Чтение онлайн

Упоминание вечной жизни отступника натолкнуло аурлийца на вопрос, который он хотел задать уже очень давно.

— Как ты оказался в компании Минны? Не пойми неправильно, но вы не выглядите как люди, которые могли бы легко сойтись характерами, — осторожно прощупал почву Кэр.

Итан осекся, понимая, что вновь допустил ошибку и называть отступников людьми может быть некорректно, но Уве пропустил этот промах мимо ушей.

— Ее отец был моим другом. Я присутствовал в момент ее появления на свет и отношусь к ней как к собственной дочери. К тому же она не всегда была такой, как сейчас.

— Мне сложно представить ее другой, равно как и сложно представить, каким образом такой, как ты, мог оказаться в рядах отступников, — искренне недоумевая, произнес аурлиец.

— Ты прав, прожив несколько первых тысячелетий своей жизни, я и представить себе не мог, что окажусь в той ситуации, в которой сейчас нахожусь, — в голосе Уве появились печатные нотки.

— Я буду рад, если ты поведаешь мне свою историю, коль уж я вынужден остаться с вами, — подбадривающе улыбнулся лейтенант.

— До появления империи мы жили, не зная забот. Я приглядывал за своей подопечной, а она медленно, но уверенно становилась лучшей из учениц Лазара. В то время ты вряд ли бы нашел существо более чистое душой, чем она. Конкуренцию в прилежности ей тогда могла составить лишь госпожа Гаелла, и то лишь потому, что обладала даром богини Гаетейн. Ученицы вечно соперничали друг с другом буквально во всем, умудряясь оставаться при этом близкими подругами, — было видно, что отступнику приятно вспоминать те времена.

— А потом в вашем мире появилось много незваных гостей, — подытожил Итан.

— Да, но у нас оставалось еще много тысяч лет до событий, навсегда изменивших нашу судьбу. Потерпев поражение в последней войне с империей, старший народ отступил, бросив первые народы на растерзание новых хозяев этого мира. Братья бежали и спрятались в Долине, но уже тогда среди нас были те, кто вопреки их решению тайно поддерживали эльфов, гномов и орков. Родители нашей спутницы, всегда симпатизирующие оркам, присоединились к ним в борьбе с общим врагом. Я был рядом с ней, когда пришла весть об их гибели.

— Мне жаль, что ты потерял своих друзей, — склонил голову Кэр в знак почтения к погибшим.

— Лишившись самых близких, она умоляла Лазара дозволить ей отправиться к оркам, чтобы предать их тела достойному погребению. Праотец не смог отказать своей любимой ученице. Он даже взял с собой Гаеллу, чтобы та поддержала подругу в трудный час. Все вместе мы прибыли в сильно поредевший лагерь орков. Покончив с церемонией и поддавшись гостеприимству вождя, мы остались на ночлег, а утром лагерь подвергся нападению имперских фаланг.

— Так неожиданно? Неужели орки могли не выставить часовых? — удивился аурлиец, поглощенный историей настолько, что на некоторое время даже забыл о терзающих его сердечных муках.

— Выставили, но их усыпила магия дарнау. Мы оказались в полном окружении. Среди всеобщего хаоса мне не сразу удалось найти ее. Никогда прежде она не была в бою и не видела столько крови. Я защищал ее столько, сколько позволяли силы. Созданный из молнии меч имперца вспорол мое брюхо. Когда я вновь открыл глаза, в лагере остались только мы вдвоем, — Уве провел пальцем от пупка до груди, повторяя сокрытый под одеждами контур шрама.

— Что случилось? И куда делся Лазар? Не мог же он бросить вас там? — лейтенант облокотился о стол и даже немного оторвался от стула, желая узнать продолжение.

— Увидев мое тело, ученица Лазара оцепенела. Только что похоронив родителей, она не могла отпустить и меня. Подоспевший праотец постарался излечить вашего покорного слугу, но было уже слишком поздно. Именно тогда она впервые услышала голос Белиус в своей голове. Лагерь орков располагался в месте, богатом залежами осколков синих кристаллов. Демон призывала воспользоваться их силой.

— Минна не могла позволить тебе умереть, — сказал Кэр, вспоминая слова отступницы, произнесенные в жилище хортов.

— Она не была наивной и чувствовала, что в них заточена опасная сила. Понимая, что Лазар справится с искушением куда лучше нее, она умоляла его о помощи. Лишь после его отказа она поставила все на кон, решившись вступить на тропу тьмы.

— Как я понимаю, излечить тебя ей удалось, — слукавил Итан, стараясь не смотреть отступнику в глаза.

— Если бы только это. Не умея управляться с подобной силой, она пропустила через себя огромный поток энергии. Высвободив мощь кристаллов, она не смогла сконцентрировать ее направление лишь на мне. Бесконтрольная сила хаоса начала убивать всех без разбору.

Уве сделал неимоверно долгий глоток из своей кружки, прежде чем продолжить повествование.

— Потерявшая контроль ученица умоляла Лазара помочь ей. Поток высвобожденной энергии едва не убил Гаеллу. Первородный не мог рисковать обладательницей дара богини Гаетейн. Праотец сделал свой выбор, и этот выбор был не в пользу той, что готова была рискнуть всем ради моего спасения. Исчезая, Лазар забрал Гаеллу с собой, оставив вторую ученицу один на один с неподвластной ей стихией.

— Минна убила всех, кто остался? — за время разговора Кэр лишний раз убедился в том, что имя ненастоящее, ведь отступник так его и не произнес.

— Если бы я мог решать, я бы никогда не позволил ей так рисковать ради меня. Кристаллы изменили ее судьбу, повлияли на ее рассудок. Я проклинаю тот день, когда они появились в нашем мире. Ты спрашивал, почему мы присоединились к отступникам? Мы не присоединялись. Мы и есть первые отступники. Первые, кто открыли силу этих злосчастных кристаллов, — на сжимающей кружку руке Уве побелели костяшки, хотя внешне он оставался невозмутимым.

— Вас больше не приняли в Долине? Собственный народ отвернулся от вас?