Потерявшие крылья
Шрифт:
«Бабушка?» — неуверенно спросил он в мыслях. Явное ощущение того, что постепенно сходит с ума и начинает разговаривать сам с собой.
«Лучше называй меня Рамисой. Все-таки ты пошел за ней?»
«Почему ты этого не хотела? Ведь все равно рассказывала, что мне нужно будет делать здесь».
«Я слишком привязалась к тебе и боялась, что ты можешь погибнуть. Твоя жизнь оказалась для меня важнее жизни твоей девочки. Тем более что Милена рушила все мои планы. А мир можно будет спасти иначе».
Парень скрипнул зубами:
«Гадалка… Твоя работа?»
«Моя».
Показалось, что Рамиса виновато опустила голову.
«Не сердись, малыш. Из-за этого вмешательства мне пришлось оставить и вашу семью, и ваш мир».
«Ты исчезла гораздо раньше».
«Но я была рядом. Просто ты уже меня не помнил».
«Помоги мне спасти Миленку!»
«Ты знаешь все, что должен знать. Расскажи об этом жрецам и Тамиле. Они помогут».
«Да я почти ничего не помню!»
«Начнешь рассказывать — вспомнишь. Даже если что-то забудешь — просто слушай свое сердце».
«Как я смогу с тобой связаться?»
Но ощущение присутствия Рамисы уже пропало.
Тамила нашла Лу в комнате с планетами. Фирхаши сидела прямо на полу среди загорающихся и гаснущих звезд и задумчиво смотрела на текущие над головой облака. В бирюзовых глазах копились слезы, но девушка не давала им пролиться.
— Порой лучше выплакаться, — тихо сказала Тамила, Лу вздрогнула и резко обернулась.
— Чтобы не было, как у вас? — фирхаши все же смахнула слезы и робко улыбнулась.
— Да, — вздохнула женщина и села на пол рядом с ней.
Здесь всегда царил полумрак, и свет шел только от облаков у потолка и звезд на полу. Внезапно вспомнилось, что эту комнату они создавали вдвоем с Дэсмишем. Без какой-то определенной цели, просто так захотелось.
Сначала Тамила и Лу сидели молча, разглядывая окружающую их вечность, потом Лу спросила:
— Почему мы не можем материализовать наши желания, если в нас находятся осколки? Ни у меня, ни у Эри не получалось, как мы ни пытались.
— Не знаю. Многое поломалось после взрыва. И вряд ли осколки артефакта могут что-либо изменить. Во мне тоже они есть, — Тамила взглянула в круглые глаза девушки. — Разве ты не чувствуешь?
Та покачала головой:
— Я чувствую Милену и Мирославу. Не вас.
— В девочках осколков нет, я уже говорила. Не было, — поправилась женщина, — пока Милена не оказалась здесь. Почему же ты их чувствуешь?
— Мы родились в один день с ними. Сестры и мы с Эри.
— Ну и что? — удивилась Тамила.
— Старейшины говорили, что мы четверо родились, чтобы спасти наш мир. И только все вместе сможем это сделать. Они еще с детства нам так говорили.
— Ты с детства знаешь, что должна умереть ради всех остальных? — Тамила вскинула брови, а глаза ее мрачно блеснули.
— Да, — просто отозвалась Лу. — Я уже давно привыкла к этой мысли.
— И никогда не думала отказаться от этого?
— Какой смысл? — фыркнула девушка. — Нам некуда деваться. Старейшины нас и спрашивать не будут, не драться же нам с ними, они в любом случае сильнее.
— Артефакт собирать нельзя. Он уничтожит вслед за вами весь наш мир. Разве старейшины не понимают этого?
Лу задумалась. Она обводила пальцем каждую загоревшуюся на полу звезду и чувствовала исходящее от нее тепло. Казалось, что она сама такая же звезда, которая появилась на свет, чтобы сверкнуть и погаснуть. Девушка накрыла ладошкой светящуюся точку, чтобы не видеть, как та снова исчезнет, и повернула голову к Тамиле.
— Нур очень любит говорить загадками. И делать вид, что он владеет тайной информацией. Но мне порой кажется, что он правда знает больше остальных старейшин.
— Расскажи, какой он.
Лицо девушки залилось румянцем.
— Его очень уважают у нас. К нему обращаются за советами и помощью, и он никогда не отказывает. Правда, со старейшинами у него сложные отношения. Они часто не сходятся во мнениях. До меня доходили слухи, что это именно он уговорил всех остальных в необходимости восстановления артефакта из осколков.
— Как он относится к вам с Эри?
— Он использует нас для добывания информации. Ведь летать умеем только мы, и купол выпускает нас наружу. Больше никого.
— Но все-таки — какой он? Нур.
— Мне сложно судить, — Лу отвела глаза в сторону, разглядывая летящие планеты.
— Любишь его? — вдруг догадалась Тамила.
— Раньше так казалось, — медленно ответила фирхаши. — Но я и сама не понимаю, почему меня притягивает к нему. Ведь когда я начинаю думать о нем, вижу, что он совсем не такой, каким мне представляется.
— Любовь сложно разложить по полочкам и объяснить. Да и не нужно.
— Наверное, — вздохнула Лу.
— Знаешь, — задумчиво начала Тамила, — когда-то во сне я видела женщину. Она показалась мне удивительной: от нее шли лучи света и тепла. И она сказала мне, что наш мир спасет любовь. Настоящая сильная любовь. Когда один готов ради другого на все, даже отдать свою жизнь. Может, такая любовь случится между тобой и Нуром?
— Нет, вряд ли, — с грустью возразила девушка. — Я знаю, когда-то он испытывал ко мне интерес, но потом снова охладел. Он не любит меня и вряд ли когда-нибудь полюбит. А вы не думали, что та женщина говорила про вас с Дэсмишем?
Тамила от неожиданности рассмеялась:
— С чего ты это взяла?
— У нас про вашу пару легенды ходят, — смутилась Лу. — Хотя никто точно не знает, что именно случилось, когда вы ушли в другой мир.
— Я и сама точно этого не знаю, — усмехнулась женщина и поднялась. — Мне нужно идти.