Чтение онлайн

– Здравствуй, милый, - улыбнулась Анжелика, - ты хлеб купил?

– Ой, - растерянно пролепетал граф и вроде бы даже стал меньше ростом.
– Я забыл.

– Я говорила тебе утром, - с нажимом произнесла прекрасная Анжелика.

– Но это утро было пятнадцать лет назад, - заискивающе забормотал Жоффрей де Пейрак.

– Я, - холодно произнесла Анжелика, - между прочим, не так часто тебя о чем-нибудь прошу.

– Я забыл, потому что меня сожгли на Гревской площади!
– возопил псевдопират.

– Записывать надо, раз голова, как биде, - возмутилась прекрасная Анжелика, и если вы - женщина, то строго судить ее не станете. А если вы - мужчина, то есть нечто нездоровое в том, что вы так внимательно читаете пересказ дамского романа.

– Ну полно, - примирительно сказал Жоффрей, - давай я поласкаю твои нежные розовые соски руками и ротом.

– Ишь чего удумал, - запротестовала Анжелика, разрывая на груди корсет.
– Только не шуми, а то ребенка разбудишь.

– У тебя есть ребенок?
– подозрительно спросил граф.
– Ты что - мне изменяла?

– Да как же тебе не стыдно?
– заплакала прекрасная Анжелика.
– Разве я хоть раз давала повод так думать?

– И то верно, - согласился граф.
– Ну, иди же скорей ко мне. Мой маленький друг хочет тепла и ласки.

«И ведь так всегда», - мысленно вздохнула прекрасная Анжелика, - «сперва они обещают ласкать мои нежные розовые соски, а потом выясняется, что у них есть маленький друг. Вот такая она - юдоль бабья».

Затемнение. Титры. Джо Дассен.

Итак, вы уже знаете содержание первых пяти томов праанжелику. Пять тяжелых томов об экономике, зоологии и ядерной физике. Но уже очень скоро, вот буквально наконец-то, вы узнаете о главном:

 В следующем номере - «Анжелика и ее ЛЮБОВЬ».

 Смотрите на экранах своих мониторов.

В прошлый раз мы оставили нашу божественную героиню посреди ссоры с мужем, который внезапно оказался пиратом Рескатором, который был владельцем судна «Голдсборо», который принял на борт прекрасную Анжелику и три сотни ля-рошельских гугенотов, которые теперь хранились в темном чулане с пшеницей ниже ватерлинии.

И, как водится в добропорядочных семьях, невинная размолвка из-за некупленного пятнадцать лет назад хлеба переросла в широкомасштабные боевые действия с применением неконвенционного оружия:

– Я перенесла столько страданий, - заламывала руки Анжелика, - а ты ласкал нежные розовые соски средиземноморских дев и в ус не дул.

– Неправда, - возмутился граф, - я дул.

– Дырочкой в правом боку в процессе великого интергендерного таинства, - кивнула его прекрасная супруга.

– Не было никакого таинства, - запротестовал граф де Пейрак.
– Если уж интергендерное сильно припекало, я просто пользовался руками.

О том, что левую руку звали Матильдой, иногда - Жанеттой, а правая сменила столько имен, что предпочитала отзываться на «эй ты», граф благоразумно умолчал.

– Мужские гормоны сильнее мужских рук, - вздохнула Анжелика и подумала, что эта фраза ей очень удалась и надо ее быстренько записать где-нибудь, пока не забыла.

– Что сильнее мужских рук?
– не понял Жоффрей.

– Гормоны, - Анжелика ослабила корсет и обнажила нежное розовое ай-кью, - это группа биологически активных веществ, выделяемых железами внутренней секреции.

Именно они заставляют твой нефритовый стержень погружаться в первый же попавшийся потаенный грот, забыв запросить санкцию у мозга.

– У меня никого не было, - отчаянно пролепетал самый опасный пират Атлантического бассейна.

– Ты хоть подпрыгивай, когда брешешь, - всхлипнула Анжелика.

– Ты у меня одна-единственная, - твердо заявил граф де Пейрак и подпрыгнул.

– Что и требовалось доказать, - процитировала Погорелова для седьмого класса прекраснейшая из смертных и принялась собирать чемоданы.

Дело, правда, немного осложнялось тем, что ни вещей, ни чемоданов, ни мамы с квартирой у Анжелики не было, но гордых носителей нежных розовых сосков никогда не смущают подобные мелочи.

В этот момент граф почувствовал, что настал час решительной контратаки.

– Кто отец твоей дочери?
– заорал он.

– Десять бравых драгунских полков ее отец, - честно брякнула Анжелика, вместо сказать что-нибудь правдоподобное, например, про Зевса и золотой дождь.

Жоффрей повернулся к супруге спиной, досчитал до семисот девяносто пяти, немного успокоился и молвил ровным голосом:

– Вот за что я тебя всегда уважал, дорогая, так это за то, что ты не размениваешься по мелочам.

Но прекрасная Анжелика на провокацию не поддалась, за неимением в каюте мужа тарелок мейсенского фарфора хлопнула о палубу баллистическую ракету класса «земля-земля» и ушла жить вниз к гугенотам.

Смертельно раненный в голову во время побега из Ля-Рошеля мэтр Габриэль Берн лежал на полу ниже ватерлинии и сосредоточенно запихивал мозги обратно в череп - ему нужно было подумать.

Вера не позволяла мэтру ласкать нежные розовые соски, если этот процесс не был освящен брачными узами, но как развести прекрасную Анжелику на замуж, он представлял себе не очень.