Чтение онлайн

С бешено колотящимся сердцем я беру нож и подхожу к заднему колесу Джексона. Пытаясь в точности повторить действия Габриэля, я изо всех сил вонзаю нож в шину. В награду я слышу быстрое шипение выходящего воздуха. Но когда я пытаюсь вытащить нож, он не поддаётся. Страх сжимает моё сердце, и я тяну сильнее. Я не могу оставить нож в колесе. Он весь в наших отпечатках, к тому же Габриэль уже сказал мне, что мы не должны оставлять никаких улик.

Меня тут же охватывает паника, я учащаю дыхание и снова дёргаю за ручку, но она не сдвигается ни на дюйм. Затем тёплая сильная рука Габриэля обхватывает мою. Он аккуратно убирает мою руку с лезвия и заменяет её своей. Резко повернув и потянув за лезвие, он вытаскивает нож. Мотоцикл заметно проседает, когда шины окончательно спускают, но Габриэль не теряет ни мгновения. Взяв меня за руку, он заставляет меня идти лёгкой походкой, и мы направляемся к дальнему концу парковки, а не к опушке леса. Он складывает нож и убирает его в карман, пока мы идём, и со стороны мы похожи на счастливую пару, держащуюся за руки и направляющуюся к своей машине.

Мгновение спустя из клуба доносятся громкие, хриплые звуки драки, и кто-то открывает дверь. Все инстинкты подсказывают мне, что нужно бежать, но Габриэль сжимает мою руку, удерживая меня на месте.

— Смотри прямо перед собой, — шепчет он сквозь зубы, и я подчиняюсь.

Вскоре заводится двигатель машины, и человек проезжает мимо нас и выезжает с парковки. Только добравшись до самой окраины участка, где тени создают слепые зоны, мы ускоряем шаг и поворачиваем к опушке леса.

— Откуда ты знал, что они не идут за нами? Я думала, ты сказал, что нам, возможно, придётся бежать, — спрашиваю я, пока мы идём быстрым шагом.

— Я проверил, нет ли камер на входе. Их там нет, так что нас не мог видеть охранник. Они не остановили нас, когда мы были у мотоцикла, так что я понял, что это, скорее всего, совпадение. Кроме того, бегство сразу же вызывает подозрения. Лучше притворяться, что ничего не происходит, пока не станет ясно, что кто-то в курсе. Когда тебя ловят, человек, который пытается тебя остановить, всегда кричит, зовёт на помощь, угрожает или приказывает остановиться. Это не имеет значения. Это чистый инстинкт, и у них нет времени всё обдумать.

Я пристально смотрю на него, когда мы снова оказываемся у опушки леса.

— Ты ведь уже всё обдумал, не так ли?

Когда нас окутывает темнота леса, Габриэль поворачивается ко мне и пожимает плечами.

— Я вырос в неблагополучном районе. Когда на кону твоя свобода и жизнь, быстро учишься понимать, что работает, а что нет.

Моё сердце сжимается от этого небрежного заявления, которое так много говорит о моём сообщнике. Но прежде чем я успеваю стать слишком серьёзной, на лице Гейба появляется игривая ухмылка.

— Хочешь остаться и посмотреть на их лица, когда они увидят нашу работу? — Спрашивает он, и на моих губах появляется коварная улыбка.

— Да.

Мы устраиваемся на опушке леса, откуда открывается лучший вид. Мы находимся в тени леса, но мотоцикл Джексона стоит прямо под прожекторами здания, как будто они устроили сцену специально для драмы, которую мы собираемся посмотреть.

Ночные бои быстро заканчиваются, и вскоре в парадные двери начинают входить зрители. Когда первоначальная толпа рассеивается, бойцы начинают выходить, и я узнаю мускулистую фигуру Афины, которая только кажется миниатюрной по сравнению с высокой, подтянутой фигурой Джексона. Он придерживает для неё дверь, прежде чем последовать за ней на почти пустую парковку.

Моё сердце бешено колотится в груди, когда Афина останавливается как вкопанная, и Джексон чуть не врезается в неё. Я вижу ужас на её лице, когда она поворачивается к нему, а выкрикнутая Джексоном ругань говорит мне, что он понимает, почему она так напугана.

С моих губ срывается тихий смешок, пока я наслаждаюсь ощущением победы. Даже когда Джексон подхватывает Афину под руку и достаёт свой телефон, меня охватывает головокружительное возбуждение. Я слышу, как Габриэль пошевелился рядом со мной, но я не могу оторвать глаз от происходящего, чтобы увидеть, наслаждается ли он этим так же, как и я.

Вскоре визг шин возвещает о прибытии Дина, и я понимаю, что это он, ещё до того, как он выходит из машины, потому что узнаю его сексуальный чёрный «Мазерати». Я чувствую, как Габриэль напрягается рядом со мной, когда он появляется, возможно, в ожидании моей реакции, но я больше ничего не чувствую к Дину. Да, он великолепен по любым меркам, но то, что раньше казалось мне в нём привлекательным, теперь вызывает у меня лишь горечь и обиду. Мы с ним должны были пожениться, чтобы я могла подняться по социальной лестнице и получить все блага, которые пожелаю. На самом деле он мне никогда не нравился.

После короткого обсуждения Дин, Афина и Джексон садятся в «Мазерати», оставляя мотоцикл Джексона на ночь. Полагаю, уже довольно поздно, чтобы кто-то приезжал и забирал его. Зная, какие связи есть у Джексона, владельцу клуба будет всё равно, если его мотоцикл останется там до завтра. Машина трогается с места и за считанные секунды исчезает на дороге, ведущей обратно в центр Блэкмура.

Только после того, как пыль от их шин оседает, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Гейба. Он внимательно наблюдает за мной, ожидая, что я буду делать дальше. Выйдя из своего укрытия за деревом, я подхожу к нему ближе, и он выпрямляется, поднявшись с корточек. Не говоря ни слова, я хватаю его за воротник куртки и притягиваю его губы к своим, впиваясь в них поцелуем.

Он колеблется всего мгновение, а затем его напряжённые мышцы расслабляются, и он притягивает меня к себе, прижимая к своему мускулистому телу. Я обнимаю его за шею и медленно тяну дальше в лес, подальше от цивилизации, чтобы мы остались наедине в этой глуши. Страсть бурлит в моих венах, наполняя меня дерзкой безрассудной отвагой. Я стягиваю с Габриэля куртку, стягиваю её с плеч, и та падает на землю позади него.

Он отвечает мне тем же, снимая с меня мою. Мы отчаянно пытаемся не разомкнуть губ, пока в исступлении раздеваем друг друга, сбрасываем обувь и расстёгиваем его брюки. Я на мгновение прерываю наш поцелуй, чтобы стянуть леггинсы вместе с трусиками и сбросить их.

— У меня нет презерватива, — нерешительно говорит Габриэль, и его лицо застывает, когда он осознаёт это.

Снова сократив расстояние между нами, я крепко сжимаю его член.

— Всё в порядке. Ещё один раз нам не навредит, — выдыхаю я.

ГАБРИЭЛЬ

Я знаю, что не должен, но не могу устоять перед искушением. Когда Уинтер снова целует меня, крепко сжимая мой твёрдый как камень член, мысль о том, чтобы трахнуть её без презерватива, приводит меня в исступление. Я обнимаю её за талию и медленно скольжу руками по её коже, чтобы обхватить её упругую попку. Стону ей в рот и опускаю руки на её бёдра, а затем подтягиваю их к своей талии.