Чтение онлайн

— Теперь Харэ в Минас-Аретире, нам остается только подождать пока он все вспомнит, так? — спросил я Аки. После завершения «Куба Смерти» мы отправились на некоторое время в Дэливирин, чтобы пожить во Дворце Кошмаров, усовершенствовав некоторые из наших заклинаний.

— Повелитель вернет ему утраченные воспоминания, после чего он начнет действовать, делать все, чтобы добиться ее пробуждения. Однако, я уверен, он слышит нас и первым делом отправится сюда. Я оставил ему вполне ощущаемый сигнал.

— Будем надеяться, идем, Лилирио нас ждет…

— Да идем.

Мы спустились из дворца на плато руин. Лилирио, скелет не имевший нижней части туловища, парил ожидая нас, справа и слева от него Стражи Пустоты, скрепленные с ним цепями вожделения, которые проглядывали через тень и двигались по нему словно живые.

— Ну, братья мои, как ни странно, Повелитель одобрила вашу просьбу, так, что идем к озеру. Хотя ваша затея лично мне кажется вообще странной.

Он привел нас к Озеру Пустоты, а точнее к его самой южной границе — отмели иллюзий и надо сказатья я и сам не ожидал, что и Аки и Повелитель воспримут мою идею всерьез, но нам нужно было с чего-то начинать, поэтому я придумал способ, как поделится с Повелителем знаниями о координатах, которыми даже мы еще не обладали. Но все-таки мы уже подумали об этом и заклинание, которое передаст ей знания о координатах уже было.

— Лилирио, спасибо, что проводил нас, но дальше мы справимся сами.

Лири пожал плечами.

— Это ваши дела, у нас с Лианом тоже есть секреты, поэтому как скажешь, Аки.

Мы с Аки поднялись на холм и замерли… пораженные тем, что сумели ощутить. В темном, разоренном Хаосом мире, созданном по воле бессознательной тьмы Эльребы, в котором существовало все самое кошмарное и самое глубокое отчаянье, рождающее пустоту, я не ожидал увидеть нечто столь не обыкновенное. Нечто столь печальное и красивое одновременно. Вся прибрежная заводь, отделенная от основной части озера, была покрыта множеством цветущих, кристаллических, аметистовых лотосов, они качались на ветру, словно исполняя какой-то немой танец, не говоря ни слова. Они мерцали, как и яркие всполохи сияния над головой, вызванного слиянием большого количества сил и энергии и в центре этой заводи стояла покосившейся хижинка с треугольной крышей, деревянное крыльцо которой покосилось и практически разваливалось.

— Идем внутрь… — спокойно сказал Аки.

Я знал, чем были эти цветы, ведь я попросил ее об этом, перенести карту миров из ее сознания сюда, каждый из этих цветков был целым миром. Проходя мимо цветов, я мог в лепестках разглядеть тысячи сменяющих друг друга картинок прошлого и будущего, настоящего и не наступившего будущего… количество лепестков символизировало количество параллельных этому миру его вариаций. Я не знал понимал ли я это, как ее гелиоцентрический стержень или просто потому, что мы мыслили практически также, как и она. Аки выложил дорожку из заклинаний, по которым мы добрались до крыльца. Аки поднялся по скрипящим ступенькам, и всполохи на небе стали ярче, сменяя друг друга, он открыл покосившуюся дверь, держащуюся лишь на одной петле. Бездна все меняла, но только не это место. Я вошел внутрь. Тело девочки, одетой в черно-золотое платье лежало на каменном ложе, Лиан и Лири следили за ним, пока она покидала его. Ее пушистые, длинные волосы были расчёсаны и аккуратно лежали по сторонам, руки сложены под грудью, вокруг в нише… она лежала в сорванных лепестках, цвет которых потух, и они увяли. Что символизировали эти лепестки, чем они были в реальности, если цветущие лотосы — это целые миры? Тишину этой усыпальницы нарушили только всполохи сияния над крышей, которые можно было видеть через щели в крыше.

Мы стояли молча, чувствуя впервые за долгое время, подлинные эмоции и главное одинаковые, это был вожделенный восторг, перемешанный с грустью коллективного бессознательного, грусти самой Вселенной.

— Что означают эти лепестки? — спросил я у брата, но он молчал.

Вместо этого позади нас раздался такой знакомый, мягкий и обволакивающий голос, в котором, в то же время, сквозило коварство. Я обернулся и услышал его ответ:

— Увядшие навсегда города и народы, эти лепестки символизируют оконченные вариации, те, что не имеют логического продолжения, эта хижина и эти лепестки, это портал в Город Потерянных Душ… и мы вернемся сюда еще раз, как только вы найдете алые координаты…

— Харэ… — едва сумел выговорить я. — Ты вспомнил все?

— Да, я провел во сне Повелителя около двухсот лет по летоисчислению драконов, а значит для вас здесь, с учетом протечек во временных провалах Бездны, около тысячи лет…

Он был одет в алый китайский костюм с золотым, извивающимся швом посредине, рисунок на спине был похож на пентаграммы каких-то заклинаний, на шее повязан синий шарф с длинными, развивающимися концами, волосы завязаны в длинную косу, на голове блестела узнаваемая алая тиара.

— Что ты планируешь делать дальше? — спросил тихо Аки.

— Делать необходимые приготовления к пробуждению Эльребы, а заодно путешествовать по мирам, чтобы посмотреть, как идет развитие этой Вселенной…

Аки задумался, а я уже понял, о чем он говорит.

— Ей не нравится, так? Эта Вселенная все равно идет в неправильном развитии, она хочет понять почему или уничтожить ее… этим ты будешь заниматься, да?

— Ты научился пользоваться даром истины, Амэ. И это очень похвально.

Он прошел мимо нас и склонившись над усыпальницей, поцеловал девочку в лоб, убрав пряди с него.

— Да. Амэ, ты прав. Но прежде, чем вы спросите, о чем хотите, поговорим о координатах. Найти их не легко, потому что я запечатал и создал их собственной магией и поклялся, что никогда не смогу найти их. Отдав алые координаты Хранителям Созидания, я тем самым запустил заклинание их передачи, ко мне вернуться они не могут, а значит, я не могу найти врата. Я также не могу, согласно правилам, никоим образом способствовать их нахождению, но все же помочь я вам имею право. Я создал волшебный прибор, который сумеет отследить остаточные следы координат, а ты, Амэ, считав данные с этого прибора, сможешь нарисовать карту и досчитать будущее место нахождения координат вручную.

— Прибор, но ты не можешь воспользоваться им лично, верно? Это тоже нарушение, — подумав, сообразил Аки.

— И вы тоже не можете. Прибор я передам будущим Третьим Хранителям, вам нужно будет лишь способствовать тому, чтобы они пробудили прибор, а чуть позже, в обмен на сделку, выманить у них информацию с него, однако, это должен быть добровольный обмен, и они должны подумать, что вам нужна информация о Хранителях, а не о том, что они хранят и о чем забывают.

Аки кивнул, Харэ провел рукой по цветкам вокруг ее тела, они даже не загорались… они были в Городе потерянных Душ и здесь было лишь их иллюзорное изображение, переданное через восприятие Эльребы.

— Условия сделки будут вам обеспечены, я создам ситуацию, в которой они будут вынуждены обратиться именно к вам. Теперь, когда с приготовлениями покончено, вопросов ни у кого не возникло?

Я подошел ближе к нему и сел на стул, в этой лачужке был еще стол из плотного дерева и два покосившихся, на вид обычных стула. Харэ улыбнулся.

— Почему Оскурас нарушил условие сделки и вмешался в твою память, оттянув таким образом ваше пробуждение, он ведь знает… — Харэ усмехнулся и его лицо вновь озарила эта страшная улыбка торжества и ужаса.