Чтение онлайн

Небо совсем расчистилось, дождь ушел за пределы Оксфордшира. Народ вытер столы и скамейки в саду и начал выносить еду. Джей больше не в силах был смотреть на ковыляние Джуно и приказал ей сесть, приподняв ногу кверху. Глядя на его застенчивую обворожительную улыбку, она готова была повалиться на пол, задрав кверху все конечности, как щенок, который хочет, чтобы его приласкали.

– Он просто потрясающий! – шепнула Эльза, проходя мимо Джуно с тарелками в руках. – Не удивительно, что ты спряталась с ним в этом укромном уголке. Вы, конечно же, безумно влюблены друг в друга, да? Все это так романтично, я просто балдею!

Из оранжереи вышли Джез и Лулу.

– Ну ты и фрукт, – говорил Джез, пытаясь найти свободное место на столе для чесночного масла. – Затаилась тут со своим фотожурналистом, и нам ни гу-гу.

– Некрасиво, детка, – пристыдила ее Лулу.

– Послушайте, вы все ошибаетесь, – горячо зашептала Джуно. – Джей приехал только вчера вечером. Он подумал, что Убо заболела, и привез ее ко мне. А я подвернула ногу, и ему пришлось остаться, чтобы ухаживать за мной. Вот и все.

Эльза выглядела разочарованной.

– Но ведь между вами все равно что-то есть, правда? – с надеждой спросила она.

Джуно не успела ответить, потому что из дома высыпали Джей и все остальные с тарелками, которые уже некуда было ставить.

За столом Джуно смотрела в лицо Джею, потому что он сел напротив нее, и вдруг поняла, почему его поведение так изменилось. Просто он освободился от напряжения. Впервые за все время их знакомства она видела его по-настоящему расслабленным. Улыбка освещала его лицо, он вел себя так, словно ничто в мире его не беспокоит.

Гости ели, пили, смеялись, болтали, отгоняли случайных ос, а собаки лежали под столом и лелеяли большие надежды.

– Что-то Джуно застряла в сортире, – Одетта посмотрела на часы. – Все ли с ней в порядке?

– Курит, наверное, тайком, – улыбнулась Элли. – Заметили, она за все время ни разу не закурила? И пьет немного. Наверное, снова ударилась в здоровый образ жизни.

Джуно еще раз взглянула на полоску теста: никаких признаков порозовения. Она поднесла ее к свету: тот же самый результат. Значит, пузо, из-за которого ее платья угрожают разорваться по швам, обязано своим происхождением тем часам, которые она в одиночестве проводит за столом, а не тем, которые она провела в постели вместе с Джеем.

Никогда до этого момента она не понимала смысла выражения: «Он не знал, плакать ему или смеяться». Джина всегда без труда определялась в своих душевных позывах, конечно, предпочитая, по возможности, смеяться, а не плакать. Теперь же вздох облегчения превратился в ее груди во вздох сожаления.

– Ты дура, Джуно. Когда же ты повзрослеешь, – сказала она своему отражению.

Лидия часто ругала Джуно за то, что она живет в мире собственных фантазий и домыслов. Она говорила ей сотни раз, что мужчины не склонны искать во всем скрытый смысл, как это делают женщины. Мужчины воспринимают слова буквально, они искренно верят тому, что ты говоришь им, пока на опыте не убедятся в обратном. Лидия считала, что женщины типа Джуно пытаются интерпретировать, в свою очередь, слова мужчин, словно это некий шифр, вместо того чтобы понимать их как прямую констатацию фактов.

В очередной раз Джуно проиллюстрировала справедливость теории своей подруги. Джуно заявила Джею, что совершила ошибку, переспав с ним, вместо того чтобы честно признаться, что впервые в жизни была счастлива, переспав с ним. А он и поверил, дурак несчастный!

Когда же Джей сам сказал, что это была ошибка, она стала истолковывать его слова в соответствии со своими извращенными представлениями. Она вообразила, будто на самом деле это значит, что он потерял из-за нее голову.

Пора, пора повзрослеть. Ей уже тридцать лет. Она прекращает домысливать реальность и влюбляться. Она будет больше трудиться, строить отношения с мужчинами на принципах открытости и сотрудничества, а Джею наконец предоставит ту товарищескую поддержку, в которой он так нуждается, вместо того чтобы любоваться его глазами, его волосами, его задницей, сгорая от желания.

Скоро, гораздо скорее, чем она ожидала, ей представилась возможность применить свои правила на практике.

Выйдя из ванной, она чуть не споткнулась о Джея, который сидел на лестнице.

«Господи, я еще не готова быть взрослой и открытой, мне нужно сначала выпить и перекурить», – подумала Джуно и сказала:

– Заходи, свободно. Прости, что заставила долго ждать.

– Подожди минутку, Джуно, – он вскочил. – У тебя все в порядке? Ты немного бледновата.

– В полном порядке, – кивнула она, не глядя ему в глаза.

– Это правда?

– Правда, правда.

– Ну и хорошо. Мне нравятся твои друзья – веселый народ.

– Ты им тоже, похоже, понравился.

– Эй, Джуно! – раздался снизу голос Эйвана. – Бери свой аккордеон и присоединяйся к честной компании. Хватит там нежничать вдвоем!

– Прости его, – вздохнула Джуно. – Они все вообразили, что между нами что-то есть. Я пыталась их разубедить, но безуспешно.

– Понятно.

Раздался скрип шин по гравию и приветственный гудок.

– Триона приехала, – сказала Джуно.

– Я думаю, тебе нужно пойти встретить ее, – пожал плечами Джей.

– Да, иду. Я не беременна, – вдруг выпалила Джуно.

Его глаза сверкнули таким гневом, что она отступила.

– Я не верю тебе, – процедил он сквозь зубы. – Ты лжешь.

Он резко повернулся и пошел вниз, бросив на ходу:

– Пойду вынесу еще чесночного масла. Джуно вышла в сад. У нее возникло странное чувство, словно она персонаж, по ошибке попавший в чужую пьесу. Сейчас ей нужен только один партнер – Джей Маллиган. Триона говорила:

– На шоссе все мчатся как сумасшедшие. Я чуть не сбила какого-то чокнутого автостопщика, но, слава богу, обошлось.

Барфли заметил Одетту и толкнул Джуно в бок изо всей мочи:

– Представь меня.

– Одетта, это Барфли. Барфли, это Одетта. Уверяю, ребята, у вас нет ничего общего. Надеюсь, вы не будете скучать.

Джей бросил на Джуно уничижительный взгляд и сделал вид, что поглощен рисовым салатом.

Итак, между ними снова война, с грустью подумала Джуно. Он сумасшедший. Почему же она хочет только одного – долго-долго ехать с ним в машине подальше от галдящих друзей и заняться любовью на заднем сиденье.