Чтение онлайн

– Ребята, простите… – Дима присел на корточки. – Простите меня. Я не хочу кричать, но получается, что кричу… Это не из-за вас.

Дети молча выслушали, не делая попытки приблизиться.

– Говорил тебе, кто лезет к чужим девчонкам, получает пиздячек! – хмуро, по-взрослому сказал Алекс.

Влад хмуро, напряженно молчал.

Дима вздохнул и ухватив обоих сыновей за руки, осторожно притянул их к себе.

– Она не чужая девчонка, она ваша мама. Я был не прав, ребята. Пожалуйста, Влад!..

Какое-то время мальчик раздумывал, потом с размаху бросился к Диме. Алекс выждал мгновение, затем присоединился к ним.

…На кухне слышались голоса: Ангела и Олег составляли посуду в моечную машину. Дима сел на диван, позволив близнецам привалиться к нему с обеих сторон. Открыл картонную книжку про Колобка… Мальчики были счастливы. То и дело то один, то другой поднимал глаза и смотрел на него с такой неподдельной радостью, что у него то и дело срывался голос.

– Мама давно пришла? – спросил он, ощущая себя виноватым уже за то, что шпионит.

– Да, давно. Мы с бабушкой разговаривали по Скайпу, потом рисовали.

– Бабушка сказала, что скоро приедет к нам.

– Папа, а что такое сприсёрша? – завел свою вечную тему Алекс. – Что они делают?

Дима фыркнул.

– Как бы тебе сказать, чтобы не отбить охоту?.. Это очень красивые девушки, которые танцуют перед мужчинами.

– Перед тобой тоже?

– Нет, я… – Дима растерялся. – Слушай, однажды, когда ты вырастешь достаточно, ты сам все поймешь. Пока же, давай ограничимся тем, что они танцуют. И поклянись, что не расскажешь этого воспитательницам!

Олег с Ангелой чуть слышно переговаривались на кухне. Похоже, Андрей тоже взревновал. Что там за Алена такая, что мир накренился? Вот, бабы-дуры! Сам он даже внимания бы, наверно, не обратил… А теперь сидит и думает, что там за Алена.

– Пап? – Влад потянул его за рукав. – Мы тоже с мамой-Линочкой братики, как Олег?

Дима повернул голову. Обняв мальчиков, поцеловал по очереди в макушки. Он дал им все, что можно купить за деньги. А это купить не смог. Эти дети были лишь его дети. Не Ангелины.

– Нет, – сказал он. – Вы ее сыновья.

СЕНТЯБРЬ 2007

Позже, оглядываясь на весь свой роман с водителем, Алена никак не могла понять, с чего это началось. В начале ей было просто очень тоскливо… Настолько тоскливо, что в поисках хоть какого-нибудь тепла, она подружилась с Бонечкой. Просто потому, что знала ее из прошлого

– Позволь дать тебе совет, – сказала она. – Найди себе мужчину, пока ты не потеряла товарный вид.

– Мужчину? На телевидении есть мужчины?.. ГДЕ?

– На тебя найдутся.

Алена молча дернулась, покачав головой.

– Замуж? За творческого? Да ты с ума сошла!?

– Спустись на землю, – строго велела Бонечка. – Тебе уж не восемнадцать, чтоб так выебываться! И, кстати… не одолжишь мне пятьсот рублей до зарплаты?

А дальше…

Алена сама не до конца понимая как, она вдруг обнаружила себя покупающей пиво для Бонечки и смазливого мальчика с работы. А потом, всего час спустя, – на пассажирском сиденье белой «Короллы» с высунутой в окно ногой.

С водителем.

Без презерватива!

Дальше все стало еще быстрее. Утро застало Алену у гинеколога: внизу все щипало от мирамистина.

Врачиха, грубая и противная, решила на нее наорать. Алена в ответ уперлась руками в бедра и прокатила ту на отборных матах, изученных в медучилище. Так говорили с сестрами-стажерками хирурги и, услыхав знакомые с мединститута слова, врач присмирела. Они сошлись на аллергии-психосоматике, Алена получила антигистаминный укол и они распрощались. Уважительно, хоть и без тепла.

Ежась от зябкого ветра, Алена порысила на телекомпанию.

Она еще думала, как она до всего этого дошла, когда смешки за спиной подсказали: нет. Она не дошла до этого, а упала. Низко! Аленин разум закоротило. Как так? Она – экзотическая красавица, похожая на принцессу Жасмин!.. Она, к ногам которой бросали деньги богатые старики!.. Она же – предмет насмешек!

Прозрение было жесткое, как удар кулаком в лицо.

Водитель с утра пораньше всем, все, с подробностями рассказал. Настолько подробно, что один из водителей не выдержал, и крикнул ему:

– Заткнись!

Алене это выдала Бонечка. В курилке, на лестнице, тет-а-тет.

Алена молча вдыхала и выдыхала, не зная, что и сказать. Шок. Боль. Снова боль.

– Как ты докатилась до такой жизни, мать? – спросила Бонечка.

– Ты сама мне сказала: «Спустись на землю!»

– Но я же не говорила тебе: «Искупайся в грязи!» Что ты собираешься делать?

– Что, выбор есть?

– Есть, – ответила Бонечка. – Ты должна влюбить в себя этого мудака, а потом бросить.

Алена демонически рассмеялась.

Неделю Водитель не попадался ей на глаза.

Алена сумела справиться. Помогла железная самодисциплина. Это приличная девушка может засесть с подружками и винишком, чтобы сладостно пострадать. Стриптизерша, – неважно целое ли в ней бьется сердце, или же лопнувшее на части, – должна обуть стрипы и выйти в зал. Соблазнять, обольщать, поддерживать разговоры с другими и показывать сиськи, вращаясь вокруг шеста.

Первое правило стриптизерши: умение держать свою боль в себе, всегда равняется количеству полученных карт… или неполученных, если с дисциплиной все плохо. Алена никогда не уходила домой, не имея при себе по крайней мере, пятнадцать карт за ночь.