Чтение онлайн

— Хорошо.

Сидни передал чертежи со своего компьютера на коммуникатор Сулы.

— Там еще схема глушителя. Прикручиваешь его к стволу, и примерно на десять выстрелов хватает. Не было времени доработать.

Он открыл ящик стола, достал трубку и забил ее гашишем из зеленой кожаной табакерки.

Сула заметила пару голограмм на стене — юноша и девушка в мундирах Флота.

— Ваши дети? — спросила она.

Сидни потянулся за зажигалкой. Он казался неестественно спокойным, явно борясь с душевной болью.

— Соня погибла при абордаже "Судьбы" на кольце Заншаа в первый день мятежа. Йоханнес — в Магарии, на "Славе Праксиса".

— Сочувствую. А жена?

Прежде чем ответить, он затянулся:

— Ее уже нет, это случилось много лет назад, до моего ранения и отставки. Я только-только начал ближе узнавать своих детей… — Он нервно потеребил трубку. — Но потом началось это.

Любовь и ненависть. Он отдал все оружие, не боясь, что оно выведет на магазин. Теперь Сула поняла почему.

Она даст ему подходящее дело, он будет жить и приносить пользу. Надо лишь пообещать, что он отомстит.

— Мистер Сидни, давайте поедем к ПэДжи и пообедаем, он угощает.

Он выпустил голубое облако дыма и кивнул.

— Почему бы и нет? Скоро еду на дом доставлять перестанут. Дадим людям подзаработать.

Днем марево растекалось по всей улице и становилось достаточно плотным, чтобы разноцветные вывески и палатки вещевой ярмарки, раз в пять дней проходящей рядом с домом Сулы, выглядели размыто-искаженными. Грузовики и мотороллеры торговцев съезжались еще до рассвета, и с первыми лучами солнца товары ждали своих покупателей. Ярмарка заканчивалась на закате, когда жара спадала и прилавки тонули в фиолетовых тенях. Продавцы складывали вещи и разъезжались, чтобы с утра развернуться в другой части города.

Пока Сула с винтовкой в футляре шла домой, ее со всех сторон соблазняли купить дешевую женскую и детскую одежду, туфли, чулки, шарфы, резиновых зверюшек Бого, недорогих кукол, игры и головоломки. Предлагались удивительно низкие цены на ткани, музыкальные и развлекательные записи, лосьоны для загара, панамы и даже на неуместные в такую жару свитера из натуральной шерсти.

Несмотря на зной, ярмарка кишела покупателями. Измучившись от жары и устав за день, Сула нетерпеливо продиралась сквозь толпу к своему подъезду. Скачка на обычном месте не оказалось. Сула зашла в дом и, услышав, как за дверью ее квартиры гудит коммуникатор, поспешила к себе. Бросив футляр в угол, она схватила аппарат со стола и, все еще запыхавшись, ответила.

С экрана внимательно смотрел Казимир. Он бесцеремонно обшаривал взглядом картинку.

— Облом. Думал опять застать тебя в ванне.

— Может, в следующий раз тебе повезет.

Она включила кондиционер. Раздалось гудение старенького компрессора, и в комнате стало слегка прохладнее. Держа коммуникатор в одной руке, Сула опустилась в кресло рядом с фарфоровой вазой и начала развязывать шнурки.

— Встретимся вечером. Я заскочу за тобой в 21:01. Пойдет?

— А почему я не могу прийти сразу в клуб?

— Там нечего делать в такую рань. Не хочешь, чтобы я узнал, где ты живешь? — нахмурился он.

— У меня нет своего жилья, — легко соврала Сула. — Останавливаюсь у друзей.

— Ладно, — проворчал Казимир. — Приходи в клуб.

У нее было время принять ванну, перекусить и немного поработать над следующим выпуском "Сопротивления", посвященным самодельной винтовке. Потом оделась, нанесла на шею капельку сенгры и с футляром под мышкой вышла из квартиры. Солнце уже садилось, удушливая жара пока не спала, но народу на ярмарке было по-прежнему много. "Им кажется, что в толпе безопаснее", — подумала Сула, хотя ищи она заложников, в первую очередь пришла бы в парк или на такой открытый рынок, как этот.

Скачок в мешковатых шортах и потрепанном кожаном жилете был на своем месте.

— Привет, Скачок, — поздоровалась Сула.

Он лучезарно улыбнулся.

— Здравствуй, прекрасная госпожа. Как твои дела в такой чудный вечер?

Пахло от него, словно он не мылся несколько невыносимо жарких дней, но Сула постаралась не обращать на это внимания.

— Ты знаешь парня по имени Жюльен? Друга Казимира?

Улыбка тут же померкла.

— Скачок советует тебе держаться от таких людей подальше, милашка.

— Раз так, объясни почему.

Скачок помрачнел.

— Жюльен — сын Сергия Бакши. Сергий возглавляет Риверсайдскую группировку. Непросто найти кого похуже Сергия.

Сула понимающе кивнула. Сергий не только был главарем банды, но и ухитрился так долго избегать правосудия, что вырастил взрослого сына. Обычно жизнь таких типов короче.

— Спасибо, Скачок.

— Ты ведь не послушаешься Скачка? — Он побледнел. — И пойдешь сегодня с Жюльеном.

— Меня позвал не он. Доброй ночи, Скачок. Спасибо!

— Ты рискуешь, — мрачно сказал Скачок на прощание.

Сула выбралась из ярмарочной толпы и пошла по залитой солнцем улице, стараясь держаться теневой стороны. Она изнывала от жары. Наконец, повернув за угол, очутилась в восхитительной прохладе квадратного склада, стоящего в тени огромного Риверсайдского крематория. Сунув фальшивый пропуск охраннику-крею, Сула поднялась на лифте на несколько этажей и открыла одну из камер хранения Команды 491. Положила туда футляр с винтовкой: пусть лежит вместе с другим оружием, патронами, гранатами и броней.

После секундного колебания открыла один из ящичков, достала что-то небольшое и спрятала в карман.

Нетерпеливо улыбаясь и поигрывая тростью, у клуба на Кошачьей улице ее ждал Казимир. На нем была мягкая белая рубашка, искусно расшитая тесьмой. При появлении Сулы он нажал на кнопку, и блестящая персиковая дверь лимузина поднялась вверх.

— Ненавижу ждать, — глухо прорычал Казимир и грубо дернул Сулу за руку, усаживая в салон.

"Быть подружкой бандита непросто", — вспомнила Сула.