Чтение онлайн

– Да нет же. В течение последних семи лет мои воспоминания окутывал плотный туман. Моим проводником в этой дымке забытья стала ты. Не знаю, чем это кончится. И все же никто, кроме тебя, не справился бы с этой задачей. Спасибо.

Она долго молчала и потом сказала тихо:

– Знаешь что? Я тебе скажу одну вещь, а ты верь: кроме этих пометок, я ни в чем тебе не соврала. Ни в едином слове тебе не соврала.

– Верю.

– Спасибо, – ответила она.

Подхватив пиджак и закинув на плечо сумку для гольфа, я вышел из машины. Мари молчала. Повернувшись спиной, я зашагал по дороге. Вскоре я услышал, как сзади взревела, срываясь с места, машина.

Я вернулся к морю. Еще по дороге сюда из машины я приметил одно местечко. Прямо напротив склада стояли два торговых автомата, но они были слишком ярко освещены. Чуть поодаль раскинулся пустырь с невысокой полуразрушенной каменной оградой, обращенной к дороге. Склад находился как раз по диагонали от ограждения и хорошо просматривался. Я спокойно добрался до цели, никого не встретив по дороге.

Я внимательно оглядел желтое здание склада. Цвет его стен навевал ассоциации с «желтым домом» – колонией для художников, которую мечтал создать в Арле Ван Гог. Тем более что, если верить Хараде, эти стены скрывают самые разные шедевры. Однако изысканный логотип «Тамаи файненс» не оставлял никаких иллюзий.

Неизвестно, что задумал Харада, каков его план. Из оружия у него наверняка только пистолет Сонэ и нож. И еще одно не оставляет сомнений: на место он прибыл раньше меня и дожидается где-то здесь, на причале. Попасть сюда можно только с Харуми-дори. Не знаю, где он прячется, да и он наверняка не знает, где я. А может, он и не догадывается, что я тоже здесь. От моего укрытия до склада приличное расстояние по диагонали. Ярдов шестьдесят. Пятьдесят с лишним метров. При стрельбе из люгера с такого расстояния можно даже не учитывать ветер, но для обычного пистолета слишком далеко. К тому же есть опасность быть замеченным, пока перебегаешь дорогу.

Было зябко. В холодном ветре чувствовался едва уловимый запах соли. Натягивая свой продырявленный пиджак, я ощутил в кармане что-то тяжелое. Я и забыл. У меня оставался изъятый у Мари мобильный телефон и пончик. Я надорвал упаковку и откусил тесто. При взгляде на телефон меня посетила неожиданная мысль. Надежды, конечно, мало, но попробовать стоит. Я понажимал кнопки, прислушался, но мои ожидания не оправдались. Да я и не думал, что услышу ответ. Все дело заняло буквально пару секунд. Есть пончик расхотелось. Я сунул его обратно в пакет и взглянул на часы. Час десять. Думаю, они появятся здесь между двумя и тремя часами ночи. Остается лишь надеяться, что расчет Харады окажется верным. Пожалуй, у меня есть немного времени.

Присев в тени каменной ограды, я достал из сумки люгер. Положил ствол на ограду – получился упор для стрельбы сидя. Вероятность точного попадания из такого положения намного выше, чем из положения стоя. К тому же у меня есть оптический прицел. Я прицелился в него в направлении Т-образного перекрестка. По моей прикидке, до центра перекрестка было ярдов сто пятьдесят. Шесть лет назад я бы с уверенностью попал с такого расстояния даже в визитную карточку, но за прошедшие годы, вероятно, подрастерял мастерство.

Я сосредоточенно ждал. Время шло. Внезапно тишину разорвал резкий звук. Я понял, где его источник, только после того, как сердце пропустило один удар и забилось снова. Это звонил в кармане мобильный телефон.

Поднеся его к уху, я услышал голос Харады:

– Слышал, вы отняли у девушки телефон, господин Акияма.

– Мало ли кто что болтает, а ты повторяешь. Просто позаимствовал на время. О моих перемещениях тебе сообщил юный курьер?

– Да. К тому же ему, кажется, известно и мое местонахождение. Вернувшись на Гиндзу, девушка попросила его передать мне послание. Именно за этим я и звоню.

– Что за послание?

– «Прошу вас по возможности защитить жалкого мальчишку» – такова ее просьба, и я решил передать вам ее слова.

– Думаю, послание адресовано тебе.

В его голосе засквозила усмешка:

– Несмотря на мою нетрадиционную ориентацию, я, похоже, куда лучше вас разбираюсь в женской психологии. Кроме того, у меня есть вопрос.

– Какой?

– Вы планируете совместную со мной операцию? Или будете действовать самостоятельно?

– Пока не знаю, но мешать тебе я точно не собираюсь. Тогда и у меня к тебе вопрос.

– Какой?

– Что ты нашел в этом старике Нисине?

– Объект любви не обязан быть безупречным. Например, сейчас я испытываю к вам определенное чувство близости, но без намека на сексуальность. Думаю, в человеческих взаимоотношениях существуют непостижимые оттенки.

– Ты рассуждаешь так, словно анализируешь постороннего человека. У Нисины могут быть от тебя секреты?

– Естественно, – ответил он и тут же другим тоном добавил: – Только что через мост проехало такси. Кто бы это мог быть?

Я оглядел темный квартал. Затем прошептал в трубку:

– Кажется, я догадываюсь, чем закончится игра. На этом прощаюсь. Больше перезваниваться не будем.

– Игра?!

– Да.

Я выключил мобильный телефон. Из нашего разговора я понял, где находится Харада. Он притаился в припаркованном автомобиле на въезде с Харуми-дори на причал. С той точки все въезды и выезды на причал и с причала видны как на ладони. Видимо, вернувшись в город на поезде, он тоже взял напрокат машину.

Я снова взглянул в оптический прицел. Не прибор ночного видения, конечно, но качество отличное. Картинка светлая и яркость хорошая. Я ощутил давно забытое чувство. Казалось, кровь на мгновение застыла в жилах, а затем с шипением потекла дальше. Холодное черное пламя лизнуло кровеносные сосуды и медленно побежало по ним. «Ритм и умение концентрироваться», – услышал голос из далекого американского захолустья.

Не знаю, как долго я ждал в таком положении.

В прицеле мелькнула тень.

Я поднял голову. На перекрестке затормозило такси, из него вышел человек. Когда машина уехала, мужчина остался стоять, оглядываясь по сторонам.

Я распрямился над каменной оградой, по-прежнему сжимая в руках пистолет. Человек, похоже, узнал меня. Пересек темную дорогу и стал приближаться. Вот и еще одна карта открыта. Подволакивая ногу, ко мне направлялся Иноуэ.