Чтение онлайн

Каким-то внутренним чутьем Сергей чувствовал, где можно, а где нельзя превышать скорость. Лавируя между мчащимися автомобилями, он успевал проскользнуть в любую щелку. Машину он водил великолепно. Карина за всю дорогу не произнесла ни слова, то ли утомившись от бега, то ли по какой другой причине, но такое долгое безмолвие было совсем ей не свойственно.

– Я пойду один, – сказал Сергей, остановив машину возле дома, не въезжая во двор.

– Ну, Сергуня!.. – возмутилась Карина. – Что же я тогда неслась, как кобыла?

– В общем, будь здесь, что характерно, – сказал Сергей, вылезая из машины и направляясь к подворотне.

– Ну вот еще! – обиженно возразила Карина, но в полном уже одиночестве.

Двор, где располагались котельная и гараж, освещался скупым светом единственного тусклого фонаря – свет же в котельной обычно горел сутки напролет. Во дворе никого не было. Сергей, выглянув из-за угла, внимательно осмотрел двор и окна парадных, но не заметил ничего подозрительного.

Неторопливо, каждую секунду ожидая точно пущенного обломка кирпича или бумеранга, который размозжит ему голову, Сергей двинулся к котельной. Он убедился в том, что эти лилипуты, несмотря на ничтожный рост, очень опасны – он помнил, как чудом спасся от летящего в него бумеранга; теперь он не сомневался в том, что это кто-то из них такой ловкий метатель. Ведь тогда в овраге были дети, и в их компанию ничего не стоило затесаться карлику с карлицей.

Карина, ожидая Сергея, вся извелась. Раз десять, не в силах больше сидеть на месте, когда Сергея там, может быть, уже расчленяют на части топорами, она пыталась выйти из машины и один раз даже открыла дверцу… но, одумавшись, уселась на место.

«Да что же он так долго?!»

Сергей вернулся через полчаса.

– Значит, так, – начал он, усевшись в машину и заводя двигатель. – Едем обратно. В котельной никого нет. Я выставил стекло, пробрался в котельную и позвонил домой Эдуарду Робертовичу. – Сергей вырулил на Дворцовый мост. – Слава богу, они собрались в квартире, а не в котельной.

– А чего же ты от толстяка директору уродов не позвонил?

– Не сообразил как-то сразу… Но дело не в том. Оказывается, в их театре были карлики. Два карлика! Представляешь?! Брат с сестрой, но эти карлики не совсем обычные. Если обычные карлики со временем, что характерно, старятся лицом, то эти почти не менялись и все время выглядели как дети. Ты представляешь, Карина?! – Сергей находился в несвойственном ему возбуждении. – Они спокойненько находились рядом со мной, а я даже не предполагал ожидать от них враждебных действий. Это, что характерно, как мина. Такой ребеночек, скачущий на скакалочке, мог запросто всадить мне в спину нож…

– Круто! – оценила Карина.

– Но это даже не самое главное. В театре карлики работали воздушными акробатами – их звали Янош и Марика – они из обрусевших поляков. Так вот, карлики работали всегда без страховки, и никак их не могли заставить пристегнуть страховку. Но еще Эдуард Робертович сказал, что у них был номер с австралийским бумерангом, и Янош настолько наловчился в его метании, что сшибал с головы Марики яблоко…

– Словом, лилипуты эти еще те карлики, – не очень внятно скаламбурила Карина.

– Да, они могут быть, если захотят, очень опасны, так сказал Эдуард Робертович. Хотя лично он не верит в то, что карлики могли добровольно помогать Петрушке. Безумие он считает, что характерно, чисто индивидуальным делом.

– Ну, теперь хоть понятно, кто в тебя запустил бумерангом.

– Не только это, – Сергей ловко обошел две идущие впереди машины. – Теперь все стало понятно и с куском штукатурки, который чуть не ляпнулся мне на темя, – для воздушного акробата спуститься с крыши на веревке, подтюкать молоточком штукатурку – раз плюнуть. Когда я вышел из квартиры, его сестра Марика, увидев меня, подала сигнал обыкновенным зеркальцем. Я заметил, как что-то блеснуло на крыше, и ее крохотный братик толкнул стеночку. И лежать бы мне с растрепанированным штукатуркой черепом. Кроме того, мне стало понятным попадание вещей из моей комнаты в жилище мертвого свидетеля. Возможно, ночью, когда я выскакивал к машине по зову сработавшей сигнализации, Янош, маленький и ловкий, спустившись с крыши по веревке, проник в форточку, похватал все, что попалось под руку, и вылез обратно. Вот, собственно, и вся история.

– Да это-то фиг с ним! – махнула Карина рукой. – Где они, скоты, Илюху закопали – вот вопрос!

Сергей вдруг резко дал по тормозам и повернул руль вправо. Шины взвизгнули… Из-под колес выскочила кошка и стремглав бросилась через дорогу.

– Я все-таки надеюсь, что он жив, – хмуро сказал Сергей.

Карина промолчала.

В доме Марка Анатольевича было темно. Машины нигде не было видно. Сергей, не останавливаясь, только чуть притормозив, проехал мимо.

– Где их носит?! – возмутилась Карина.

В окошке домика пузатого соседа Гриши горел свет.

– Небось, дозванивается до кочегарки. Надо бы предупредить.

– Не время, что характерно, – бросил Сергей, разворачивая машину в обратную сторону, но близко к дому не подъехал, а остановился на обочине на расстоянии трех домов от домика Марка Анатольевича.

Выключив двигатель, Сергей несколько секунд сидел молча, глядя вперед. Взглянув на него, Карина вдруг испугалась.

– Слушай, Сергуня, давай милицию вызовем, а?

Сергей молчал.

– Или наконец-то этой… как ее, Жанне позвоним…

Сергей молчал.

– Ну Сергуня!.. – заныла Карина.

– Я пойду один, – наконец сказал Сергей. – Его нельзя спугнуть. Это не просто хладнокровные и бесчувственные убийцы, это убийцы с психическим отклонением. И если их испугать милицейскими мигалками, – неизвестно чего от них можно тогда ожидать. Если даже Илья еще жив, то… Каковы будут их действия?.. Я пойду один.

– Хорошо, пойдем вместе, – охотно согласилась Карина и открыла дверцу автомобиля. – Куда ты с раненой рукой?

– Ты пойми, должен кто-то остаться на воле. Если попадусь я, ты позвонишь куда следует. Договорились?

– Ну хорошо, – глядя на него и понимая, что дальнейшие пререкания бессмысленны, согласилась Карина. – Но обещай мне, что будешь осторожен?.. Тьфу! Какая пошлая глупость лезет в голову… Ну, просто пообещай мне что-нибудь!

– Обещаю, – сказал Сергей и поцеловал ее в щечку.

Карине в лицо ударила краска.

– Тогда и я обещаю, – сказала она и поцеловала Сергея в губы…

Спустя несколько минут Сергей вылез из машины, на его лице блуждала счастливая улыбка. Если улыбка эта была не идиотская, то – влюбленного человека, каким и был сейчас Сергей. Но длилось это расслабленное состояние всего несколько мгновений, через несколько шагов взгляд его стал решительным, лицо окаменело. Глаза видели все, что происходило кругом, движения стали мягкими и упругими, как у животного. Сейчас он был неуязвим. Сейчас он был опасен.