Чтение онлайн

– Мы спасли королеву? – громко воскликнули удивленные Друль и Гальянка.

И тут они увидел, что улей, который они принесли на поляну, отличался от тех, что уже стояли здесь. Те ульи тоже были большие, но они были простые большие ульи и ничем друг от друга не отличались. А этот был невероятно красив, с украшениями, резьбой и вязью, с золоченой крышей, с окошками с серебряными ставнями и дверцами из слоновой кости. И тут дверцы открылись, вокруг сразу стало светло, потому что из королевского улья вылетели светлячки и осветили поляну, а за ними появилась и сама пчелиная королева Жужильда Третья. Это была красивая пчела, размером почти с голубя, на маленькой головке ее сверкала золотая корона, а за спиной прикрывала крылышки алая мантия.

– Да, вы спасли королеву! – громко сказала она человеческим голосом. – И нет пределов моей благодарности вам! Утром я выслушаю вас, и отблагодарю по-королевски, а сейчас, прошу прощения, но и мне и моим подданным очень хочется спать. Мы пчелы дневные создания и не можем обходиться без сна по ночам.

– Конечно, ваше величество! – Друль и Гальянка почтительно поклонились.

– Проводите их в улей для гостей, – томным голосом и широко зевая, приказала королева пчелам и вернулась в свой дом.

Путешественники тоже отправились отдыхать. Пчелы повели их, но перед этим Друль отпустил медоеда. Он еще раз приказал ему не обижать пчел, велел ему каждый день обходить поляну и охранять честных тружениц днем и ночью и никого не пускать на Янтарную поляну.

– А за это, – сказал он, – пчелы будут кормить тебя медом. Ведь все нужно заслужить, заработать, а не красть и тащить без спроса.

Медоед смешно закивал головой, обрадовано заурчал и поклялся на своем медоедском языке выполнить то, что приказал ему

Друль, после чего тут же побежал в лес, чтобы сделать свой первый дозор.

Так медоед из врага стал верным другом пчелам Янтарной поляны.

На следующий день путешественники проснулись довольно поздно после бессонной ночи, а деликатные пчелы не стали их будить, хотя сами встали с рассветом. Солнце стояло в зените, когда они вышли из улья для гостей – небольшой квадратной избушки, и обитатели Янтарной поляны трудились вовсю, добывая нектар из цветов и делая из него мед.

Друзья вышли на свежий воздух и застыли на месте от удивительного зрелища, которое предстало перед ними.

Янтарная поляна не зря носила такое название. Она была огромна как море, и вся до самых дальних лесных опушек покрыта самыми различными цветами: одуванчиками, васильками, маком, розами и орхидеями. Но больше всего на ней было одуванчиков. Золотые волны этого цветочного моря ослепительно горели под солнечными лучами и колыхались на ветру. А над цветами летали темно-желтые с черными полосками пчелы. Их были миллионы, целые тучи пчел перелетали с цветка на цветок и летали от ульев к цветам, и от цветов к ульям. Когда целая стая таких пчел вдруг разом садилась на какое-нибудь место, оно сразу из ярко-желтого, или алого, из розового или даже голубого становилось янтарным, от чего и называлась поляна Янтарной.

К Друлю, Гальянке и Настрадамусу тут же подлетели две пчелы-стражницы с особо длинными жалами и объявили, что королева ждет их у своего дворца. Они поблагодарили и попросили проводить их.

Королева пчелиного царства Жужильда Третья встретила их около дверей своего улья. Она что-то прожужжала пчелам, и те улетели и прилетели обратно с тарелками полными меда.

– Позавтракайте, мои благородные спасители, – сказала королева.

Путешественники сели перед королевой прямо на мягкую, покрытую низкой густой травой землю и стали есть. Мед был великолепный. Никто из троих ничего подобного в жизни не пробовал, ведь это был самый свежий мед, только что приготовленный специально для них. Когда они утолили первый голод, королева обратилась к ним со словами:

– А теперь расскажите мне, что вас привело в эти места, да еще так вовремя. Ведь если бы вы не проходили мимо, то я бы погибла, и мои подданные остались бы без королевы и потомства. Это была бы великая трагедия. Наш народ был бы обречен на медленное умирание, потому что кроме меня некому воспроизвести пчелиное потомство.

– Мы направлялись именно сюда, на Янтарную поляну, – ответил ее величеству Друль.

И он рассказал королеве пчел о цели своего путешествия, о несчастье, которое произошло в Королевстве эльфов, и о гоблинах и троллях, которые преследуют их по пятам, о Мартодуине. Ну и конечно поведал он и про волшебную паутину, которую он собирает из золотой пряжи.

– Королева болотного царства уже отдала мне золотую пряжу в обмен на яйцо серебряной цапли, – кончил он. – И у тебя я осмелюсь тоже просить золотую пряжу. Что ты хочешь в обмен на нее?

– Ты уже заплатил за нее, Друль, – ответила Жужильда. – И заплатил самой высокой ценой, какую только можно дать за эту безделицу. Она твоя. Возьми ее и ступай своим путем, и да будет на твоей стороне удача во всем.

Вот как благодаря воришке медоеду нашим друзьям удалось так скоро получить еще одну золотую пряжу. Теперь у них было уже три части от золотой паутины. И они отправились на поиски остальных двух. Теперь их путь лежал к Духу Колдовского леса. А дойти до него было не так-то просто.

У каждого дерева, как известно, есть душа. Она живет в нем и может быть одновременно и в корнях, и в ветвях, и в стволе, и в листьях. Так что, когда дровосек срубает дерево, он должен сперва убедиться, что в дереве, которое он собирается срубить, души уже нет, и не течет в его жилах жизненный сок. Она переселилась в другое дерево, молодое и здоровое. Только тогда можно рубить умершее дерево. И дрова от него отличные и сделать из него можно что угодно, и оно не принесет тебе неприятности.

У каждого леса также есть душа. Не может существовать лес без души. Она также может находиться в одном месте и в нескольких сразу. Душа леса живет в лесном ручье и в темном овраге, в норке ежа и в гнезде кукушки и везде, где только можно: в солнечных лучах, в изумрудных листьях, в пении птиц и в шуршании раскидистых крон, в реве оленя и вое волчицы, барабанной заячьей дроби, и в запахе спелых ягод и сырости грибов. Может жить она и в пустой ореховой скорлупе. В общем, душа леса может быть везде. Найти и увидеть ее почти невозможно.