Чтение онлайн

– Это самые вкусные блины, которые я когда-либо пробовала. – Призналась Лера, понизив голос. – Только бабушке не говори.

– Это самый простой рецепт, какой только бывает. – Улыбнулся Соло, наклонившись к ней.

Балабося сглотнула. Его губы двигались в паре сантиметров от ее губ, и ее тело официально отказывалось в такой момент поддерживать глупые разговоры о блинах. Это было просто преступление перед богами секса (если они существовали, а они несомненно существовали, потому что только боги могли создать такие манящие соблазнительные губы, как у этого мужчины).

– Тоже семейный рецепт?

– Конечно. – Кивнул он. – Традиции это важно. – Кирилл окинул взглядом интерьер дома, в котором проходил обед. – Как и история. И семья.

Лера поджала губы, сдерживая улыбку и пытаясь утихомирить рой бабочек, закружившихся у нее в животе.

– Отличные блины, сынок. – Втиснулась между ними бабуля. – Мои, конечно, вкуснее, но ты еще молод. Научишься. К тому же, я уверена, у тебя еще много других достоинств.
– Она дернула бровями. Натурально.

– Спасибо. – Смутился Соло.

– Только давай ладом. – Прищурившись, добавила она. – Не обижай мою внучку, а то будешь иметь дело со мной. Или с дедом. – Бабушка кивнула в сторону ничего не подозревающего и уминающего блины с икрой дедушки Феди. – Он у меня лютый, чуть что, сразу за ружье хватается.

Кирилл рассмеялся, но лицо бабушки осталось невозмутимым.

– Так это не шутка? – Решил уточнить он.

Бабуля двумя пальцами показала ему жест «я за тобой наблюдаю» и отошла в сторону.

– А что значит «давай ладом»? – Прошептал Кирилл.

– Здесь часто так говорят. Обычно это означает что-то вроде «удачи», - Лера покачала головой, - но, думаю, в твоем случае это означало: «и чтобы без происшествий, а то семья не простит».

Соло рассмеялся, но у Леры на лице не дернулся ни один мускул.

– Ясно. – Кивнул он и прочистил горло.

[1] Баско – хорошо, прекрасно (разг.)

[2] Мака – ласковое обращение, часто употребляется, когда хотят пожалеть или похвалить (разг.)

Миша Марвин Ханна – Французский поцелуй

После того, как родители и бабуля с дедулей уехали домой, молодежь продолжила вечер в «Island». Перед праздником он был под завязку набит людьми. В самом разгаре была шоу-программа.

Им с трудом удалось найти свободный столик на семерых, и то повезло случайно: шумная компания освободила его как раз в тот момент, когда они ввалились в зал, залитый огнями светомузыки, вибрирующий басами и гремящий гулом голосов.

Надя с Катей сразу отправились на танцпол, а остальные, устроившись на мягких кожаных диванах с панорамным видом на город, стали изучать меню. Решено было начать с выпивки.

– Первый тост за любовь! – Поднял бокал Рома.

– За любовь! – Завизжала Надя, подбежавшая к столу и плюхнувшаяся на подлокотник дивана.

– За настоящую любовь, - сказал Катя, подойдя к столу и подняв свой бокал, - которая приходит неожиданно.

– И проверяется временем, - бросив на Леру короткий взгляд, добавил Антон.

– И всегда находит путь к сердцу. – Поднял в воздух бокал Кирилл.

– Ура! – Крикнула Лера.

И закрутилось веселье. Танцы, разговоры, шампанское рекой. Через час с небольшим плетеные абажуры и деревянные аксессуары интерьера начинали покачиваться, когда Лера на них смотрела.

– Я на воздух. – Бросила она девушкам, с которыми они отжигали на танцполе.

– Я с тобой, - увязалась за ней Оля.

Они вышли, и морозный воздух ударил свежестью им в лица.

– Как хорошо… - Выдохнула Лера, обняв себя руками. – Нужно было мне тоже заказать стейк, так быстро не развезло бы.

– Ой, а помнишь, мы с Ромкой напились в десятом классе на школьной дискотеке? – Хихикнула Оля, опираясь спиной на деревянную колонну. – Он пошел проводить меня до двери, а я была такая пьяная, что полезла к нему целоваться. На улице было минус тридцать, а мы целовались, и нам было совсем не холодно.

Лера кивнула.

– Жаль, что у вас с ним ничего не получилось. Вы хорошо смотрелись вместе.

– Да что уж теперь. – Отмахнулась она и расчесала пальцами рыжие локоны. – Надя была решительнее, и я отступила. Любовь ведь не всегда идет в руки сама, иногда за нее нужно бороться. – Оля обернулась и посмотрела через стекло на их столик. – Вы, кстати, тоже хорошо смотритесь с твоим парнем. Как его? Кирилл?

– Да. – Подтвердила Лера, сделала вдох и уронила лицо в ладони. – Но ты не поверишь. Он даже не мой парень. – Она рассмеялась, затем подняла на нее взгляд. – Я попросила его изобразить моего парня, чтобы вернуть Антона.

– Ты так и не отпустила его? – Сочувственно качнула головой Ольга.

– Я уехала за ним в столицу. – Развела руками Лера. – И там подбирала крохи его внимания еще два с половиной года. Эти отношения буквально съели меня. – Она надавила на виски и зажмурилась. – Наверное, я просто не хотела, чтобы он видел, что я все еще страдаю. У него все хорошо, есть замечательная девушка… Черт, мне тоже хотелось показать, что у меня все прекрасно!

– Значит, ты еще любишь его?

Балабося бросила короткий взгляд на залитый лучами светомузыки зал кафе, где за столиком о чем-то оживленно беседовал с Антоном ее брат.

– Не знаю. Иногда кажется, что нет. Но иногда так больно…

– Иди сюда. – Оля обняла ее и погладила по спине. – Неожиданно, конечно. Значит… твой приятель свободен?

– Сомневаюсь, что у него кто-то есть. – Ляпнула Лера. – А если и есть, то вряд ли это что-то серьезное.

– Идем обратно, ты уже дрожишь. – Сказала девушка и потянула ее внутрь.