Чтение онлайн

– Мои извинения, лорд Пургсталл. Понадобилось много времени, чтобы накраситься и надушиться. Почти подрастерял эти навыки.

– Чтобы сделать ЧТО?!

– Спросите учёных, что меня наблюдают. В последние дни моё тело почему-то снова начало разлагаться в ускоренном темпе, как было сразу после репроцессинга. За один день эффект почти незаметен, но за три... я начинаю выглядеть, как настоящий мертвец. И пахнуть не намного лучше. Не хотелось к вам являться в таком виде, вот и пришлось пользоваться гримом.

– И ты так спокойно об этом говоришь?! Ты же можешь погибнуть в ближайшие дни, не дождавшись зимы!

– Возможно, но маловероятно. Мне кажется, это колебательный процесс. Медленный распад, потом резкое восстановление, потом снова распад. Я пережил уже несколько таких циклов. Похоже, это моё неотъемлемое свойство, как Потерянного Номера. Или есть некий фактор, регулирующий это... но я пока не знаю, с чем он связан. Есть подозрение, что закрытое пространство ускоряет распад.

– Гхм... Это намёк, что ли?

– Ни в коем случае, лорд Пургсталл. Всего лишь размышления. Первое массовое клеточное восстановление у меня произошло после боя с Аптомом. Да и остальные - во время или вскоре после прогулок на свежем воздухе.

– Ну-ну. Я почти не сомневаюсь, что ты нашёл способ управлять этим процессом, и используешь его, чтобы меня шантажировать.

– Что вы, мой лорд, как можно!

– Как можно - это ты мне скажи. Не удивлюсь, если ты и с энергетическим истощением нашёл способ справиться - только держишь это в секрете до поры до времени. Ладно, все равно из тебя ничего не выбьешь, жук ты этакий. Давай к делу. Я рассмотрел твой проект и обсудил его кое с кем из братьев. Хочу уточнить некоторые подробности, которых в документах нет.

– Я вас внимательно слушаю, лорд Пургсталл!
– делаю стойку, как хорошо вышколенный пёс.

– Прежде всего, как именно ты намерен спрятать это поселение от любопытных гражданских? Скрывать само его существование, или выдать за "обычный" закрытый городок?

– Я думаю, для пиара будет лучше, если мы приоткроем часть правды. Сообщим, что это посёлок для инвалидов Кроноса, жертв неудачного процессинга. Только не нужно объяснять посторонним, в чём именно состояла неудача.

– Лучше?! Ладно, сам факт, что процессинг иногда не получается, не такой уж большой секрет. Хотя привлекать к этому факту внимание всего мира - не лучшая идея. Но допустим, это ты протолкнёшь. Но как ты объяснишь, почему нужно инвалидов собирать и запирать где-то в глуши? Почему нельзя позволить им жить дома, вместе со своими семьями, как обычным зоаноидам?

– А кто сказал, что нельзя? Некоторых, самых лояльных и безобидных, можно оставить. Пусть работают на пропаганду у себя дома. Но основная часть Потерянных - неудачные кандидаты в гиперзоаноиды, у нас семей не бывает. Если же не прошёл процессинг у какого-нибудь вамора, при этом его лояльность или вменяемость под сомнением, а психическое сопротивление высокое - всегда можно сказать, что он нуждается в специальной терапии и наблюдении высококлассных специалистов. Которые есть только в одном месте...

– Хорошо, допустим. Дальше, как быть с полномочиями? По твоему проекту, Управление будет подчиняться мне. Но в одной Японии Потерянных не так много, чтобы стоило ради них огород городить. Их нужно собирать по всему миру. А мои братья, даже дружески настроенные, вряд ли позволят, чтобы по их территории шныряли мои агенты с лицензией на убийство.

– У них будет выбор. Они смогут присылать вам своих Потерянных на поселение. Или создать аналогичные Управления у себя. Могут и вообще ничего не делать, продолжая старую политику, уничтожая неудачные плоды экспериментов или подвергая мучительным опытам. Мы к ним силой лезть не будем. Но тогда их успехи в контроле регионов будут ниже, чем у вас, а это может вызвать недовольство лорда Арханфера.

Молчаливый скептический взгляд.

– Ну смотрите, лорд Пургсталл, - начинаю загибать пальцы.
– Во-первых, репутация. Мы своих не бросаем, даже неудачных. Забота об инвалидах - это всегда дополнительные очки общественного мнения. Во-вторых, дисциплина - часть Потерянных Номеров сдаётся добровольно, других отлавливают их собственные товарищи по несчастью. Конечно, поначалу в эту систему нужно вложить ресурсы - усилия нормальных зоаноидов. Но вскоре она станет самоподдерживающейся. При грамотном планировании и хорошей психологической атмосфере вы сможете даже воссоздать и заставить работать проект Потерянных Номеров-Коммандос - добиться успеха там, где потерпел поражение даже лорд Баркас! В-третьих, наука. Сейчас особые способности Потерянных изучают, в буквальном смысле, по давно осмеянному принципу: 'Кто хочет что-нибудь живое изучить, всегда его сперва он убивает, потом его на части разнимает, но связи жизненной, увы, там не открыть'. А представьте, насколько результативнее окажутся опыты, если мы сами будем сотрудничать с учёными - как я с теми, кто меня изучает...

– Пока что ты только замучил их вопросами, - ехидно замечает Пургсталл.
– Кстати, где это ты успел прочитать "Фауста" Гёте?

Упс... вот это я лопухнулся! Забыл, что литературное образование большинства гиперов - на уровне булыжника. Фридрих, между прочим, ровесник самого Гёте! И почти соотечественник! Нашёл кому цитировать классику, умник! Теперь срочно сочиняй отмазку, Штирлиц несчастный!

Хорошо ещё, что мы с лордом, как два гайдзина, говорим между собой на английском, а не на японском. Японского перевода этой поэмы я не знаю, а если бы знал - точно бы не выкрутился.

"Убедился, что от этого вашего гуманитарного образования одни неприятности?" - ехидно замечает из глубин сознания Нео. Мы с Мишей пару раз пытались в свободное время заняться его просвещением. Но если в пользе точных наук этого вояку ещё кое-как удалось убедить, то любое искусство он продолжал считать бесполезным балластом.

"Потом поиздеваешься! Нас всех сейчас прибьют, если я ответа нормального не дам!"

Всё ещё хихикая, Нео открывает мне глубины своей памяти. Делаю вид, что задумался, вспоминая, а сам лихорадочно листаю годы его жизни, ища хоть немного пригодное объяснение. О! Кажется вот это подойдёт!

– В 1992 году я работал в охране лаборатории доктора Хеккаринга. Там я стал свидетелем перепалки между Хеккарингом и Баркасом, после которой, оставшись в одиночестве, первый обозвал второго Вагнером. Я подумал, что это имя может иметь важное значение для безопасности лаборатории, и на всякий случай поискал в библиотеке все упоминания. Довольно скоро я понял, что композитор Рихард Вагнер здесь ни при чём. Продолжая поиск, я наткнулся на произведение Гёте, и лишь после этого понял смысл аналогии.