Чтение онлайн

— И вы хотите туда отправить меня…

— Ты нам очень нужна, без тебя мы не справимся, — Морисон заглянула ей в глаза, взяла за руку. — Твой брат, Никита, ему нужна твоя помощь. Понимаешь? Его без тебя могут убить. Только ты можешь попасть в этот орден, только ты сможешь узнать, что им известно о нас и почему они пытаются нас убить, и только ты можешь спасти наших людей.

Лера опустила глаза, неуверенно высвободилась из рук Морисон и уткнулась в экран нано-сэда.

— А что будет потом? — задумчиво перелистывая фото на нано-сэде сказала Лера. — Что будет, когда я выполню задание? Я буду служить этому ордену до конца дней?

— Нет, ты там не останешься, — ласково сказала Джанет, погладив Леру по плечу. — Тебя заберут. Когда все закончится, ты сможешь найти брата и жить спокойно.

Лера недоверчиво уставилась на Морисон.

— Мы с Никитой останемся жить на Хеме. А Женя?

— Женя останется здесь. Но если подумать, это не так уж и плохо. Она будет обеспечена, она будет в безопасности.

— Как я, например? — горько усмехнулась Лера. — И почему мне кажется, что вы никогда не оставите нас в покое. И даже если мы с Никитой останемся там и захотим жить спокойно, вы будете нас шантажировать Женей. Или что еще хуже отправите ее в эту Хему так же, как и меня с Никитой.

— Я никогда никого и никуда не отправляла, — строго ответила Морисон.

— Но ведь мне угрожали!

— Спецслужбы используют иногда весьма варварские способы убеждения, — вздохнула Джанет, — но я не думаю, что они причинили бы тебе вред или твоей сестре. Ты нужна нам, нужна своему брату, понимаешь? Без тебя, если ты все не разузнаешь, ему грозит опасность или даже смерть.

У Леры в глазах заблестели слезы.

— Откуда мне знать, что он еще жив?

— Смотри, — улыбнулась Морисон, активировав свой нано-сэд и перекинув на монитор папку с аудиофайлом. — Это запись последнего разговора Никиты. Я тебе его не должна давать, но ты ведь никому не скажешь, — Морисон заговорщицки улыбнулась.

Лера утерла рукавом брызнувшие слезы, шмыгнула носом:

— Нет, не скажу, ни за что не скажу, — пообещала она.

Морисон включила запись:

"Берналь, это Агила, прием, как слышно?" — послышался голос Никиты, Лера вздрогнула, как же давно она его не слышала. Лера вслушивалась в каждое слово, это была не полная запись, нарезка из фраз и говорил здесь только Никита, другого собеседника вырезали. Но и этого было достаточно, чтоб зародить в ее сердце надежду, чтоб успокоить.

— Видишь, все хорошо, — улыбнулась Морисон. — Он принял задание, с ним все в порядке.

— Как давно была сделана эта запись? — спросила Лера.

— Пару дней назад, — слишком торопливо ответила Джаннет, заметив подозрение в глазах Леры, расплылась в улыбке, снова погладила ее по светло-русым волосам. — Если еще будет, я тебе снова дам послушать. Договорились?

Лера часто закивала с благодарностью глядя на Морисон, затем застыла, глядя перед собой.

— Я только одного не пойму, — медленно сказала Лера, — как мое нахождение в этом ордене может спасти землян? Что такого я должна сделать или узнать, чтоб они прекратили преследовать нас?

— Твое нахождение там очень ценно, моя девочка. Мы должны уничтожить этот орден, он очень опасен. А ты нам в этом поможешь, — Морисон улыбалась, заботливо заправляла волосы Лере за ухо, так когда-то делала мама, когда Лера была маленькой.

— Поможешь ведь? — ласково спросила Джанет.

Лера серьезно посмотрела на неё и ответила:

— Я сделаю все, что в моих силах.

Империя, Акшаядеза

Санджей и Роэн Рам прилетели в Акшаядезу несколько часов назад и теперь слонялись по парку в одежде имперских граждан, неподалёку от монастыря неприкасаемых.

Санджей чувствовал себя неуютно в этой одежде, да и общество Роэна его едва ли радовало. Роэн пытался быть с ним вежливым и сдержанным, только вот наследник клана Гиргит только внешне изображал приличие, внутри же он был совершенно другим. Резкий, вспыльчивый, грубый, жестокий. Санджей еще во дворце Рамов насмотрелся, как Роэн ведёт себя с прислугой и со своими наложницами, которых у него было неприлично много. Невозможно было не видеть, комнату Санджея и Роэна разделяла только стена. И Санджей невольно смотрел сквозь эту стену, когда из-за нее доносились шум и крики. И за этого человека Симар, а теперь и отец собираются выдать Ашанти? Тихую и милую Ашанти с кротким покладистым характером? Санджею становилось не по себе от одной только мысли об этом. Нет, как только он вернётся, он обязательно все расскажет отцу.

— Ты как, готов? — привлекая внимание, пнул его локтем в бок Роэн.

Санджей недовольно взглянул на него, потирая бок, и ничего не ответил. Он взглянул вдаль, где над парком возвышался холм и монастырь неприкасаемых на нем. Неприступная крепость, десятиметровая стена, опоясывавшая здание, скрывала от посторонних глаз все, что находилось за ней, и только несколько верхушек крыш башен выглядывали из-за стены. Холм и монастырь находился на окраине столицы, подальше от городской суеты, от дорог и людского шума. К большим тяжёлым воротам вела всего одна дорога, по которой возили только неприкасаемых в темных тонированных авто.

И рядом был только этот небольшой парк, где было тихо и безлюдно. Парк оживал только дважды в день, когда к автобусной остановке возле парка приезжали автобусы с рабочими с окраинных заводов и фабрик.

— Здорово обладать таким даром, как твой, — на лице Роэна скользнула гадкая ухмылка, — можно, наверное, на любую девицу без одежды глазеть.

— Под одеждой темно, — серьезно ответил Санджей без тени улыбки, — в редких случаях можно что-то разглядеть без ночного зрения.

— Ну, можно ведь и с ночным. Как по мне, тоже не плохо, — Роэн улыбался все той же гадкой ухмылкой на одну сторону. — Так что, ты часто подглядываешь?

Санджей вздохнул и закачал головой, так и не ответив, его раздражала пошлость и такое отношение к его дару.

Роэн похлопал его по плечу, Санджей недовольно взглянул на него.

— Ну что, ты готов? — снова повторил Роэн этот вопрос.

— Я все же не пойму, — сказал Санджей, задумчиво глядя на монастырь на холме, — что именно твой отец хочет там увидеть?

— Что угодно, — пожал плечами Роэн. — А тебе самому не интересно, какие эти неприкасаемые, как живут и почему прячут лица?