Чтение онлайн

— Она освободилась. Она хотела, чтобы ты жил. Когда ты был при смерти, у тебя не было шансов на жизнь, но она вдохнула в тебя всю свою надежду.

— Мне жаль… Эстер…

— Не вини себя. Теперь ее душа свободна и так же заслуживает перерождения.

— Мне будет грустно без неё. Мы через столько всего прошли… Но я рад, что она теперь свободна от вечных мук, будучи призраком.

— Я рад, что ты смог это принять. Она не хотела чтобы ты грустил, по этому пускай жертвы твоих друзей не станут напрасны. Я отправлю тебя наверх и тебе предстоит самому задержать мою армию.

— А если я не справлюсь?

— Ты сильный и не сможешь иначе. Ты готов?

— Да, я готов.

— Хорошо, тогда стой на месте и не двигайся. Мне нужно впитать энергию монолитов. Это будет дорого стоить для меня, но это меньшее чем я могу тебя отблагодарить.

Молох, впитывал энергию из монолитов со всех краев своего царства, словно пьянящий напиток, насыщенный мощью и таинством. Его форма медленно расплывалась, сливаясь с окружающей тьмой, а его контур таял, словно дым в лучах заката. Потом, словно ураган, энергия стала собираться вокруг Уфира, образуя вихрь света и тьмы, который медленно, но неуклонно, затягивал его, словно черная дыра поглощала свет.

В этом вихре времени и пространства Уфир ощущал, как его существо разрывается на атомы, а сознание окутывается невидимым покровом между мирами. Вдали, сквозь пелену тумана, он улавливал обрывки звуков и образов, как мелькающие призраки, но все это казалось ему далеким и нереальным.

И вот, когда вихрь затих, он оказался на холме, недалеко от деревни, где когда-то рос. Светлый закат ослепил его, залив его синими и золотистыми оттенками, а чистый воздух наполнил его легкие свежестью и жизнью. Взглядом, затуманенным после переноса, он взирал на свои руки, осознавая, что его тело вернулось к нему, а левая рука снова была цела и на своём месте. Он вновь стал обычным человеком, с пепельными волосами и глазами цвета океана.

Птицы вдали начали щебетать, напевая свои мелодии, а окружающая природа казалась наполненной чудесной жизнью. Уфир ощутил спокойствие, но в то же время что-то необычное теплело в его сердце, словно тень неведомой опасности нависла над ним, ждущая своего момента.

Внезапно Уфир заметил, что опасность надвигается на его родные места. Сердце его сжалось от ужаса, когда он увидел армию демонов, грозно двигавшихся к его деревне. Наступило время действия. Силой воли он попытался опередить врагов, но, когда он достиг предела деревни, ужасное зрелище развернулось перед его глазами.

Дым и пламя взметнулись в небо, окрашивая закатные лучи кровавым светом. Силуэты деревьев и домов чернели на фоне пылающего ада. Сердце Уфира замерло от отчаяния, его дыхание стало тяжелым и прерывистым. Он бросился вперед сквозь гущу леса, игнорируя боль и усталость, лишь одно волновало его — спасти свою деревню, свой дом, своих близких.

"Оливьер, пожалуйста, поспеши!" — кричал он в ужасе, надеясь, что будет услышан.

Приближаясь к опустевшей деревне, столкнулся с ужасным видением. Его глаза наполнились болезненным ужасом, он видел, как демоны безжалостно расправлялись с невинными жителями, включая детей. Он наблюдал, как их руки, замачиваясь кровью, наносили удары, а их вопли пронзали воздух, будто клич о помощи, не услышанный в бездне страдания.

Детские голоса, наполненные страхом и отчаянием, отражались в его душе, заставляя его сердце биться сильнее, а боль становилась нестерпимой. Он чувствовал горечь слез на губах, но не имел времени на горе. Его разум охватывала лишь одна мысль — остановить это зло, пока еще не поздно.

Уфир взметнулся над полем боя, голос его раздавался в крике, призывающем на битву. Он ощущал страх, как душевный жар, и в то же время чувствовал, как решимость наполняет его сердце. Целая армия демонов двигалась к нему, мрачные фигуры, которые казались бесконечными, пугающе возвышались перед его взором.

Страх бился в его груди, но он не мог позволить ему одолеть себя. Сжимая кулаки, он внутренне клялся себе, что будет сражаться до последнего вздоха. Он был решим идти на кон и дать бой до конца.

Однако, внезапно он вспомнил, что его связь с силой Эстер была оборвана. Это было как удар по самому центру его сущности, как будто последняя ниточка, соединяющая его с надеждой, была оборвана. Но тогда всплыли в памяти уроки Чарли. Уфир осознал, что сейчас ему остается только одно — сражаться собственными силами.

Он вступил в бой, не останавливаясь перед мрачными фигурами демонов. Голыми кулаками, он отбивался от нападений, но их было слишком много. Сила их натиска была ошеломляющей, и, наконец, они его охватили, сбив на землю.

Лежа на земле, его мысли окутывала безысходность. Он знал, что это конец, что его сила иссякла, а надежды на спасение больше нет.

“Прекратите, немедленно!” — раздался знакомый голос — “Именем господина Молоха, я приказываю вам отступить.”

Демоны, послушав приказ, отступили назад, освобождая Уфира. Когда он поднял взгляд, то увидел перед собой Оливьера, покрытого потом, словно он спешил к нему. Взгляд Оливьера был наполнен сожалением и желанием помочь. Протянувши руку, он придержал Уфира, помогая ему встать на ноги.

— Ты успел.

— Извини. Уже почти четвертый день продолжается война с людьми. Армия Молоха сожгла не мало городов и деревень, и их следующей целью оказалась твоя деревня.

— Почему Молох продолжает эту войну? Разве было мало жертв за эти четыре дня?

— Молох не желал устраивать резню сжигая множество городов, но демоны оказались слишком сильными и стремительными.

— Как создатель может позволить себе такой прокол? Почему дети страдают? Даже не успев родиться, их судьба уже обречена на вечные муки. Какова их цель? За что им такое наказание?

— Злиться на Молоха, это полностью твоё право. Но он уже отправил меня отозвать войско.

Из руин одного из разрушенных домов вылезла Хани. Уфир замер, его взгляд мгновенно привлекла фигура Хани. Она выглядела иначе, чем он помнил, но с некоторой неопределенностью он узнал ее. Когда Хани, наконец, узнала его, ее выражение изменилось, словно невидимая нить соединила их прошлое и настоящее. Она почувствовала боль, как укол в сердце, вспоминая все, что она оставила позади, и болезненные последствия своих лживых действий. Уфир, покрытый шрамами и следами борьбы, казался перед ней как непобедимый воин, стоящий перед самим демоном.