Чтение онлайн

— На чём поедим, на машине? Или полетим самолетом? — предложила она с нездоровым интересом.

— Лучше машиной, перелет вымотал, — буркнул кудрявый, присев в кресло и закрыв лицо руками.

— Сейчас, мне нужно позвонить, — говорю им и отхожу к стойке регистрации.

— Можешь взять мой мобильный! — предлагает Марго, но я отмахиваюсь.

— Можно позвонить? — спрашиваю, подмигивая симпатичной девчонке, на что зверь в груди бесится.

Так непривычно снова чувствовать его внутри, уже отвык от него и его чувств. Но увы за свою свободу приходится платить этим. Как бы мне не хотелось его убить, он скорее всего умрет только в одном случае — если умру я. Набрал наш домашний номер и почти сразу услышал женское «алло».

— Тётя, это я. Прости что так надолго пропал, но теперь я вернулся, скоро приеду и все расскажу тебе, — улыбаюсь с облегчением.

Стоило давно поговорить с тётей, но я переживал что Марго о ней узнает. На удивление часто вспоминал ее, как в детстве мы устраивали войны за территорию, как играли по выходным на водных пистолетах, или как спорили по какому-то глупому поводу.

— Максим? — услышал удивленное и почти сразу понял, что это не тётя Нина, а ее лучшая подруга Таня.

— Тётя Таня? Позовите тётю, — говорю слегка растерянно.

— Я, — она резко вздохнула, — не могу. Максим, понимаешь, ее нет.

— В смысле? Опять что ли в бутике каком застряла? Тогда позвоните на мобильней, скажите, что я вернулся. Хорошо?

— Мальчик мой, Нина умерла, неделю назад, — резко выдохнула она.

— Что?

— Машина на которой она ехала по рабочим делам съехала с моста в обрыв. Ни она, ни ее водитель не выжили. Бизнес перешел ее новому мужу, они всего лишь две недели как расписались. Он уже продает бизнес и этот дом, мы с мужем пытаемся ему помешать, но вряд ли долго продержимся. Максим, тут что-то не чисто, он явно бандит.

Женщина плакала во весь голос, пока до меня доходило что последний мой родственник умер, да еще судя по всему по вене какого-то урода. Сцепил зубы, чувствуя злость, но сдержался.

— Тётя Таня, уходите из дома пока, через пару дней я вернусь и разберусь с этим «мужем», — пообещал ей и себе.

— Максим, они бандиты! Тебе лучше не появляется здесь. Спрячься, они думают ты пропал, тебя никто не будет искать, — кричит женщина, но я не обращаю на ее слова внимания и ложу трубку.

— Все в порядке? — поднимается брат, заметив моё новое настроение.

— Нормально, — обнимаю его по-братски, давя в себе злость и боль от утраты.

— Точно? — неуверенно спрашивает он, пока я иду впереди за Марго.

У меня остался только кудрявый и больше никого.

***

Она странная, совсем невозможная, или может ей просто все равно. Плевать на ответы, она не хочет их знать, потому и не задает вопросы.

«Так ты все это делал из-за моего запаха?» — спросила она, узнав о реакции парней на ее месячные.

Честно, не знал, что ей ответить, с одной стороны да, все что между нами происходит из-за ее запаха. С другой стороны, мне крышу сносит не только в те самые дни, а постоянно. Но все же поцеловать ее хотел я, пускай только из-за зверя.

«Нет», — ответил ей, ожидая хоть какой-то реакции.

Она не спросила ничего, просто сделала вид что вообще не задавала этого вопроса. Ей не интересно, ей совсем это не интересно, почему я вел себя как какой-то влюбленный придурок. Да и сам не понимаю, почему так себя веду. Но ее реакция, явное желание что бы подобного не происходило, бесят.

И это при том что она во всем виновата! Как будто это не она в ванне возбудилась, опоганив все своей вонью, как будто это не она приехала в этот город за своим братом. Самое противное, что меня это задевает, очень сильно задевает. Чувствую злость и уязвимую гордость, еще ни одна девчонка себя так со мной не вела. Сразу видно, такая же психованная, как и ее братец.

Он кстати заявился все-таки, вместе с Кириллом, что меня взбесило настолько, что снова применил Волю, заставив их повиноваться жуткой болью. Брат говорил, что дед его, часто так наказывает в стае. Я же не так часто, только когда очень сильно взбешусь от очередной их глупости.

В этот раз все было по-другому, я разозлился от того, что они такой шумной оравой вторглись на мою территорию в самый неподходящий момент. Еще немного и я бы ее поцеловал, точно бы поцеловал, а может и не только. Возможно они спасли меня от огромной ошибки, но сейчас я чувствую только злость от их поступка. Да еще и Марго, прилетела на всех парах от своей матери, влезла куда не надо. Потом Кирилл и Ваня еще заплатят за все, за свой визит и особенно за то, что язык за зубами не держат.

Пока что мне было не до того, упершись лбом в дверь спальни слушал разговор Марго и моей толстушки. У жены Михаила всегда была удивительная способность получать то, что она хочет. Как например она захотела, чтобы Дима не пошел в другие стаи, потому и создала новую, используя меня. Женщина подняла шум, увидев наверняка ту же самую жуткую картину синяков и ран на ее теле. Само собой, она и виноватого нашла — меня. Ждал, когда толстушка свалит все на меня, но она меня удивила.

— Он ничего не сделал, — соврала Даша.

Пожалел, что не вижу с каким выражением она это говорит.

— Правда? — спросила Марго не веря.

— Правда, — спокойно лжет снова Дашка, пока я ловлю на себе испытывающий взгляд остальных троих.

В их глазах я тварь, что делает женщинам больно. Но я и хочу, чтобы она таким меня считала. Их осуждение, меньше всего меня заботит. Но вот то, что она меня защищает, пугает. Эта глупая девчонка влюбилась?

— Хорошо, а теперь расскажи, что случилось, — потребовала Марго и у нее получилось получить ответ.

Даша говорила спокойно, толком не объясняя, как оказалась в декабре на улице без денег, мобильного и верхней одежды. Потом она говорить о том, что заблудилась и Марго наконец догадалась что нужно впустить нас в комнату. Толстушка стояла возле шкафа, теребя рукав длинного несуразного свитера. Она одела его, что бы никто не заметил ее ран и синяков? Но даже на пальцах были синяки, я не мог понять откуда они взялись. По привычке ляг на свою сторону дивана и стал слушать ее рассказ. Она забивалась, нервничала сильно, губы кусала. Руки ее затряслись, после того как она сказала, что кто-то был мертв. Она боялась, по-настоящему боялась, а не врала и не выдумывала. Зверь рычал раненным зверем, он хотел ее защитить, хотел сделать счастливой. Я чувствовал его страх, то что он боится за нее и в душе просто расцветало злорадство с привкусом отвращения. Отвращения к себе самому, из-за того, что ее страдания единственное что помогает мне отомстить этой твари. Но это продолжалось только мгновение, пока она не закрыла глаза от страха, задрожала всем телом и желание защитить и успокоить взяло верх перед желанием отомстить. Все это длилось мгновение, во время которого я сорвался с кровати, но так и не подошел к ней. То, что она сказала, изменило все, просто потому что я ощущал запах Димы где-то рядом.