Чтение онлайн

Аскольд, Бабих, Гек. Женитьба. Борьба с бандитами. Морские львы, птицы и бабочки, принесшие ему известность. А потом страшный день переселения на этот полуостров. Звериный вопль Гека, потерявшего любимого сына. Хунхузы — лесной бой и глядевшая в глаза черная дырочка направленного на него дула винтовки черноусого батоу… И его выстрел в атамана, принесший уважение корейцев и звание «Четырехглазого»…

Что же было дальше? Первые лошади. Тигр при луне давит последнего жеребенка, а назавтра его ощеренная морда из-за куста и спокойный голос Гека позади: «Но разбей череп, Михаил!..»

И снова походы. Пленение целой банды хунхузов. Находка стоянки доисторического человека. Красные волки, едва не погубившие всех оленей. Барс, готовящийся к прыжку, — сколько их было таких случаев? На его счету девять тигров, и все встречи связаны с риском: или ты, или он; за эти годы только тигры задрали более пятидесяти лошадей. А привод томских коней за пять с половиной тысяч верст?! Байкал, Селенга, плоты по Амуру и голод; страшные Ханкайские болота. И все это ради его лошади. Но теперь она есть. Даже лучше той, о которой он мечтал, впервые осматривая этот полуостров на маленьком коньке-горбунке… В общем, он достиг своей цели, далеко не каждый может подвести такой итог.

Но скольких попутчиков уже нет?! Бабих, Платой, Гек, Шевелев. Давно спит среди сосен маленький Сергей…

Дети… Сейчас там, на берегу, трое самых близких. Шура и Лиза не в счет, у них своя жизнь. Подумать только, у Лизки уже трое ребят! Павлик еще мал, чтобы о нем судить. Доучивается. Тихий, но способный мальчик, свободно болтает на французском, английском, японском…

Мог ли отец представить, что этот тихий мальчик через какой-то десяток лет станет боевым офицером русской армии, участником первой мировой войны. Будет пять раз ранен, а в бою под Праснышем отобьет со своим взводом немецкую батарею, захватит пленных, за что рядом с «Владимиром» его китель поручика украсит белый крест Георгия — высшая награда отечества.

А позднее, благодаря знанию французского языка, окажется в составе Русского экспедиционного корпуса, брошенного на спасение союзной Франции в самое пекло, под Верден. Потом будет служить в авиации, собьет немецкий аэроплан, а после, над горами Греции, будет сбит сам, получит перелом ноги, но станет кавалером французского ордена Почетного легиона. И закончит войну в рядах победителей в звании майора французской армии.

Нет, ничего подобного Михаил Иванович предвидеть не мог. Сейчас ближайшими были эти трое, взрослые, выполняющие опасное дело: что ждет их в будущем?

С большим риском, далеко и надолго уезжает Анна. Она единственная пошла по пути его юности, но как сложится ее жизнь? Выйдет за морем замуж и умчится на край света? Нет, она не из тех, кто живет для себя. Нютка обязательно вернется и посвятит себя ближним. Это ее судьба, он уверен.

Ян очень хороший юноша, послушный, ласковый с родителями. Тоже владеет языками, прекрасный гимнаст, говорят, подающий надежды штурман. Только, пожалуй, слишком деликатный и мягкий. Все его любят и будут любить, но бояться не будут. А таким, к сожалению, в жизни часто приходится трудно.

А Юрий? Он всегда почтителен с отцом и матерью, как, положим, все их дети. Но этот знает, чего хочет, ему палец в рот не клади! Энергичен и смел, трудолюбив и тверд в достижении поставленной цели. Честолюбив и властен, но сам не боится никакой работы, умеет научить и подчинить себе людей. Отличный стрелок, охотник, наездник. И лошадник настоящий, тонко разбирающийся: на бегах и скачках берет больше всех призов. Кому, как не ему, быть здесь главным хозяином? Маловато в нем романтики, правда, — этого от отца не перенял, но делу сие не повредит, скорее наоборот… Однако вроде влюбился, собирается жениться на старшей дочери покойного Шевелева. Маргарита — умная, образованная, обаятельная девушка, в дружбе со многими известными людьми, с модным поэтом Бальмонтом. В общем, выбор Юрка сделал неплохой, хотя по этому поводу Бальмонт довольно зло процитировал Пушкина: «В одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань»; но сын и тут своего добьется.

А им с Ольгой давно хочется наконец и кровных внуков, от сыновей, покачать… Кто знает, сколько ему, самому Нэнуни, еще отпущено любить эту землю?

Стали в последние годы сказываться сырые тюрьмы, пеший сибирский этап, каторга. А последующие походы и охоты? Ведь всех его приключений хватило бы на три жизни!

И ему еще многое хочется осуществить. Огородить парк, построить капитальную дамбу на лагуне, проложить такую дорогу с выходом на тракт, чтобы легко разъезжались две тройки!..

Спустя три года, рассматривая две свои фотографии — юноши-студента и убеленного сединами мужа, он сделает на обороте последней надпись: «Промчалось полвека, а все куда-то рвется сердце ненасытное!» И в этой фразе — весь он. Вся жизнь — поиск, работа, открытия…

А в это время четверо уже достигли берега и ступили на мокрые камни. Анна и братья только сейчас разглядели темный силуэт тихо покачивающейся джонки. Она слегка хлюпала привальным брусом по набегавшей сонной волне.

Магай тихо свистнул, и на судне выросла темная фигура. Иннокентий двинул веслом и сказал едва слышно:

— Бросай конец!

На берегу выбрали мокрую веревку и привязанный к ней узкий трап. Цой вытянул на корму свой конец доски, и теперь между берегом и шаландой пролег шаткий мостик. Ян придерживал трап на плоском камне возле берега, остальные, балансируя, перебежали по скользкой пляшущей доске на судно. Юрий поцеловал сестру и наклонился к уху корейца:

— Василий, тут такая темень, как бы Нютка не свалилась за борт. Сведи ее поскорее в трюм!

Повернулся и бегом вернулся на камни. Ян столкнул трап в воду, и люди на шаланде втащили его на палубу. Затем выбрали из глубины раскоряченный якорь-кошку и подняли прямой залатанный парус.

Человек на корме снова опустил в чернильную воду весло, сделал несколько еле заметных движений, и посудина, отодвинувшись от береговых камней, развернулась носом в открытое море. Легкий бриз чуть выгнул серый парус. Шаланда вздрогнула, двинулась и медленно растаяла во мгле. Братья закинули за плечи винтовки и начали взбираться вверх по крутому обрыву…

Михаил Иванович разглядел коренастую фигуру Юрия и тонкую высокую — Яна, когда они уже были в трех шагах.

— Ну как?

Юрий ответил вполголоса: