Чтение онлайн

Заберешь, и спросим у брата разрешения на встречи. Просто как защита для тебя будет. Все будут знать, что ты моя. Надоедать не буду, обещаю, поверь. Провожу домой завтра и уйду. Мы на месяц уезжаем на заставу. Но тебя никто не тронет уже, не посмеют. Верь… — ты не чужая мне по отцу. Ты права, не с того я начал. Но ведь раньше действовало, — улыбнулся широко и открыто, показывая ямочку на щеке. Поднялся — высокий, серьезный, повзрослевший, придержал оружие. Протянул руку. Я быстро спрятала свою за спину.

— Обойдешься.

— Мы уже на «ты». Я тебя обожаю. — И опять эта улыбка. Невозможно не улыбнуться в ответ.

Вечером держали совет вдвоем с тетей. И то, что я узнала, не радовало.

Был способ передать силу ведуна перед смертью на расстоянии, заключив в какую-нибудь вещь. Чаще всего из металла — он долговечнее. Тут совпадало. И пока эту вещь не примут, ведун будет жить. Как только силу примут кровные, он умрет. Я отпущу его. Но знаю, что никогда не смогу это сделать, поэтому сила деда для меня недосягаема. И идти за кинжалом нет смысла.

Получается, что я вообще зря затеяла эту поездку. И оставаться здесь больше нельзя. Нужно уходить — стража в своем праве. Явно обидеть не обидят, но и жить спокойно не дадут. А то и сшибки из-за меня устроят. Тут дело уже и не так во мне, как в самом моменте состязательности. Слишком известна я в этом кругу и уже не важно, что слухи преувеличили мою красоту. Все равно престижный и желанный трофей. И тут уже ничего не поделаешь.

Вдвоем с тетей собирали меня в дорогу. Пересмотрели немногие вещи, выбросив старые и поношенные. Я положила в суму несколько пар нового нижнего белья, чулок, теплую кофту. Спрятала на поясе деньги, взяла что-то из еды. Собиралась ехать «продавать дом». Думала о Хадаре — все дрожало внутри. Вдруг правда все не так, как она говорила, вдруг не так…? Я еду к нему, хоть и страшно, и стыдно… но Кристя права — я тогда сорвалась по-детски.

За полчаса до закрытия ворот мы подошли к ним и светляки показали, что Юрас сегодня не караулит меня. Наглый мальчишка, самонадеянный и вредный. Вспомнился Велий… Он тоже был из этой же стражи. Так же не привык знать отказов, так же, видно, ставил условия и заставлял. Добившись желаемого, бросал — пропадал интерес. Вот и получилось то, что получилось.

Когда стало совсем уже темно, мы прошли в городские ворота, направляясь к лагерю обозов. Договоримся сейчас с теми, кто уезжает завтра утром в мою сторону. Тетя возьмет с них клятву, что довезут до места и не обидят. Ведун, дежурящий здесь сегодня, договор заверит.

На широкой, вытоптанной площадке под городской стеной кучковались группами телеги с укрытым непромокаемыми накидками, крепко увязанным грузом, и пустые, рассчитанные на пассажиров. Эти были с навесом на высоко поднятых изогнутых прутах, со сложенными сейчас накидками для сна и мягкой подстилкой из душистого сена. Мы с Кристей прошли сквозь толпы народа, греющегося возле больших костров. Нашли старшего в обозе, идущем в нашу сторону, договорились об оплате, решили все. Меня устроили спать на телегу к двум женщинам, а тетя ушла обратно, пока были открыты городские ворота.

Прощаясь, мы с ней расцеловались, всплакнули, расстроившись. А я уже решила для себя, что наше расставание ненадолго. Если не останусь дома, то вернусь к ней — она звала. А если все благополучно решится с Хадаром, заберу ее к себе — не молода уже, скоро придет старость, а ее лучше встречать рядом с родными людьми.

Утром, еще только небо серело, меня толкнули — пора. Выползла сонная из телеги, сладко потянулась, оглядываясь. И обмерла. Стоя совсем рядом и победно улыбаясь, на меня смотрел Юрас. Вытаращила от неожиданности глаза, отступая от него. А он молча скользнул ко мне, как гибкий кот. Схватив за руку, вложив в нее что-то. Я, еще не видя что коснулось руки, нечаянно сжала ее, глядя потом с ужасом на небольшой кинжал, как на ядовитую змею. Тело окутало мягким теплом, голова закружилась, зубы было не расцепить. Не замечая, что со мной делается, Юрас заговорил:

— Я знал, что ты так просто не сдашься. Ты такая же упрямая, как я. Возьми — это твое. Но я знаю, где тебя… — и замолчал, будто подавившись словами.

Меня заполнял жар… Как живой, пополз плат с волос, упали вниз косы, расплелись и взметнулись облаком вокруг головы. Я теперь знаю, что глаза светились синим светом и лицо побелело. Не успела ничего сделать, растерявшись, потонув в непонятных ощущениях. Не прикрылась от чужих взглядов, очнувшись мигом позже, вспомнив, что это полный, не снимаемый приворот. Сколько же мужиков на меня смотрело? Огляделась и похолодела. Стража окружала телегу плотным полукольцом. В предутреннем сумраке виднелись ошеломленные неожиданным зрелищем мужские лица. Простонала в ужасе:

— Отвернитесь, дурни. А ты что сделал? Деда убил.

Он выдохнул тихо: — Веда… — Тяжело сглотнул.

Я зацепила свои вещи, обреченно повернулась и тихо пошла обратно в город. Теперь нужно искать другой выход из того положения, в которое я попала. Вхождение ведуньи в полную силу было великим таинством. Если оно происходило над рекой или озером — вода твоя навеки, помощник и хранитель, твое ремесло, твоя стихия. Если на вспаханном поле, босыми ногами на земле — магия земли твоя сила. Глядя в небо, пустив по ветру косы, укрощаешь ветер и воздух. Глядя в костер, ожидая единения с огнем, получишь и его. Все это можно заменить пламенем свечи, водой в кружке, щепотью пыли в руке, сквозняком в доме — как сложится. Главное — вдали от чужих глаз.

В это мгновение ведунья или ведун становятся невыносимо притягательными и прекрасными для человека, увидевшего их. Даже страшная ведьма будет всю жизнь любима и желанна. Приворот не действует только на того, кто уже полюбил ее до того, как… а тут таких не было. Сколько там их всего — десять, двадцать? Вот же дурень, что ж за напасть такая-то, еще и засудят за то, чего не делала.

Остановилась, оглянулась и сказала громко и четко, чтобы все слышали:

— Я, ведунья Дарина, не желала того, что случилось. Если кто не знает, произошло ведовское таинство приворота. Без моего на то согласия, без моего желания. Если это поможет — я отпускаю всех, кто попал под него. На вашу любовь нет ни согласия моего, ни разрешения. Возвращаю вам свободу выбирать, любить и желать. Но советую сейчас же найти сильного ведуна, свежий приворот снять легче. Да поможет вам ваша воинская Сила — ваш покровитель. Юрас, где найти меня — знаешь. Приведешь дознавателей сам.

Закрыла лицо платком, оставив только глаза на виду, и ушла к тетке. Деда было жаль, теперь его уже нет в живых. Сейчас на той стороне его встречает бабушка — его пара. Насколько он хотел уйти сейчас — не знаю. Но помнила свой сон — он плакал тогда, почувствовав, что она ушла. И силу свою тогда же вложил в кинжал. Наверное, все же был готов… готов уйти следом за ней. А может и желал этого всей душой.

Плелась нога за ногу, жить не хотелось. Ну и кто я теперь? Что за ведунья? С какой силой? И что теперь будет со мной? И Хадар… я так хочу к нему… под ту накидку, и чтобы никого больше рядом. В лес, в темноту, под тот тихий дождь… Я замерла посреди улицы, до разума доходило, что самые лучшие мои воспоминания — это та ночь под дождем. Только при мысли о ней ко мне приходит чувство покоя, теплоты и уюта…