Чтение онлайн

— Из охраны, кажется, только эти двое, — сказал Макнамара.

— Прошу прощения?

Макнамара повторил. Сула вновь посмотрела на заброшенный дворец.

— Есть идея, — сказала она.

Перед Сулой распахнулась позолоченная дверь частного клуба, и в облаке табачного дыма появился хорошо одетый терранец с расшитыми лацканами и в модных плиссированных брюках. Он остановился и огляделся, поправляя манжеты.

Дверь захлопнулась за его спиной. Тут же у мужчины открылся рот.

— Леди Сула, — вырвалось у него.

Сула сделала шаг вперед, взяла терранца за локоть и повела вдоль по улице. Макнамара следовал за ними, не спуская внимательного взгляда.

— Вы же погибли, — воскликнул ПэДжи.

— Ради всего святого, ПэДжи, — сказала Сула, — не нужно из-за этого так волноваться.

— Ларедо слишком далеко, — сказал командующий флотом Торк. Звук его голоса был похож на перезвон воздушных колокольчиков, и требовалось усилие, чтобы отвлечься от мелодии и уловить смысл слов. — Сообщение будет идти восемь дней до Чиджимо и десять до Заншаа. Мы Совет правления Флота и не имеем права его покидать.

Лорд Чен не горел желанием присоединяться к Парламенту, сбежавшему на Ларедо, родную планету его наглых родственничков. Ему претила мысль быть гостем лорда Мартинеса и получать ежедневные напоминания о том, как он от него зависит! Он не хотел видеть свою дочь Терзу в окружении этих выскочек, которым ее сам же и продал.

С другой стороны, предложение лорда Торка было не из лучших — прими его и общества Торка не избежать.

Восемь членов Совета правления Флота путешествовали вместе на "Галактике", роскошной пассажирской яхте, специально предназначенной для перевозки высокопоставленных сановников из одной системы в другую. Судно было немаленьким, тем не менее, забили его под завязку: с Заншаа эвакуировали весь штат, и на одном корабле оказались секретари и связисты, разведчики и следователи, министерские чиновники и прислуга, то есть все те, кто обслуживал лордов Флота и с кем лорд Чен не особо хотел жить бок о бок.

В замкнутом пространстве лорду Чену оставалась лишь работа, и ему это не нравилось. По настоянию лорда Торка, все подчинялись единым правилам — слуга есть, но один, и никаких родственников для сопровождения. Но это неважно, ведь леди Чен так расстроилась из-за вынужденного брака своей единственной дочери и Мартинеса, что все равно бы не поехала на Ларедо. С самого отлета на "Галактике" лорд утешал себя только тем, что часто связывался с Терзой. Она путешествовала на "Энсенаде", яхте Мартинесов, и опережала корабль отца на несколько дней.

— Что вы предлагаете, милорд? — спросил он Торка.

От командующего на лорда Чена пахнуло разлагающейся плотью, и терранец был вынужден незаметно вдохнуть аромат одеколона, предусмотрительно нанесенного на запястье. Заседания Совета проходили в помещении, предназначенном для наиболее высокопоставленных гостей Флота. Стены украшала яркая мозаика, изображающая прыжки кораблей по туннелям. Сейчас в комнате, занимая практически все пространство, стоял длинный стол, и было довольно душно.

Даймонг посмотрел на Чена своими круглыми черными зрачками на черной радужке и произнес звенящим голосом:

— Мы развернемся и направимся в Чиджимо. Останемся там вместе с основным флотом, пока не появится возможность вернуть Заншаа.

Лорд Чен сомневался, что идея стоящего над душой Совета порадует лорда Эйно Кангаса, командующего основным флотом.

— Милорд, не будет ли разумнее остаться с Парламентом? — сказала леди Сейкиин. — Им может понадобиться наше мнение по многим важным вопросам и, конечно, понадобятся наши голоса.

Торминелка леди Сейкиин входила в Совет, являясь гражданским лицом. Будучи депутатом Парламента, она слабо разбиралась в делах Флота, но великолепно знала, как делать политическую карьеру.

— Голосование по всем важным вопросам уже проведено, — ответил Торк. — Основной курс выработан, ответственные лица назначены. Наш долг проконтролировать исполнение директив и удостовериться, что дислокация вооруженных сил проведена успешно.

Чен подумал, что Кангас будет в восторге.

— Осмелюсь внести предложение, — сказал он. — Не лучше ли будет, если Совет останется представлять интересы лорда Кангаса в Парламенте? Практически ни у кого из членов Парламента нет нашего опыта в…

— Лучше будет, если Совет подготовит уничтожение мятежников и вернет Праксис в столицу! — объявил Торк. Члены Совета всегда боялись, когда он говорил таким тоном — резким, лязгающим, не терпящим возражений. Лорду Чену стоило труда не поморщиться: клацающие звуки вонзились ему прямо в мозг.

Еще один терранец, младший командующий флотом Пеццини, судорожно чихнул. Наверное, попал в волну запахов председателя.

— Милорд, — начал он, — если мы так резко насядем на комфлотом, он может подумать, что ему не доверяют.

— Мы проконтролируем процесс дислокации основного флота! — Голос Торка, как лезвие бритвы, кромсал нервы Чена. Он еще раз понюхал запястье.

— Размещение войск — обязанность лорда Эйно, — твердо возразил Пеццини. — В наши задачи не входит надзор за каждым его действием.

— Мы не можем рисковать! — В небольшом помещении голос оглушал, как пожарная сирена. — Флот и без того ослаблен подрывными идеями и нездоровыми теориями!

— Флот, — спокойно сказал Пеццини, — будет ослаблен недоверим, если мы в течение многих месяцев начнем отслеживать каждый шаг лорда Эйно.

Лорд Чен с благодарностью посмотрел на Пеццини. Им доводилось часто сталкиваться в спорах, отстаивая противоположные мнения, но, по крайней мере, Пеццини был действующим офицером и понимал, как будет воспринят такой назойливый контроль.

Торк, тоже служил но, либо забыл, либо никогда не думал об этом.

— У Кангаса нет такой самостоятельности! — надрывался Торк. — Он должен действовать, как завещали наши предки, и не задавать вопросов!

Лорд Чен сделал глубокий вдох. Подобно тому, как флотские новобранцы постепенно привыкают к перегрузкам, у членов Совета вырабатывался иммунитет к вспышкам председателя.