Потерянные души
Шрифт:
– В моем откровении света нет. Это темный прилив в моей крови – темный, холодный, густой и настойчивый, говорящий мне: «Он жив».
Глава 2
Эрскин Поттер, будущий мэр Рейнбоу-Фоллс, штат Монтана, медленно бродил по темной кухне, ориентируясь по зеленому свету цифровых часов на двух духовках.
На верхней они показывали 2:14, тогда как на нижней 2:11, словно время у пола текло медленнее, чем ближе к потолку.
Во всем стремясь к совершенству, Поттер захотел переставить часы на 2:16, истинное время. Ко времени следовало относиться уважительно. Время – смазка, которая позволяет плавно функционировать механизму вселенной.
Закончив с более важным делом, Поттер намеревался переставить все часы в доме. С тем, чтобы дом находился в полной гармонии со вселенной.
А потом регулярно проверял бы часы, чтобы убедиться, идут ли они правильно. Если бы они спешили или отставали, Поттеру не составило бы труда их отрегулировать.
Кружа по кухне, он проводил рукой по прохладным гранитным поверхностям столешниц… и нахмурился, наткнувшись на крошки. Они впились в ладонь.
Он поднял ладонь к носу и понюхал крошки. Тесто, масло сои, пальмовое масло, сыр из обезжиренного молока, соль, перец, дрожжи, соевый лецитин.
Слизнув крошки с ладони, он подтвердил сделанный анализ: крошки от соленых галет с сыром «Чиз-ит».
Галеты «Чиз-ит» ему нравились. В отличие от крошек, оставленных на кухонной столешнице. Такое он терпеть не мог.
Подойдя к плите, он поднял решетку одной из газовых горелок, отложил в сторону, помялся, потом все-таки провел пальцем по нержавеющему поддону. Жир.
Эрскин Поттер считал, что плиту необходимо чистить после каждой готовки, а не один-два раза в неделю. Любой инструмент, или механизм, или система работали лучше и служили дольше, если поддерживались в чистоте и порядке.
В раковине он нашел посуду, которую следовало вымыть: тарелки, миски, ложки, ножи и вилки, сунутые в стакан. Но остатки пищи с посуды все-таки смыли.
Он не сразу открыл холодильник, предполагая, что увиденное там его разозлит. А злость снижала концентрацию и уменьшала эффективность.
Концентрация и эффективность играли важную роль. Так мало людей этого мира обладало должными концентрацией и эффективностью. Ради блага этой планеты таких вот рассеянных и неэффективных следовало убить.
Став мэром Рейнбоу-Фоллс, штата Монтана, он не обладал бы достаточной властью, чтобы уничтожить миллионы людей, но собирался достойно выполнить возложенную на него миссию. Какие бы властные полномочия ни получал член Коммуны – с большой буквы «К», – какое бы ни выполнял задание, его ценили точно так же, как любого другого.
Абсолютное равенство – этот принцип по важности не уступал концентрации и эффективности.
Всестороннее сотрудничество с другими членами Коммуны тоже входило в число важных принципов, таких, например, как поддержание режима секретности: обычные мужчины и женщины не должны были знать о существовании Коммуны.
Были и другие важные принципы, но ни один не считался важнее другого. Отсутствие иерархии ценностей упрощало принятие решений. Столкнувшись с любой проблемой, оказавшись в сложной ситуации, Эрскин Поттер – как и любой член Коммуны – принимал наиболее эффективное решение, стремясь максимально быстро добиться нужного результата, и никогда не сомневался в том, что действует правильно.
Под моралью подразумевалась эффективность. Под аморальным – неэффективное.
Проверяя собственный самоконтроль, рискуя разозлиться, Эрскин Поттер открыл холодильник. Какой бардак!
Банки с оливками и маринованными огурчиками стояли на одной дверной полке с пластиковой бутылкой шоколадного сиропа. Каперсы, горчица, кетчуп и сальва, которым полагалось составлять компанию оливкам и маринованным огурчикам, оказались на одной полке с баллоном взбитых сливок и банкой вишенок для коктейлей, которые, очевидно, следовало ставить к шоколадному сиропу. И на полках тоже все стояло вперемешку.
Ужаснувшись, Поттер даже зашипел сквозь стиснутые зубы. Но, несмотря на негодование, не позволил себе разозлиться.
В твердой решимости быстро завершить порученное дело, закрыл дверцу холодильника.
Над его головой чьи-то шаги пересекли комнату. И тут же Поттер услышал, как кто-то спускается по лестнице.
В коридоре вспыхнул свет. Пройдя сквозь хрустальный плафон, лег геометрическими фигурами на пол и стены, будто разделив реальность на фрагменты.
Эрскин Поттер не убежал. Не спрятался. Остался у холодильника.
В дверном проеме появился силуэт. Под потолком кухни зажглись флуоресцентные лампы, наполнив воздух холодным белым светом.
В пижаме и шлепанцах, вероятно, решив утолить ночной голод, нынешний мэр Рейнбоу-Фоллс, штат Монтана, появился на кухне. Ростом пять футов и десять дюймов, весом в сто восемьдесят фунтов, пятидесяти двух лет от роду, с каштановыми волосами и круглым, добрым лицом, сын Лоретты и Гейвина Поттер. Звали его Эрскин.
Нынешний мэр Поттер застыл, не веря собственным глазам, когда увидел на кухне своего двойника.
– Эрскин, – будущий мэр Поттер не стал затягивать паузу. – Мой дорогой брат. Я искал тебя полжизни.
Он солгал. Лоретта и Гейвин Поттер не были родителями незваного гостя. У него вообще не было ни отца, ни матери. Он и не рождался. Его вырастили в считаные месяцы, запрограммировали и отправили в этот мир.
Он прикинулся братом-близнецом майора Поттера лишь для того, чтобы сбить с толку и обезоружить свою жертву.
Произнося эти слова, он уже шел к нынешнему мэру, раскинув руки, словно решив обнять родственника, с которым так давно не виделся. Схватил мэра за плечи, резко вогнал колено ему в промежность и толкнул в угол у двойной духовки с неправильно установленными часами.