный разговор.

— Где сейчас мои братья? Они с тобой?

— Тебя и других примархов похитили силы варпа, разбросав по всей Галактике на противоестественных волнах. Вот как ты оказался под ледником на этой луне. Да, едва взглянув на тебя, я увидел, что выпало на твою долю, узнал о твоей жизни. Слух о тебе, о величественном создании, которое возглавляло восстание, разлетелся дальше, чем ты можешь себе представить, и именно он привлек мое внимание. Твоих братьев, тех, которых я нашел, также раскидало по отдаленным мирам. Как и ты, все они великие воины и лидеры. Это мой дар вам. Вы — самые лучшие полководцы, обладающие несравненным разумом и физическими способностями. Я сотворил вас из собственной генетической структуры как своих сыновей и командиров в Великом крестовом походе.

— Что это за поход? Скольких моих братьев ты отыскал?

— Большинство, — ответил Император. — У меня есть огромные армии воинов-Астартес. Так же как ты создан из меня, они — плоть от плоти твоей. Примархи — военачальники этих армий, которые отвоевывают Галактику для человечества. Долгая Ночь, Эра Раздора окончились. Во мраке тлеют останки империй древности, слабые угольки человечества почти утонули в бездонной мгле. Великий крестовый поход раздувает пламя, дабы искоренить суеверия, принеся с собой Просвещение вместо невежества. С твоей помощью я объединю человечество, и оно будет править звездами.

Так много предстояло понять, но Корвус знал, что все сказанное — правда. Не только слова Императора казались преисполнены смыслом, но также сама описанная им концепция затронула куда более глубокие чувства внутри его. То, что он примарх, созданный, чтобы сражаться и командовать, объясняло многое, чего Корвус никогда в себе не понимал. На уровне самой своей сущности, закодированной в каждой клеточке тела, Корвус осознал свое истинное предназначение.

— Я присягаю тебе в верности, — произнес он, преклоняя колено перед Императором. Корвус встретил взгляд Императора, и его охватила радость, которой он не ощущал даже после величайшей своей победы. — Я твой сын, твой примарх, и я повинуюсь твоей воле.

— Хорошо, — сказал Император. — Армия ждет тебя. Твои воины зовутся Гвардией Ворона, они герои, отличившиеся во многих кампаниях. Когда будешь готов, ты примешь командование своим легионом.

— Разве я уже не готов? — спросил Корвус, воспрянув было духом, но вновь разочарованный словами Императора.

— Пока нет, сын мой, — ответил Император. — Но вскоре ты присоединишься к братьям и займешь место подле меня во главе Гвардии Ворона. А пока расскажи мне о Киаваре. Каковы твои намерения?

— Принести мир на планету и ее луну, а также исцелить раны прошлого, — сказал Корвус. — С твоей помощью у меня все получится.

— Мир — самая сложная цель, — поучительно произнес Император. — Победа, прекращение войны, разоружение врага — всего этого можно достичь с помощью оружия и упорства. Мир? Это уже нечто совершенно иное.

Корвус нахмурился, но медленно кивнул.

Император сделал еще один глоток, не отрывая взгляда от сына.

— Поведай мне еще. Расскажи о ранах, какие ты и твои сторонники нанесли этой планете, и о мире, который ты хочешь создать с моей помощью.

Среди легионеров, находившихся во внутреннем хранилище, витало ощутимое возбуждение. Альфарию многое пришлось повидать за время службы своему легиону — образы необыкновенных миров, которые он не забудет до самой смерти, и еще более необыкновенных врагов, — но обыденность окружающей обстановки только придавала ей загадочности. Это была обитель науки, лаборатория, в которой Император начал воплощать в жизнь свое видение Галактики.

Альфарий незаметно обошел круг инкубаторов, пока не остановился возле номера «20». Последние, недооцененные, его примархи родились в этой конструкции из металла и стекла. Она казалась такой же, как все остальные, по ней и не скажешь, что внутри росли близнецы. Возможно, Император не намеревался создавать и Омегона, и Альфария. То, что они росли вместе, во многом повлияло на их странные узы и, наверное, на более худощавое телосложение по сравнению с остальными братьями-примархами.

Знали ли примогениторы Альфа-Легиона, куда отправляли своего агента? Определенно нет, подумал Альфарий. Кто мог знать, что это место до сих пор существует?

Все внутри пребывало в том же состоянии, как было оставлено десятилетия, даже столетия назад. Альфарию вдруг стало интересно, почему это место сохранили. Для каких целей? До него донеслось восхищенное бормотание магоса Орландриаза, получившего доступ к информационному терминалу в центральной колонне. Из кисти техножреца выползли провода и подключились к нескольким разъемам под мерцающей голографической рунной панелью. По широкому экрану побежали массивы символов, в глазах магоса отражался зеленый свет.

— Это… это восхитительно, — выдохнул техноадепт. — Здесь так много всего. Так много!

— Что ты нашел? — спросил Коракс, заглянув магосу через плечо.

— Я бы сказал — все. Генетические файлы на вас и ваших братьев. Больше века я изучал сплайсинг генов и манипуляцию ими, но понимаю здесь лишь малую часть данных. — Магос взглянул на Коракса своими странными глазами. — На анализ и расшифровку одних только базовых факторов уйдут годы.

— У нас нет в запасе такого количества времени, — сказал Коракс. — Хорус готовится к наступлению. Мне нужно что-то, чтобы восстановить Гвардию Ворона, а не плодить бесконечные тезисы и теории для твоих марсианских друзей.