Потерянные в лабиринте
Шрифт:
Однако несмотря на весь ужас и агонию материальной субстанции, несмотря на патологическое сходство первозданной Материи с современным человечеством, Клеон не мог признать правильным путь полного уничтожения материальной природы вместе с со всеми ее инстинктами. Потому что тогда все существование человека в материальном теле и существование самого материального мира полностью теряло смысл.
«Что же лежит в основе этой противоположности? – думал иногда Клеон. – Нельзя же просто признать материальное и духовное в человеке противоборствующими силами и идти по пути уничтожения одного из них. Как-то же получилось, что эти две противоположности оказались в одном человеческом существе. Не могло же это действительно произойти по ошибке. Нет, и не может быть ошибок в мироздании в принципе.
Клеон, конечно, понимал, что дошел в своих рассуждениях до примитивных вопросов – что первично – сознание или материя? – но ничего поделать с этим не мог. Вопрос оставался открытым, несмотря на то, что решению этого вопроса было посвящено огромное количество теорий и учений.
«Что представляет собой эта противоположность? – спрашивал себя Клеон. – Почему для развития одной из сил, заложенных в человеке, нужно подавление и уничтожение другой? Что в таком случае действительно первично в человеке – духовное или материальное?»
«Кем же мы были в самом начале? – с тоской думал Клеон, – сгустком неразумной, пульсирующей материальной субстанции или высшим духовным существом со стопроцентным потенциалом? Как получилось так, что эти две никак не связанные между собой силы оказались вместе, в одном существе? А противоположны ли они на самом деле по своей сути? И были ли эти силы вообще – духовная и материальная – противоположными в самом начале?».
2.5 Первородные боги планеты
Материя, безжалостная и вечно движущаяся субстанция,
подчинялась только собственным инстинктам –
существования и тотального размножения.
Обладая неимоверной силой и мощью,
Материя, постоянно мутируя и размножаясь
с невероятной скоростью, наращивала свой потенциал.
И очень скоро одной планеты оказалось недостаточно…
…Твари … мерзкие, скользкие Твари, порождения вечно скрывающейся от света «темной энергии», способные вызывать только невыразимый ужас и омерзение; само-зарожденные в кишащей протоплазме и не имеющие права на существование. Омерзительные Твари, не признающие ничего, кроме собственного удовлетворения, наполненные неконтролируемой злобой и неукротимой яростью, существующие в вечно движущемся хаосе.
Именно «те, другие» были исконно первыми – древними – обитателями планеты, родившейся под Взрывом горящей звезды.
Первородные… Заполнив собой все поверхность планеты, «древние» провозгласили собственное царство и сами избрали себя «богами», так как не знали и не могли знать других богов. Они были единственными, кого они видели. Никогда не видевшие Света, рожденные в вечной тьме и нестерпимой жаре горящей Звезды, заполненной «темной энергией» после Большого Взрыва, порождения Материи сами нарекли себя хозяевами и властителями, собираясь править вечно. Поедающие плоть друг друга и пьющие кровь себе подобных, истинные древние становились в этом первозданном ужасе только сильнее.
«Древние боги» планеты… Не останавливаясь в своем мерзком развитии, они распространились по всей планете, строя и возводя себе такие же мерзкие жилища и места обитания. Омерзительные порождения «темной энергии» знали только себя и себе подобных, и потому полноправно считали себя богами. Они установили собственное царство, превратив новую рожденную планету в мерзость запустения. Изначально, из копошащейся первородной протоплазмы выходили слабые и неприспособленные для долгого существования соединения и формы. Только это было вначале.
Материя хотела только одного – существовать, и обладая мощнейшими инстинктами к самому существованию быстро адаптировалась к внешней среде. Очень скоро вместо диких и нереальных сочетаний форм и соединений появлялись все более сильные и адаптированные Твари.
Горы живой плоти постепенно обретали форму. «Те, другие», не стали от этого более понятными. Для всего Космоса, для совершенного Света эти формы были совершенно чужеродным явлением. И форма, и содержание неведомых материальных Тварей не починялась, да и не могла подчиняться, космическим законам. «Те, другие» само-зародились и существовали вне закона.
Формы первородных Тварей можно было считать надругательством над красотой и космической гармонией. Но для материальных существ, имевших только одну цель – выжить форма не имела никакого значения. Да и не знали они других законов, кроме тех, которые провозгласили себе сами:
Жизнь…Существование…Движение…
Развитие… Адаптация… Размножение…
Удовольствие…Удовлетворение… Агония…
Это были главные и единственные законы на планете, установленные теми, кто сам себя провозгласил богами нового зарожденного мира.
Древние… Древние боги планеты… Другие боги…
Несмотря на свой первичный шок и оцепенение, Клеон постепенно привык к своим видениям, даже к самым ужасным и отвратительным. В какой-то момент он понял, что как бы он ни пытался вернуться к светлым и радужным видениям Города Света и совершеннейшим существам чистого Света, его разум в глубинном погружении в генетическую память неизменно приводил все к тому же вселенскому ужасу – первозданной, само-зарожденной материальной субстанции и порожденным ей Тварям. Он также четко понял, что не может ничего изменить в своих исследованиях, пока не поймет, что все-таки скрыто в инстинктах и первобытных импульсах материи, и почему законы первородной Материи на самом деле управляют современным человечеством.