Чтение онлайн

Маршрут наш пролегал сначала по изведанным местам. Первой посетили Южную промзону, с ее многочисленными базами. Здесь все знакомо, воздух более чистый, чем в центре. Наши труды в первые три дня после ПОТОКА окупились многократно. Женщины ходили и набирали в тележку то, что им нужно, а я охранял.

Далее посетили универсам «24 часа», опять дамы набирали, Андрей грузил, а я охранял. Опять пожалел об отсутствии собаки.

Следующая остановка — магазин с автомаслами и жидкостями. Здесь охраняла Лейла, выбирал Андрей, а грузил я. Набрали масел для двигателей, технических жидкостей, запасных частей и расходных материалов, масла для генераторов, для лодочных моторов. Опять набрали баллончиков с универсальной смазкой, и всяких прочих — из того, что у нас закончилось.

Следующая точка — заветный магазин на улице Кирова. Все для охоты и рыбалки. Здесь, по мере приближения к центру, стал донимать приторный сладковатый запах, особенно в районе автостанции. Брат прибавил газу, но это мало помогло. Минут через пять стало легче, но думаю, что просто немного привыкли к запаху, или как говорят — «принюхались».

Повсюду по улицам много мусора. Ветер носит туда-сюда пакеты, бумагу, пустую пластиковую тару, крупные черные чешуйки сажи. И вокруг первозданная тишина, только птицы кружатся в воздухе.

В помещениях видели грызунов, среди бела дня спешащих по своим делам. На них не отвлекались — не имеет никакого смысла их гонять. Все ценное и нужное нам из продуктов мы давно упаковали в закрытые емкости, и постепенно забираем домой. А все съедобное, что в свободном доступе, давно растащили. Такой разгром везде, что страшно смотреть. И еще муравьиные тропы везде. Одни бегут в одну сторону, другие обратно, и что-нибудь тащат.

Все, что имело пищевую ценность, еще переработано до конца, трупы в том числе, поэтому и на улицах, и особенно внутри помещений был такой тошнотворный запах, который может вывернуть тебя наизнанку. Правильно бабушка сказала, что только через год можно будет начинать осваивать города и другие поселения людей.

Подогнали машину к самому магазину, оставив проход, чтобы открыть двери и войти.

— Олежек, собаки! — тихо сказала бабушка.

Понятно без слов, мы с Андреем вышли, хлопнув дверями, и стали с двух сторон прохода, образованного машиной и стеной магазина. Отсиживаться в салоне нет никакого смысла. Оба в город взяли помповые ружья с крупной картечью. Не на птицу выехали.

— Подвинься немного, меня пусти… — Лейла протиснулась и стала рядом, тоже с помповым ружьем.

Бабушка не подвела, никакой собачки не надо с ней. И пяти ударов сердца не прошло, как замерли в готовности, послышались звуки подбегающей собачьей стаи. Они подбежали, окружили машину полукругом, замыкая его к стене, и стали лаять и наскакивать.

Мы стоим и смотрим. Глухо и нечасто лают с десяток крупных кобелей, между ними заливаются более часто собаки помельче.

Мы стоим молча, и смотрим, что они будут делать дальше. Тут одна мелкая собачка высовывает свой черный нос из-под машины, прямо рядом с ногой Лейлы, и ощеривает свою пасть с мелкими зубами.

Успеваю на одно мгновение до того, как она схватит Лейлу за ногу, целясь зубами ниже икроножной мышцы. Резко и сильно бью ее прикладом моего ружья по голове. Аж зубы у нее, бедной, щелкнули. Раздается сильный и обиженный визг на высоких тонах под машиной.

И тут собаки не выдерживают, и начинают дружно бросаться, причем с двух сторон сразу.

Грамотные. Но мы тоже, как говорят, ребята «не промах», начали стрелять прямо в открытые пасти.

Что тут началось! Выстрелы с двух сторон, низкий лай крупных особей, истерический лай и визг собак помельче. Мы с Лейлой палим из ружей размеренно, с интервалом, чтобы не опустошить сразу магазины. Делаем выстрелы по очереди. Хотя Алия держит наготове еще два ружья, но это обрезы, по два патрона в каждом. Скорее они Андрею понадобятся.

Мы с Лейлой стреляем не спеша, и после второго выстрела я наблюдаю, как летят брызги крови и шерсти после моих попаданий, и ее. Прямо, как в сценах современного кино. Первой из крупных собак так попал в открытую пасть, что брызги от черепа вместе с мозгами полетели в стороны — на кирпичную стену магазина, на шкурки других собак.

После третьего выстрела посмотрел боковым зрением, как там брат. Тоже молодцом! Хватает ума не стрелять часто, а выбирать наиболее опасные цели и посылать туда картечь.

После четвертого выстрела целей не стало. Кто остался живой или ранен, развернулись и побежали. Куда побежали — смотреть неудобно. Мешает кузов машины и трупы собак перед проходами. Часть из лежащих собак живы и бьются в агонии.

Надо ставить точку. Попросил Лейлу подстраховать, зарядил полностью магазин и вышел делать контроль. Надо прервать страдания несчастных животных. И здесь нет места иронии. Ведь эти собаки сражались за правое дело, вышли биться за свою территорию с чужаками. Так что, они заслуживают чести быстро уйти в края вечной охоты.

Попросил брата постоять тоже, с другой стороны, и вышел к подранкам. Дальше — только грязная работа, не для слабонервных. Стрелял под лопатку, а не в голову, чтобы не пачкать все вокруг, ведь у меня крупная картечь. Моего магазина в пять патронов не хватило, пришлось заряжать магазин.

Когда закончил, сначала тщательно осмотрел свою одежду, потом полез в салон нашего микроавтобуса. Ничего на меня не попало. Уселся на сиденье, расслабился. Всплеск андреналина в кровь, который произошел в стрессовой ситуации, начал постепенно проходить.

Смотрю на Андрея и Лейлу — они тоже испытали это, видно по расширенным зрачкам и учащенному дыханию.

— Все ребята, можно выходить, собаки убежали… — Бабушка сначала дала нам время немного успокоиться, а потом это сказала.

— Так что стоим? Пошли в магазин, выберем себе что-нибудь! — Лейла уже улыбается, словно ничего и не было.

Прошли в магазин, закрыв за собой двери, и полчаса занимались отбором необходимого. Руководил отбором Андрей, который сделал список необходимого по заявкам двух домов. Очень помогает, чтобы ничего не пропустить.