Чтение онлайн

— Да, над этой частью речи я основательно поработала, — милостиво смягчилась Одри. — Хотелось выправить ситуацию. Ради Джоела.

За спиной Одри возник Майк:

— Прошу прощения за беспокойство, ма, но ты не видела Карлу? Нигде не могу ее найти.

— Наверное, плохо искал, — пожала плечами Одри.

— Я смотрел наверху и на улицу выходил. Ума не приложу, где она может быть.

— Да не волнуйся ты…

— Но это прием в память ее отца. Не могла же она взять и уйти!

Одри вздохнула:

— Не зуди, Майк. А вдруг ей вздумалось пустить слезу, вот она и спряталась. Оставь ты ее в покое.

Карла находилась в четверти мили от Перри-стрит, на станции метро «Четырнадцатая улица», где ждала поезда до Бруклина.

«Скажи, где ты, — попросил Халед, когда она позвонила ему с улицы, — и стой там, я за тобой приеду».

Но Карле не хотелось топтаться на месте, ей хотелось двигаться, повинуясь охватившему ее порыву.

— Нет, — сказала она. — Я еду к тебе.

По рельсам бежала крыса. Карла рассеянно наблюдала за ее дергаными, вкрадчивыми движениями. Как поступит Майк, когда до него наконец дойдет, что она ушла? Он не покинет прием следом за ней, в этом Карла не сомневалась. Некоторое время он будет тереться среди гостей, раздираемый презрением к вычурным друзьям семейства Литвиновых и одновременно страстным желанием быть принятым в этот волшебный круг. Но гости будут сторониться этого нелепого, угрюмого соглядатая, уклоняться от контактов с ним, бормоча извинения: мол, надо наполнить бокал, посетить ванную. Взбешенный их уклончивым поведением, Майк в итоге плюнет и отправится восвояси. Примерно час он будет трястись на поезде до Бронкса, а когда явится домой, еле сдерживая ярость и тщательно обдуманные упреки, обнаружит, что в квартире никого нет…

Поезд с грохотом ворвался на станцию, и Карла шагнула вперед, поставив ногу на желтую линию, прочерченную вдоль края платформы. А что, если она совершает огромную ошибку? Что, если, очнувшись через несколько месяцев от романтичной фантазии, она обнаружит, что разрушила свой брак ради пустой прихоти?

Динь-дон,пропели, открываясь, двери.

Еще не поздно, она еще может вернуться и объяснить отлучку желанием проветриться. Майк отчитает ее; жизнь продолжится.

Динь-дон, закрылись двери. Карла была в поезде. Вагон был набит юными французскими туристами, они галдели и изумленно озирались. Карла села и прикрыла глаза под их убаюкивающий непонятный гомон. Через остановку-другую дальняя дверь открылась с сердитым лязгом, в вагон ввалился потрепанный черный мужчина средних лет. Юные туристы беспокойно заерзали.

— Привет, леди и джентльмены, — произнес мужчина. — Меня зовут Флойд. Я бездомный и страдаю диабетом, а также эпилепсией. Не волнуйтесь, я не попрошайничаю. Я здесь, чтобы немного вас позабавить.

Зажмурившись, он издал протяжный высокий звук. Песня называлась «Там, где спят львы», глупая новомодная песенка, которая у Карлы ассоциировалась с радиостанциями, передающими музыку пятидесятых, и китчем. Но сейчас, слушая эту песенку в обшарпанном вагоне метро, Карла была поражена ее красотой. Какой простой и правдивой она казалась! Таинственной и печальной, как сама жизнь!

Поезд внезапно вырвался из туннеля, и вагон залило ярким дневным светом. Они пересекали мост Уильямсбург. Перед Карлой расстилалась береговая линия Бруклина: башня с часами, коричневые камни Бруклин-Хайтс, дымовые трубы военно-морского порта, краны рядом с недостроенными небоскребами, тоскливо устремленные в небо. Она подумала о Халеде, о том, как он ждет ее в своей квартире, и ей захотелось, чтобы поезд прибавил скорости. Ей надо спешить: а вдруг он исчезнет или решит в конце концов, что она ему не нужна?

Флойд допел песню и двинулся по проходу, выставив перед собой мятый бумажный пакет:

— Дамы и господа, если мой музыкальный талант пришелся вам по душе, пожалуйста, выразите свое одобрение в форме финансового вспомоществования. Ничего не бывает ни много, ни мало. Я принимаю монеты, банкноты, чеки, карточки «Американ Экспресс»…

Когда он добрался до Карлы, поезд тормозил на очередной станции.

— Спасибо, мэм, — с поклоном поблагодарил Флойд, беря у нее доллар. — Спасибо, и да поможет вам Бог.

Двери открылись, и он выпрыгнул на платформу. Поезд снова тронулся с места, и Карла мельком увидела, как он стоит, перебирая деньги в пакете. Ей хватило времени, чтобы поднять руку в неловком жесте приветствия и прощания, прежде чем поезд, разогнавшись, ухнул в черноту туннеля.

Я очень благодарна домам творчества Yaddo и MacDowell Colony за отдых от домашних обязанностей, который они мне любезно предоставили, и возможность продуктивно поработать над книгой. Также я хочу поблагодарить Дженнифер Барт, Аманду Урбан, Джульетт Аннан, Джилл Кольридж, Сару Кауэрд, Нормана Розенталя, Мелвина Коннера, Скотта Рудина, Патрика Макграта, Патрика Марбера, Шеринг Долма, Марину О’Коннор, Колина Робинсона и Люси Хеллер за разнообразную помощь — литературную, техническую и всякую иную, которую они оказывали мне, пока я работала над этим романом. А более всего я благодарна моим дочерям, Фрэнки и Луле, за то, что они постоянно спрашивают, когда же я закончу писать, и моему мужу Ларри за то, что он никогда об этом не спрашивает.

Кроме «Правдолюбцев», на счету ЗОИ ХЕЛЛЕР два романа — «Все, что ты знаешь» и «Хроника одного скандала». Последняя книга вошла в короткий список премии Букера в 2003 году. Автор живет в Нью-Йорке.

Эта книга является художественным вымыслом. Персонажи, диалоги, повороты сюжета подсказаны автору воображением, и было бы ошибкой интерпретировать их как документальные. Любое сходство с реальными событиями и людьми, живыми или покойными, является безусловным совпадением.