Чтение онлайн

– Будь я проклят, – не выдержал второй, – я ухожу. Еще несколько минут, и здесь соберется весь город.

Он толкнул тело полковника в последний раз и сильно хлопнул дверцей автомобиля. Потом снова посмотрел в сторону единственного выхода. Там уже стояло человек двадцать. И самое поразительное, что все собравшиеся молчали, глядя на двух незнакомых мужчин.

– Что собрались? – не выдержал второй. – Уходите отсюда. Ничего здесь нет. Цирк устроили. Человеку с сердцем плохо стало, сейчас мы его в больницу повезем.

– Не нужно, – заявил кто-то, и все рассмеялись.

Двое мужчин обреченно переглянулись. Они вдруг поняли, что прибывающие люди не просто так собираются у ворот гаража. Второй опять посмотрел на первого, шагнул к воротам.

– Пустите, ребята, – попытался попросить он, но толпа стояла, молча глядя на него. И тогда он понял, что они здесь не случайно.

– Все, ребята, – шагнул вперед какой-то мужчина, – цирк закончился. Сдавайте оружие и выходите.

– Какое оружие? – спросил первый.

– Ваше оружие, – весело пояснил мужчина. Это был майор Хлыстун. – И скажите спасибо Господу Богу, что с нашим полковником ничего не случилось. Иначе вам все бока намяли бы.

Незнакомцы снова переглянулись. И услышали громкий смех. Все стоящие у гаража люди громко смеялись. Их было много, очень много. Уже человек пятьдесят собралось перед воротами.

– Кто вы такие? – закричал первый. – Почему вы все тут толпитесь?

– Давайте ваши документы и оружие, – во второй раз предложил Хлыстун. – И в следующий раз, когда к нам приедете, лучше сначала позвоните, чтобы мы вас могли встретить.

– Проклятый город, – прошипел первый.

– Город хороший, – возразил Хлыстун, шагнув к незнакомцам, – только у нас чужаков не любят. И незваных гостей. Ну зачем вы хотели убить нашего полковника? Нехорошо это, совсем нехорошо. – Он говорил так, словно они надумали украсть ведро картофеля. – А город у нас маленький. И почти все тут болельщики нашего «Шахтера», все друг друга знают…

Второй вытащил пистолет. Он хотел напугать собравшихся, но люди начали смеяться еще сильнее. И похоже, никто не собирался прятаться за спину другого. Их было много, слишком много.

– Убери оружие, – приказал Хлыстун, шагнув к нему. – Ваша игра закончилась. Не нужно было вам сюда приезжать.

Второй посмотрел на подходившего Хлыстуна, потом на толпу. Среди подростков и мужчин, стоящих у дверей гаража, было несколько крепких молодых людей. И ему стало понятно, какую службу они представляют. Второй обреченно огляделся по сторонам. И вдруг, приставив пистолет к виску, нажал на курок. Выстрел прозвучал достаточно глухо. Толпа ахнула. Тело несчастного сложилось пополам и упало на землю.

– Отдай оружие! – крикнул Хлыстун первому, и тот, достав пистолет, бросил его ему под ноги.

– Откуда вы все узнали? – спросил он, когда сотрудники уголовного розыска надевали на него наручники.

– Город у нас маленький, – повторил Хлыстун, – и все тут друг друга знают. Вот поэтому у нас чужих сразу замечают. Вы напрасно за полковником следили. За ним у нас сразу пять наших ребят присматривали. Вот вас сразу и увидели. У нас весь город в болельщиках «Шахтера» ходит. А вы ребят обидеть хотели, греков сюда посылали, гадости разные придумывали.

– Не понимаю, – прошептал незнакомец. – Но у меня есть документы. Я могу показать мое удостоверение.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Хлыстун. – Вы покажите мне ваше, а я вам – мое… Когда в Киеве узнали, что вы сюда снова приехали, нам позвонили, попросили за вами проследить. Вот и вся разгадка. Не нужно было вам сюда приезжать… Только я не думал, что вы так нагло попрете – нашего полковника убрать захотите. Уведите его, ребята. И даже если этот тип покажет документ, что он министр безопасности, все равно держите его крепко, пока не приедет специальная комиссия из Киева. А дядю Колю мы обязательно вылечим. С ним ничего серьезного случиться не могло.

Откуда мог знать незадачливый приезжий, что наблюдение за Николаем Кравченко было организовано по просьбе самого Ермаковича. Виктор Викторович верно рассчитал, что полковника постараются убрать как слишком много знающего свидетеля. К тому же весь город знал, что они близкие друзья. И точно так же весь город ходил в болельщиках футбольного клуба, президенту которого премьер тоже позвонил. В результате десятки ребят, получив первое в своей жизни серьезное задание, с гордостью вели наблюдение за всеми прибывшими в город чужаками. Так что рано или поздно эта ловушка должна была захлопнуться.

– Проклятье! – выругался задержанный, осознавший наконец, что произошло. – Вы нас обманули.

– Да, – кивнул Хлыстун. – Хорошо, что ребята увидели, как вы сюда вошли. Иначе живыми вы все равно не ушли бы. Я бы лично вас нашел и пристрелил. Срочно врачей! – крикнул он, обращаясь к своим офицерам.

В эту ночь между Киевом и Донецком велись интенсивные телефонные переговоры. В эту ночь задержанный, оказавшийся офицером службы безопасности, остался до утра в здании управления внутренних дел. В эту ночь Ермакович узнал о событиях в Донецке во всех подробностях, но его более всего остального волновало самочувствие друга. В эту ночь в Киеве не спали во многих кабинетах, осознавая глупость провала придуманной операции и обреченность своего положения. В эту ночь не сомкнула глаз Ольга Пархоменко, хотя еще и не знавшая о событиях в Донецке. В эту ночь майор Хлыстун установил, кто убил фотографа Григоренко. В эту ночь… Одним словом, это была тяжелая ночь для многих людей.

А затем наступило утро следующего дня…

По субботам в здании кабинета министров бывало гораздо меньше сотрудников, чем в будние дни, несмотря на то что сам Ермакович и все его помощники частенько работали не только в субботние, но и в воскресные дни. В эту субботу Виктор Викторович ехал на службу, точно зная, какие встречи ему предстоят. И не ошибся. Ровно через десять минут после его появления в кабинете секретарь доложила, что к нему на прием просится руководитель национальной службы безопасности. Премьер-министр согласился его принять, оговорив, что генералу лучше подъехать через полчаса.