Поющие клинки

Все в этом мире падает. Спутники падают на планету, а планета падает на звезду, а звезда в центр галактики. Падение это затяжное, потому что планета падает чуть быстрее спутников, а звезда чуть быстрее планеты. Куда же падает галактика, я не знаю.

Все это ярко понятно именно сейчас, когда я сам медленно падаю с края крыши спиной вперед. Вот и небо вверху, и я раскинув руки лечу спиной вниз. Сколько здесь этажей? Достаточно. Спиной и затылком прямо сейчас планету пну.

Она (планета) тоже падает, и похоже мы с ней падаем в одну сторону — вниз. Но я быстрее и догоняю. Это неправильно. Все. Должно. Быть. Не так. Меняемся импульсом. Падай быстрее меня, проклятый шарик! Бды-дыщ! Откуда свет такой яркий? Помер кажись.

Внимание, Померкажись, вы изъяты из уничтоженного вами кластера. Текущий статус — неопределён. Запрос техукору от п равлен. Ожидайте мордера Дёмыча.

Удивительно приятный девичий голосок. Не визгливый, и не слишком грудной. Идеальный голос. И свет погас. И флегма такая тяжкая навалилась. Ничего не понимаю, и не помню, и не хочется.

***

Молодой белокожий парень в клетчатых трусах стоял раскинув руки у серой стены в небольшой комнате без мебели. Руки его были прикованы к стене толстыми железными цепями. Такой же толстой цепью были обмотаны и его ноги ниже колен. Парень спал, свесив белобрысую, коротко стриженную голову набок. Как проснется — шея будет болеть, наверное.

Таких молодых катехизаторов здесь еще не было. И правило, которое он открыл, тоже было из ряда вон. Дёмыч мог закатать придурка в аквариум без всяких разговоров. Однако хотелось понять, что это за перец.

Надо же, обмен импульсом. До такого еще никто не додумался. Необычные обстоятельства требуют необычных действий и Дёмыч четко вгатил клиенту в солнечное сплетение кулаком.

Померкажись резко выдохнул и проснулся. Мяконький, никакого стоящего пресса. Глаза круглые от боли и ужаса. Лучшие цепи — это не железо, лучшие цепи — это вина. Потому Дёмыч с нее и начал.

— Ты знаешь что натворил?

Дышит часто, ничего пока не понимает.

— Ты со своей планетой импульсом поменялся, как думаешь, к чему это привело?

Вот, в себя чуть пришел, в глазах разум засветился.

— К чему?

— К армагеддону, чучело. Весь кластер сгорел, твоя планета врезалась в твою звезду, звездная система сорвалась и сейчас несётся к центру галактики напрямую, взрывая все на своем пути. Что будет, когда она доберется до балансира, даже я не знаю.

— Не может быть…

— Но есть. Геноцидник ты. Уничтожитель всего живого. Проклятая чёрная тварь. Это детали. Гораздо интереснее что делать теперь с мелким пакостником, который обрел на халяву целый планетарный импульс.

— А кто вы такой?

Слишком быстро очухался и начал неправильные вопросы задавать.

— Я — самая меньшая из твоих проблем. Побить тебя еще?

— Не надо. Я хочу пить. И понять что происходит.

— Происходит допрос преступника. Рекордсмена по убийству невинных в своем кластере…

— Вы все врете. У вас правый глаз бегает.

Понятно. Для принятия реальности необходимо время. А времени-то и нет. Однако сопротивляемость у пацана как раз на уровне планетарной. Значит самый жёсткий вариант…

***

Внимание, Померкажись, активирована нейропломба «Лорды меча и магии» Ваше имя?

Знакомый голос. Где я его слышал? Вокруг тьма и светлячки. Моё имя? Какое имя моё? Кто я такой вообще и где я такой сейчас?

Внимание, имя Такойсейчас принято. По достижении 10000000 уровня вы сможете себя переименовать. Спасибо за сотрудничество.

Тьма моргнула и съехала куда-то вверх. А светлячки впитались в каменные стены большого зала. В высоких узких окнах разноцветные витражи. В одном конце большой трон, в другом двухстворчатая дверь. Даже не дверь, а ворота. Похоже бронзовые. И серебряная пыль на полу.

Я, лорд Такойсейчас, стою в центре своих владений в клетчатых трусах и сильно хочу пить. Вода. Лорду нужна вода. Я толкнул двумя руками бронзовые ворота и створки удивительно легко распахнулись. Снаружи светило солнышко, пели птицы, и стоял крестьянин.

Да, я знал, что это мой крестьянин. Здоровенный. Хитрая рожа, сапожки и красный жилет на длинную серую рубаху. А штаны — в полосочку. Крестьянин мял в руках шапку. Увидев меня он просиял и забубнил:

— Вашество лордство, работу бы мне, есть ли работка какая?

— Пить хочу, вода здесь где?

— Сей минут колодезь выкопаем, в три сек, вашество лордство!

Мужик вынул из воздуха лопату и растерянно заозирался.

— А де копать-то?

— Да здесь вот по правую руку от ворот и копай.

Крестьянин заработал лопатой со скоростью, для живого человека, невероятной. Замок стоял на холме, вокруг которого был лес, и луга, и даже скопление каких-то скалок, типа горы невдалеке. Хотя «замок» слишком громко сказано. Одно каменное здание заключающее в себе зал с троном.

Вот теперь рядом с ним и колодец появится. Внутри зачесался хорёк. Понастроить всякого, обустроить всяко. Но вот зачем? Почему мне это дурацкое лордство не кажется натуральным, моим, кровным делом? А какое дело тебе, Такойсейчас, натуральное и кровное? Без понятия.

— Вашество лордство, готов колодезь! Пейте на здоровье.

Колодец у мужика вышел славный. Широкая каменная труба уходящая в темноту, на дне которой бликовала чистейшая (я это точно знал) родниковая вода. Ворот, деревянное ведро на цепи и навес о двух гладких столбиках.