Пожиратель
Шрифт:
Или Грай на свой дар уповает? У него-то серебристая палочка-стержень в груди с целый палец длиной, и голубой шарик в пол кулака. Под завязку, что ресурса, что маны. Но к чему тогда такие слова? Не поможет кому моя палка? Лично мне, или всем нам, или…
И тут меня осенило: — Он же хочет свалить! Дождётся, когда большая часть оставшихся мурашей заберётся на крышу — их как раз выдавливают к арене со всех сторон солдаты и преподы — и рванёт на шурсе. Пока нас будут драть в клочья, дикий на ускорении расчистит себе коридор — и привет.
А вот хрен ему по всей морде! Я врубил свою пылесосную магию, нацелившись на голубой шарик маны. Нет уж, братец! Помирать, так все вместе! Энергетический клубок ожидаемо начал разматываться в устремившуюся ко мне толстую нить. Причём, с по-настоящему бешеной скоростью. Всего пара секунд — и весь запас Грая перекочевал ко мне в грудь. Но не это меня удивило.
Мёд мне в рот! Серебристый стержень дикого мгновенно растаял попавшей в печь свечкой. Вместе с маной я вытянул из девятки ресурс. Весь, до последней капельки. Оказывается я и так могу!
Грай вздрогнул. Прищуренные глаза в момент округлились. Парень судорожно завертел башкой, словно силясь разглядеть след внезапно удравших запасов. Вечно серьёзное лицо дикого приняло выражение полного охренения. Среди обрушившихся на обворованного бедолагу чувств явственнее всего выделялись: непонимание, обида и… страх. Да, теперь Грай боялся и крепко. Как бы даже не сильнее меня.
Сейчас заорёт. Что-нибудь вроде: " — Моя мана!". Но нет, только беззвучно похлопал ртом, словно рыба, которой нечем дышать и, выдав неопределённое " — Эээ", стиснул зубы. На разбирательства тупо не оставалось времени — первые мураши взобрались на крышу, и бурая шевелящаяся волна, клацая жёсткими лапками по настилу, поползла к нам.
— Бить длинными выпадами! Близко не подпускать!
Громкий голос Вигела Кио звенел фальшивой уверенностью. Преподы уже забрались к нам, и маленький пятачок ровни превратился в кусочек автобуса, так тесно на нём сейчас стало. Какие там длинные выпады? Тут не свалиться бы на замахе, и то хорошо. Кого он обманывает? При всём желании, нам уже не отбиться. Врагов слишком много — с полсотни только на крыше, а земля у арены и вовсе кишит бурой дрянью, как муравейник. Прорываться тоже не вариант. От смерти нас отделяют двадцать метров дощатого ската и десяток секунд, потребных сектам, чтобы их одолеть.
А может… Разогнаться на шурсе — топливо у меня теперь есть — и дальним концом палки в канавку водостока, что окантовкой тянется по всему периметру крыши. Взлечу, как прыгун с шестом и, даст бог, перемахну занятую сектами полосу. На ускорении ещё и не то провернуть можно. Вот только спалюсь моментально. Грай сразу прохавает, кто его обчистил, и тогда…
И кому он расскажет? Все, кто останутся на крыше — без нескольких секунд трупы. А мертвых здесь поднимать не умеют. Пусть потом народ удивляется, моему стремительному восстановлению ресурса. Доказать один хрен ничего не смогут.
Бля! Саша, ты о чём вообще думаешь, кусок ты говна! Я мысленно съездил себе по мордасам. Бросить на смерть товарищей? Пусть и условных. Нет! Не так меня воспитывали: бабушка и телевизор. Лучше уж я подставлюсь, применив силу, которой у меня быть не должно, чем свалю, как последняя крыса! Врублю ускорение, попробую пробежаться по скату вокруг пятачка со своей длинной шваброй. Пройдусь деревяхой по муровым головешкам. Глядишь, выиграю немного времени, а там будь что будет.
Неожиданно волосы дёрнуло налетевшим порывом ветра. Я непроизвольно задрал голову вверх. Что за нахер! Прямо на нас опускался неизвестно откуда появившийся среди ясного неба смерч. Серая воронка раскручивалась с умопомрачительной скоростью. Извивающаяся вершина перевёрнутого конуса тянулась к нам щупом гигантского манипулятора.
— Черхан! — ликующе заорал Вигел Кио. — Наконец, дотянулся!
Кажется, скоростник продолжал кричать что-то ещё, но его голос заглушил рёв ветра в ушах. Я бросил быстрый взгляд в сторону наступающих от жилых корпусов преподов и к своему удивлению сумел выхватить из толпы фигуру нашего коменданта, застывшего с разведёнными руками. Четвёртый ранг! Вот, где настоящая сила! Реальное торнадо создал! Не то, что наши окаменевшие кулачки и считанные секунды вжопуужаленности.
Широченная лыба сама собой забралась на лицо, а через мгновение я почувствовал, как ноги отрываются от крыши арены, и меня бросает в воздушный круговорот вместе с остальными людьми. Картинка перед глазами размылась. Живот моментально свело. Мысли, даже желание как следует блевануть, вымело из сознания, в котором остался лишь отблеск победного: "Мы спасены!".
Глава пятнадцатая — Всё страньше и страньше
Едва зайдя в свою комнату, я сразу рухнул на кровать. Даже на душ не осталось моральных сил — нанервничался сегодня на три года вперёд. Чуть не обделался, чуть не спалился, чуть не сдох. Хороший набор, ничего не скажешь. И это мне ещё повезло. У некоторых последнее "чуть" не сработало. Сколько ребят полегло я не знал, но тот бедолага возле арены точно был не единственной жертвой прорыва.
Как же всё-таки нам повезло, что у Черхана Гра дар воздушника. Управляемый смерч — способность четвёртого ранга силаров этой стихии, что я выяснил из обрывков разговора Тайре с близняшками Тре, бросившимися обнимать чудом выжившую подругу на выходе с лестницы. Был бы он какой-нибудь иной специализации — и капец нам на крыше. Да и четвёрку на первом ярусе ещё пойди поищи. Генерал-комендант с мастером-счетоводом — двое высокоранговых на всю академию, то есть на её первый форт, в котором мы начинаем учёбу. Махавай ранее говорил, что таких крутышей на нашей южной ветви вообще нет. Официально нет. Папик Рейсана вроде как тоже перец серьёзный, просто силу свою не показывает.
И плевать, что вызволение из ловушки, куда мы сами себя загнали, оказалось не самым приятным. Шишки и синяки, полученные в процессе полёта в торнадо за секунду убрал препод-лекарь. После беглого осмотра, последовавшего за приземлением в тылу, нас с Граем и Тайре немедля отправили в корпус. Мешаться под ногами у взрослых, которым ещё предстояло добить оставшихся мурашей, не следовало. Все ученики, кроме нас, и так уже сидели по комнатам.
А вот с Рангаром местным эскулапам, судя по всему, пришлось повозиться. Брата в комнате не было, а следовательно его раны потребовали гораздо больше времени для своего устранения. И этому я был даже рад — появилась возможность спокойно полежать поприходить в себя в одиночестве.
Но только я об этом подумал, как в дверь вежливо постучали. Похоже, кто-то из моих подпевал явился справиться о здоровье босса. Так как на засов закрыться я в который раз не додумался, пытаться отмолчаться было бессмысленно — один хрен вломятся, решив, что мне нужна помощь, раз не отвечаю на стук.
— Заходи, — вымученно выдохнул я. Видеть никого не хотелось.
— Смена белья, мэл. Разрешите.
На пороге стоял низкорослый лысоватый мужик в сером тоху коридорного служки, сжимающий в руках стопку чистого белья. Вовремя. Я же — барана кусок — завалился на койку в обблёванной самим собой же одежде. Не даром моё первое впечатление о комнате вызвало ассоциацию с хорошим отелем — сервис вполне соответствовал.