Чтение онлайн

Варкан, храбрый и сильный Варкан лежал на земле. Из его груди торчал длинный дротик, предназначавшийся для Артема. Кровь широким ручьем стекала из раны.

— Варкан, Варкан, зачем?.. — едва проговорил потрясенный Артем. Он наклонился к голове своего побратима. Розоватая пена показалась на губах Варкана — это был явный признак того, что дротик пробил ему легкое. Молодой скиф нашел в себе силы, чтобы улыбнуться. Его рука нашла дрожавшую руку Артема, Варкан сжал ее слабо, едва ощутимо.

Слезы выступили на глазах Артема. Помочь Варкану во что бы то ни стало! Но как? Юноша услышал хмурый голос Ивана Семеновича:

— У него пробиты легкие, у нас нет средств… ничего нельзя сделать…

Обрадованные неожиданной удачей, враги вновь пошли на приступ. Впрочем, другого выхода у них и не было. Невольники и основные силы отряда Варкана соединились — это было хорошо видно отсюда, с горы, — и наступали, тесня противника к подножью скал. Становилось ясным, что победа на стороне восставших. Но успеют ли они прийти на помощь оборонявшимся в скалах друзьям?

Артем услышал голос Дорбатая. Видимо, он торопил своих с решительной атакой. Маленький отряд приготовился к новому отпору. К счастью, их позиция была выгодной; снизу можно было карабкаться лишь в одиночку. Несколько вещунов, попробовавших прорваться в расположение засевшего отряда, валялись внизу с разрубленными головами. Остальные медлили с атакой, несмотря на крики Дорбатая.

Иван Семенович шепнул Артему:

— Считайте, что лошадей у нас больше нет. Мы окружены…

Да, друзья оказались в западне. Вокруг были враги. Правда, враги были тоже окружены, для них все пути отступления были отрезаны восставшими. Но это только осложняло положение маленького отряда, враги, если бы даже и захотели, никуда не могли отступить. К тому же Дорбатай, очевидно, оценил выгодность позиции на скалистом выступе, захватив который он смог бы долго обороняться…

Лида поддерживала голову Варкана. Молодой скиф терял силы с каждой минутой. Он уже не мог говорить, его глаза мутнели.

— Ах, Варкан! Зачем ты…

Скиф услышал голос своего побратима. Его рука еще раз слабо коснулась плеча Артема. Не улыбка даже, а еле заметная тень ее появилась на бледном лице Варкана…

— Я здесь, Варкан, здесь!

Артем держал руку скифа. Он не находил слов и только беспомощно, тоскливо всматривался в бледное, осунувшееся лицо друга. Губы юноши шептали:

— Варкан, друг мой дорогой!..

Варкан застонал, затем улыбка тронула его посиневшие губы:

— Я рад… рад, что вы… вы все…

Больше он говорить не мог. Голова его откинулась назад, с лица сбежали последние живые краски, розовая пена снова появилась на его губах. Грудь резко поднялась — это было последнее дыхание отважного скифа. Теперь голова его оессильно и неподвижно лежала на колчане, заботливо придвинутом одним из воинов. Он был мертв. Лида молча закрыла лицо руками. Артем перевел беспомощный взгляд на Ивана Семеновича. Но тот тоже опустил глаза. Ему было тяжело смотреть на подавленного горем юношу. Артем медленно отошел от тела друга и побратима. В последний раз взглянул на его бледное лицо, ставшее теперь удивительно спокойным.

— Прощай, Варкан! — сказал он, глотая слезы. — Прощай, товарищ мой!

Над скалами просвистел дротик. Он упал на камни между Артемом и телом Варкана. Враги переходили в наступление. Восставшие теснили их — и жрецы вынуждены были, несмотря на риск, наступать на осажденных, чтобы, уничтожив или выбив чужеземцев, занять их выгодную позицию. Несколько воинов Варкана, охранявших до сих пор подступы к скалам, нерешительно оглянулись. Они смотрели на неподвижное тело Варкана и тихо переговаривались между собой. Наконец, захватив оружие и пригибаясь, они быстро побежали к тому месту, где были привязаны лошади. Один из воинов, обернувшись, взмахом руки позвал с собой чужеземцев: идите, мол, и вы с нами, здесь оставаться нельзя!

Артем колебался. Он смотрел им вслед — и правда, может быть, лучше было бы отступить, пока еще есть время? Но Иван Семенович положил ему руку на плечо.

— Нет, друг мой, это ни к чему, — сказал он, будто поняв мысли юноши.

— Думаю, что с минуты на минуту начнется решительный штурм. Врагу ничего больше не остается… Напасть они могут только отсюда и отсюда, — показал он. — Я возьму на себя эту точку. А вы, Артем, возьмите ту. Хорошо? А теперь, дорогой мой, давайте закурим. Настала пора применить наше последнее оружие!

Площадка среди скал, где засели наши друзья, была длиною всего метров пятнадцать. Их группа находилась на одном ее краю, где сравнительно высокие скалы создавали что-то схожее со своеобразной колыбелью, стенки которой представляли крутые каменистые гряды. За гребнем длинной скалы был обрыв, у подножья которого толпились враги. А сзади поднимались неприступные каменные скалы.

Единственный путь отступления был отрезан. Лошадей, приготовленных для раненных в бою, захватили жрецы и воины Гартака, обошедшие скалистую площадку. Возможно, что они захватили и несколько воинов Варкана, пытавшихся пробиться к боковому спуску, — впрочем, это оставалось неясным.

Снизу все еще не нападали. Очевидно, враги готовились к решительной атаке, распределяли свои силы. Бой еще далеко не закончился. Раньше казалось, что главные силы жрецов и сторонников Гартака почти разбиты, прижаты к обрыву. Но нет, на самом деле положение было иным! Вероятно, соотношение сил изменилось потому, что воины отряда Варкана слишком увлеклись и в своем стремительном наступлении проскочили далее, чем было рассчитано. Этим самым они дали возможность врагу выйти из безнадежного для них кольца. А потом, когда отряд Варкана, поняв ошибку, хотел снова развернуться и ударить на жрецов, те уже собрались с духом, перегруппировались и отступили сначала к могиле Сколота, а потом к рощице, по направлению к обрыву. Неожиданность нападения, на которую так рассчитывал Ронис, не дала нужных результагов!

Теперь сверху было видно, как яростно защищались жрецы и воины Гартака против восставших. Они успели сосредоточиться и сражались изо всех сил, знали, что обречены на гибель. А восставшие теснили их, и, хотя вещуны и воины Гартака были лучше вооружены, враги не могли противостоять горячей ненависти невольников, которые прекращали борьбу лишь тогда, когда умирали, когда их руки уже не могли держать оружия. Это был страшный бой, бой не на жизнь, а на смерть. И вполне понятно, почему Дорбатай и Гартак вместе со своими приближенными уклонялись от этого боя и собрались тут, под скалами Пока бой еще не дошел сюда и здесь еще можно было отсиживаться, они надеялись, что опытные воины отобьются от восставших невольников.