Чтение онлайн

– Джед Лайкенс, немедленно прекрати! – С трудом переводя дыхание, Сузанна уверенно навела на Лайкенса ружье.

Он оглянулся, увидел Сузанну с ружьем и принялся так материться, что и святой Петр покраснел бы. Аннабет опустила голову на землю, а ее крики перешли в жалостливые рыдания. Сквозь эти рыдания она молила Господа и мисс Редмон помочь ей и детям.

– Не твое собачье дело, лезешь тут всюду! Шла бы ты в свою церкву, будь она проклята, я сам со своим семейством слажу!

– Помоги Аннабет подняться. Я серьезно говорю, мистер Лайкенс.

– Эта сучка все врет, ей еще не так вдарить надо! Это никак Джереми примчался к тебе поплакаться? Ну я тебе всыплю, поганец! Ты у меня дождешься!

– Если ты хоть пальцем снова дотронешься до Джереми, предупреждаю, я сделаю так, что тебя арестуют.

– Хрен ты меня арестуешь! Я тут всем заправляю, будьте вы все прокляты! Ты их тут своими хитрыми словами дуришь, а сама ни черта не знаешь. Моя семья: как хочу, так и учу. И не твое дело, что с ними будет. Я уж постараюсь, чтобы ты об этом не позабыла, – с этими словами он отпустил жену и встал. Сжимая и разжимая кулаки, Джед с гадкой ухмылкой уставился на Сузанну.

– Только сделай шаг вперед, я выстрелю, и ты улетишь в соседнее графство.

– Не смей трогать ее, Джед! Не смей трогать мисс Редмон, слышишь? – заголосила Аннабет. Она повернулась на бок и ухватилась за лодыжку мужа. Даже не обернувшись, Лайкенс лягнул ее. Аннабет вскрикнула и свернулась в клубок, обхватив руками живот.

– Ты не выстрелишь. – Лайкенс двинулся на Сузанну.

– С чего ты это взял?

– У тебя духу не хватит, церковная крыса.

Сузанна осталась стоять на месте, держа ружье, направленное ему в живот, но ей до смерти хотелось сделать шаг назад. Джед думает, что она блефует, и он прав. Они оба понимали, что стрелять она не станет. Он сделал еще шаг, на этот раз увереннее, а она все еще не нажимала на курок.

– Я тебе задницу отдеру, сучка, – нагло заявил он.

– Ну уж нет, – раздался мрачный голос позади Сузанны. К ее удивлению, мужская рука забрала у нее ружье. Рядом стоял Коннелли и небрежно целился прямо в Лайкенса, который замер как вкопанный.

– Побыстрее убирайся с глаз долой. Если мисс Редмон не может отправить тебя ко всем чертям, то я сделаю это с превеликим удовольствием, можешь не сомневаться.

– Кто ты такой, черт побери, и чего ты лезешь не в свое дело?

– Я сказал убирайся, значит, убирайся. – Коннелли небрежно шевельнул ружьем, но это незначительное движение волшебным образом подействовало на Лайкенса.

– Иду, уже иду! – С мерзким выражением на лице он оглядел всю перепуганную семью, поднял с земли шляпу, хлопнул ею по бедру, а потом напялил на голову. – Кое-кто за сегодняшнее поплатится. – Джед снова оглядел всех собравшихся.

Тут Коннелли опять дернул ружьем, и он поспешно удалился.

– Мама, мама, тебе очень больно? – Джереми и младшие дети столпились вокруг матери.

Напряжение спало, и Сузанна обмякла. Тут же вокруг ее талии обвилась рука. Сузанна подняла глаза и увидела, что Коннелли хмурится.

– Ты в порядке?

И только на один миг Сузанна позволила себе опереться на него и закрыть глаза. Айан слегка прижал ее к себе. Но она тут же увидела себя со стороны и поспешно выпрямилась. Его рука все еще лежала на ее талии. Тепло и сила его пальцев приносили успокоение, однако она не могла позволить ему обнимать себя. Он ведь ее работник. Он не может быть ее поклонником.

– Еще минута, и ты проделала бы в нем дыру, – сурово произнес Коннелли.

– Я не смогла бы выстрелить, – призналась Сузанна, глядя ему в лицо.

Его глаза потемнели, казалось, Коннелли вот-вот выругается.

– Если ты не могла бы в него выстрелить, тогда зачем же впутываешься в такие дела? Как ты думаешь, что бы случилось, не пойди я за тобой? Черт, он едва не убил свою жену. Сволочь!

– Не ругайся, – механически попросила она.

– Самый подходящий повод выругаться. Маленькая дурочка, тебе могло крепко достаться.

Сузанна не привыкла, чтобы ей выговаривали. Она единолично правила в доме уже много лет, никто не смел ей противоречить. Слова Коннелли рассердили ее, но одновременно и согрели. Это было что-то новое – кто-то о ней заботился.

– Да нет же, – тихо сказала она и отступила в сторону. Бросившись на помощь Аннабет и Клорис, Сузанна точно знала, кто спешит за ней следом.

Сузанна успокоила испуганных ребятишек и на скорую руку навела в доме относительный порядок. У Аннабет оказалась рана на затылке и многочисленные кровоподтеки, но серьезных повреждений не было, несмотря на обилие крови на платье. Клорис же, получившая удар по голове острой стороной лопаты, когда кинулась на помощь матери, находилась в полуобморочном состоянии. По указанию Сузанны Коннелли поднял девушку как пушинку, внес в комнату и положил на широкую кровать. Аннабет принялась хлопотать вокруг дочери.

– Джед вернется, ты же знаешь, – Сузанна наконец решила поговорить с Аннабет.

Несмотря на ужасающие кровоподтеки и огромный синяк под глазом – результат предыдущего битья, догадалась Сузанна, – Аннабет вела себя так, будто ничего не случилось. Одновременно она успевала готовить ужин и поправлять полотенце на голове стонущей дочери.

– Он вернется другим. Он всегда такой, Джед, он неплохой, мисс Редмон. Он просто взрывается, а потом жалеет.

– Ради себя и детей, Аннабет, ты должна подумать о том, чтобы бросить его. Ты знаешь, у нас есть хижины, где раньше жили рабы. Пока все не образуется, ты с детьми могла бы пожить в одной из них.

– Я знаю, и спасибо, что предложили. Но я останусь. Все будет хорошо, вот увидите.

Больше говорить было не о чем, и Сузанна вместе с Коннелли отправилась домой. В душе она искренне надеялась, что Аннабет права, и у Джеда изменится настроение.

– Зачем ты лезешь в чужие дела?

Это была первая фраза, произнесенная Коннелли после того, как он назвал ее маленькой дурочкой. Правда, Сузанну устраивало его долгое молчание. Он постоянно обращается с ней без должного уважения и, даже если забыть о том, что случилось две ночи назад (ах, как бы Сузанна хотела об этом забыть!), он снова до нее дотрагивался. А ведь она запретила ему такие вольности. Никакой другой мужчина не посмел бы ее ослушаться. Но как ни мало она знала Коннелли, он ей нравился. И совсем не обязательно вспоминать о его потрясающей внешности… ей было хорошо идти рядом с ним. Случись так, что он не встал бы между ней и Джедом Лайкенсом, один Господь ведает, что бы могло произойти. Но Коннелли защитил ее, причем так уверенно и решительно, как не делал до него никто. Только вдруг он снова перейдет установленную границу, а он обязательно это сделает, как ей поставить его на место?