Чтение онлайн

Здесь запись прерывается, потому как пленка кончилась…

Конечно же, Олег Юрьевич Строгов считался богатым человеком, но все его благополучие было создано на жидковатой основе, связанной со служебным положением во властвующих структурах. В любой момент это призрачно доходное место можно было потерять, если где-то кому-то не угодить или попасться на каком-нибудь неблаговидном предприятии, которые он творил практически ежедневно и беззастенчиво за стенами своего персонального кабинета.

Будучи человеком неглупым и основываясь на своем личном опыте, Строгов, конечно же, никому не доверял, особенно своим подчиненным, особенно тем, кто более всего пресмыкался и подлизывался. Но не пытался избавиться от них, так как на их места пришли бы другие, и еще неизвестно какие, а эти хоть работу кое-какую на благо развития отдела юстиции выполняли и составляли отчеты для вышестоящих инстанций.

Друзей у Олега не было, а были приятели, такие же беспринципные, равные ему по рангу или повязанные какими-то несовместимыми с правом делишками.

Вышестоящее руководство, в свою очередь, шефу отдела юстиции тоже не доверяло, памятуя, как тот топтал и смешивал с грязью своего бывшего благодетельного градоначальника. Безусловно, Олежек отдавал почести новому властителю города и всем его вице-заместителям, усердно кланялся и заглядывал в глазки, но ни один из них приглашения совместно отужинать в приятной обстановке в шикарной квартире не принял, хотя через своих осведомителей о наличии юридического притона с расчудесными адвокатессами знали.

Этих признаков для до сих пор удачливого карьериста хватило, чтобы осознать, как шатко под ним чиновничье кресло, как больно придется с него падать или, не дай Господь, сменить его на нары. Это была бы катастрофа. И Строгов начал планировать пути отступления с наименьшими потерями для собственного благосостояния.

Перспективы рисовались безрадужные. Красивая жизнь в элитных кабаках и загранпутешествиях не позволила накопить в его понимании какое-то солидное состояние. Из недвижимости имелись городская шестикомнатная квартира с надоевшей стервозной женой, тещей и тремя детьми-лоботрясами, трехэтажная дача из красного кирпича недалеко от залива и шикарный бордель, юридически оформленный на Таню.

Содержать все это без его нынешнего служебного положения не представлялось возможным. Если же податься в адвокаты или заранее получить должность юрисконсульта в каком-нибудь банке, то это поставило бы его в тяжелое положение. Там надо было бы работать, а профзнания за время делания карьеры давно уже испарились.

Но самое главное — терялась власть, а Олежеку ну очень не хотелось быть простым, пусть и зажиточным человечком, да к тому же и не уважаемым в юридических кругах. Мало кто из бывших подчиненных простил бы ему теперешнюю заносчивость.

Так что было от чего почесать появившуюся на затылке лысину бывшему преподавателю-карьеристу, ныне жуликоватому чиновнику-сутенеру и одному из создателей преступной группировки наемников Олегу Строгову. Чесалась не только плешь, зудила и горела покусанная и расцарапанная густоволосатая спина.

«Откуда в этой мягкой податливой сучке столько страсти?!» — подумал Олежек и ожесточенно заерзал по спинке персонального кожаного кресла. Но он ошибался: когтями, и зубами нежнейшей из юристок двигала не страсть, а еле скрываемая ненависть рабыни к своему надсмотрщику.

Волосики под рубашкой неприятно скрипели, но ерзающие движения облегчения не приносили, зуд распространялся на, все отяжелевшее туловище, хотелось чесаться и чесаться, будто полчище вшей забралось под карденовские шмотки еще недавно удачливейшего из карьеристов.

«Это нервы, — догадался опальный бюрократ, срывая с себя рубашку и запуская растопыренные пальцы в покрытую волосней тушу. — Какая несправедливость, почему бы этим зарослям не кучерявиться на затылке», — тупо подумал он.

Бывший конвоир, ныне засиженный рецидивист Ваня Череп метался по городу с вполне благородными целями. Как заправский торгаш, он всего-навсего делал рекламу и искал заказы для своего недавно созданного предприятия. Вот он по этим делишкам и бегал.

Иной неискушенный читатель задаст вопрос: «Стоило ли так по-дилетантски решать подобные проблемы и зря тратить бензин и время? Гораздо легче дать коммерческое объявление в какую-либо из рекламных газеток и ждать у аппарата. На хорошее предложение наверняка кто-то откликнется».

Спешим заверить нашего простодушного друга, такое объявленьице Иван дал, и несло оно следующую информацию: «Быстрое и недорогое решение проблем деликатного характера. Результат и конфиденциальность гарантированы». И даже указал контактный номер трубки, конфискованной вместе с солидной суммой денег у заезжего купца, неудачно Попавшего в лапы череповских отморозков и глубоко закопанного ими в пригородном лесном массиве.

Аппаратик был совсем новеньким и чрезвычайно модным, и даже с документами, за него несчастный, так и не успев им ни разу попользоваться, и пострадал. Вышедшая на дело кровожадная и голодная стая в тот день высматривала свою дичь как раз у блистающего неоновыми огнями офиса известной телекоммуникационной фирмы.

В далеком городе без вести пропавшего ждала убитая горем жена, ничего не понимающие детки и многочисленные родственники. Ведущие дело об исчезновении данного гражданина следователи сделать запросы в сотовые фирмы поленились, или постеснялись, или вообще бросили папки куда-нибудь под шкаф к таким же документам и занялись очевидно доходными или легко раскрываемыми преступлениями.

Ну, Бог им судья, реальная ниточка, приводящая к самому отмороженному из подонков этими доблестными правохоронителями была бесславно забыта под ворохом пыльных бумаг, вопиющих о людских страданиях наших соотечественников.