Шрифт:
В городе Лёхина происходят странные события. Герой и его друзья пытаются разобраться в них.
1.
Чересчур впечатлительным или чувствительным Лёхин себя никогда не считал. Впрочем, по сути, это высказывание неверно. Лёхин вообще не задумывался о том, чтобы себя охарактеризовать с этой точки зрения. Просто на него иногда находило - так он это называл. Или накатывало. Он начинал злиться на себя и на всех, совершенно безосновательно начинал подозревать окружающих в невнимании к себе и тут же психовал, если ему это внимание оказывали: "Чёрт, да оставьте меня все в покое! Почему всем от меня что-то надо?!"
Завтра с утра на работу, и он лёг пораньше, чтобы выспаться. Как бы не так… Вот тут-то на него и нашло-накатило.
Привидения, остававшиеся в соседней квартире, но негласно, тихой сапой прописавшиеся в квартире Лёхина со времён бурных августовских событий, гуляли где-то по Интернету. Вспомнив про их гуляния, Лёхин потихоньку начал закипать: "Правильно! Примчатся к завтраку и будут в красках расписывать всё, что увидели. А мне и двух часов не найти, чтоб посидеть за "компотером"!"
Затем вспомнил о домовых, чинно сидящих сейчас за компьютером или орудующих принтером. "Надоели со своими рецептами, сантехникой, шитьём-вязаньем, ремонтами! Как ни сядешь в Интернет заглянуть, обязательно чья-нибудь укоризненная бородатая физиономия нарисуется - по делу они! А я так - бездельник! Мой компьютер, блин, или нет?!"
Стиснул рот. И Аня далеко. Чаще только переговариваются по телефону, но ведь этого мало! Увидеть бы её, улыбнуться в ответ её мягкой улыбке. Взять за руку. Посидеть рядом. Пусть даже пока такая малость. Но ведь иногда эта малость и большого стоит.
Потом представил завтрашний день - двенадцать часов погрузки-разгрузки с перерывом на обеденный час, который часом вряд ли будет. Кто-то внутри робко заикнулся, что ему, вообще-то, давным-давно предложено стать частным предпринимателем и свои заготовки сплавлять в довольно приличный ресторанчик. Какое там предложено! Да Илья Михалыч спит и видит Лёхины деликатесы у себя в меню как часть бизнес-ланчей!.. "А если кроме Ильи Михалыча никто больше не захочет их покупать?!" - рявкнул Лёхин на робкий голос.
А через минуту - кипел. Сна как не бывало. Кто виноват? Лёхин считал - жизнь. И ворочался, припоминая все обиды и старательно обходя все радости.
Вскоре он взвинтил себя так, что оставалось только или зарычать, или взвыть над собой. И в этот патетический момент получил по уху.
Сел. Дотянулся до настольной лампы.
На стуле с приготовленной на завтра одеждой сидел мрачный Шишик - лохматый кругляшок, размером с помпошку на детской шапке.
Лёхин хмуро уставился на него. Но Шишик ростом меньше, поэтому его взгляд исподлобья оказался мрачнее.
– Ну и?
– сердито спросил Лёхин.
Шишик блеснул глазищами и вскарабкался на спинку стула. Забравшись в рукав рубашки, выглянул из расстёгнутой манжеты.
Чтобы сообразить, чего хочет "помпошка", понадобилось не более минуты.
Перед выходом Лёхин взглянул в зеркало прихожей. Оттуда всмотрелся в него жутко обиженный человек, с физиономией немного надутой и с запавшими глазами. У человека чуть смятый короткий ёжик почти белых волос, который пришлось немного потрепать, чтобы не выглядел, словно его корова языком лизнула. С минуту постояв перед зеркалом, Лёхин выпрямился, расправил плечи и вздохнул. Ладно, вот так, с плечами, человек в зеркале вроде ничего. В смысле - по-человечески выглядит.
Ещё через минут пять Лёхин тихо закрыл за собой входную дверь.
У подъезда постоял немного. Вышедший с ним чёрно-белый кот Джучи посидел рядом, время от времени поднимая на хозяина зелёные глазища, потом углядел что-то интересное в поредевших кустах и сгинул в газонной темноте.
На улице свежий октябрьский ветер опахнул лицо и мгновенно выдул все ненужные тяжёлые мысли. Ночь и сухая дорога с шуршащими под ногами листьями - что может быть лучше, когда наваливается бессонница? И Лёхин пошёл куда глаза глядят. Понятно, что глаза глядели туда, куда требовал направить свои стопы Шишик.
И прошёл Лёхин не много не мало - целых четыре остановки. Само собой в первом часу ночи, когда весь честной народ спит. Ну, не совсем, конечно, весь. Кое-кто по пути попался: и одинокие фигуры, целеустремлённо шагавшие, видимо, домой; и вяло плетущиеся парочки, наверное, не замечающие позднего времени по причине витания в личных облаках. Встретился даже почти невидимый в темноте товарищ, негромко, но эмоционально доказывающий фонарному столбу (держась за тот же столб), что виноват в их столкновении не он, а плохое освещение.
Чем дальше шагал Лёхин, тем легче становилось на душе. Проходя мимо "Детских товаров", он даже подошёл поздороваться с домовым. Тот сидел на ступеньках, как в кресле, прислонившись к пушистому боку спящей кошки. Тихому пожеланию "Бог в помочь, дедушка!" домовой обрадовался (в руках держал целую систему спиц с болтающимся на них крохотным башмачком) и тоже пожелал - доброго пути.
Наконец Шишик велел свернуть. Лёхин обнаружил, что попал в район общежитий и малосемеек. Ещё несколько минут ходьбы - и они оказались в странном месте: три общежития глухими торцами и забор детского сада образовали довольно большой прямоугольник, треть которого заасфальтировали под баскетбольную площадку, а остальное оказалось полузатоптанным пустырём.
Две скамейки при баскетбольной площадке, освещённой мощным прожектором, облюбовали подростки. Шишик "усадил" хозяина рядом, на третью, почти вросшую в землю. Лёхин послушно сел и пригляделся к компании. Та оказалась довольно мирной, если не считать двух мотоциклистов, нарезающих круги по площадке, едва не сталкиваясь с тремя "фигуристами" на роликах… Ребята беседовали, смеялись, покрикивали на владельцев шумного транспорта - те возражали: "Завидуйте молча!" В общем, Лёхин так и не понял, зачем Шишик его сюда привёл. Но компанейская, дружески-подначивающая атмосфера ему нравилась.
Вскоре от компании отделилась фигурка. Она медленно побрела по площадке и остановилась. Трое "фигуристов", чьи ролики оказались снабжены разноцветной подсветкой, немедленно принялись кататься вокруг неё. Когда к ней развернулся один из мотоциклистов, осветив фарами, стало ясно, что это девочка. Кажется, она слушала плейер: постояв немного, она стала покачиваться на месте, время от времени прижимая одну ладонь к уху. "Наверное, наушник плохо держится", - предположил заинтригованный Лёхин. Кроме всего прочего, на её лбу мелькала какая-то полоска с чем-то поблёскивающим - наверное, налобная повязка, какие Лёхин уже видел пару раз в городе. Вроде среди молодёжи модно носить такие.