Чтение онлайн

Что такого в спортивных штанах и стояке? Это сочетание лучше, чем арахисовое масло и желе, яйца и бекон, суббота и воскресенье… Я хочу потрогать…

— Воу, — говорит он, хватая меня за запястье. — Я думал, ты сказала, что тебе нужно идти.

Моя безвольная рука повисает в воздухе.

— Еще пять минут. — Я шевелю пальцами, чтобы попытаться дотянуться ближе. Не повезло.

Хадсон тянет меня с дивана к своему телу, не пытаясь скрыть свой стояк, который прижимается к моему животу. Он поднимает обе мои руки вверх и заводит их за свою шею.

— Если я позволю тебе дотронуться до него, то нам понадобится гораздо больше времени, чем пять минут.

— Хорошо…

Он поднимает брови.

— То есть… нет? — Я прижимаюсь лбом к его груди и стону. — Это намного сложнее, чем я думала.

Он хихикает.

Я поднимаю голову.

— Серьезно!

— Конечно, детка. — Он целует меня в макушку, затем отпускает меня. — Я облегчу тебе задачу. Одевайся. Я отвезу тебя домой.

— Ты отвезешь меня домой? — Я хватаю одолженные штаны со стола в столовой. Как, черт возьми, они там оказались?

— Не по своей воле. — Он подмигивает и хватает свой мобильный телефон, бумажник и ключи.

Я иду в ванную, умываюсь и пытаюсь выглядеть как презентабельный человек, а не как женщина, которая провела последние двенадцать часов, даря и получая умопомрачительные оргазмы. Я благодарна Хадсону за спортивные штаны, но чувствую себя немного неловко, надевая их с туфлями на высоком каблуке. Может быть, это будет воспринято как дань моде, а не как «утро после»?

Хадсон встречает меня у двери. Я хмурюсь, когда больше не вижу напряженной выпуклости спереди его брюк. Он, должно быть, читает мои мысли, потому что качает головой и смеется.

Поездка в лифте с пятнадцатого этажа на подземную парковку проходит тихо, но не потому, что нечего сказать. Наоборот, кажется, что есть миллион вещей, которые нужно сказать, но ни одной из них я не хочу делиться перед незнакомцами, которые едут в лифте вместе с нами.

Хадсон берет меня за руку и проводит через помещение, которое больше напоминает стоянку роскошных автомобилей, чем гараж многоквартирного дома. Он останавливается у спортивного автомобиля стального цвета, и когда фары мигают, открывает дверь со стороны пассажира.

— Это твоя машина?

Он наклоняет голову, не отвечая на то, что, оглядываясь назад, я понимаю, было глупым вопросом.

— Беспокоишься, что у меня нет прав?

— Я просто подумала… Карина…

Он прислоняется к открытой двери и пожимает плечами.

— Мне нравится, когда меня возят. Так я могу сосредоточиться на других вещах. Но когда дело касается тебя… Я хочу сам отвезти тебя домой.

Прекрати! Перестань говорить вещи, которые заставляют меня забыть, кто ты. Перестань заставлять меня влю… нет. Нет. Нет. Я забираюсь в машину, стремясь увеличить расстояние между нами.

Он обходит вокруг капота, как человек, полностью контролирующий свое тело, свои эмоции, свой мир. Совсем не так, как я, когда нахожусь в его присутствии. Счастливчик.

— Итак, — говорит он, сворачивая на Первую авеню, — у меня есть к тебе предложение.

— Я же сказала тебе, что не работаю в эскорте. — Я ухмыляюсь, дразнясь, отчаянно пытаясь разрядить обстановку и одновременно борясь с тяжестью в груди.

— Ха-ха. — Он улыбается в ответ, а затем его выражение лица становится серьезным. — Я хочу, чтобы ты знала, что я имел в виду все, что сказал прошлой ночью.

Я поднимаю бровь.

— Ты много чего сказал. Большинство с рейтингом R 13 .

— Ладно, что ж… — Его голос понижается. — И это я тоже имел в виду.

Этот слишком знакомый прилив тепла проникает в меня, и я дрожу.

— Я хочу увидеть тебя снова, Лиллиан. Не как коллегу. Не как друга. Я хочу… — Он проводит рукой по волосам. — Наверное, я хочу сказать, что…

— Ты хочешь встречаться со мной? — Я слышу улыбку и волнение в своем собственном голосе, что означает, что он тоже слышит. Отличный способ вести себя хладнокровно, Лиллиан.

— Да. Я хочу встречаться с тобой. — Он берет мою руку и подносит ее к своим губам. — Приятно сказать это вслух.

Я выдыхаю, думая, что мне приятно слышать это. Приятно и ужасающе.

— Я по-прежнему буду делать все возможное, чтобы вернуть тебе работу, но буду делать это как твой защитник и, если позволишь, твой… парень?

Прилив волнительной энергии наполняет мою грудь. Хадсон Норт. Мой парень? Как это может сработать? Мы из совершенно разных миров. Он нравится мне больше, чем следовало бы, но мне не нравится его семья. Они ясно дали понять, что терпеть меня не могут. Что это будет означать для Хадсона? Я не могу быть клином, разделяющим семью Норт. О, но мысль о том, чтобы провести больше ночей с Хадсоном, вызывает во мне трепет. Я не могу представить себя под руку с великим Нортом, но быть под руку с Хадсоном кажется естественным. Элементарно, как будто я родилась, чтобы быть там. Эти два чувства настолько противоречат друг другу, что я теряю дар речи.

— Скажи «да».

Мой взгляд устремляется на него.

— Мне нужно подумать об этом.

Легкость с его лица исчезает, но я вижу, что он не потерял надежду, поскольку в его карих глазах вспыхивает искра.

— Давай поужинаем завтра вечером, и сможем все обсудить.

— Ты говоришь так, будто это деловая сделка.

— Да, но у меня нет большого опыта в этой области. Ты должна простить меня за это. — Хадсон останавливается перед моим зданием и глушит двигатель, прежде чем повернуться ко мне. — Подумай об этом. Когда будешь готова к разговору, позвони мне. — Он берет обе мои руки и целует костяшки, заставляя все мои внутренности плавиться на полу его шикарной машины. — Не списывай нас со счетов. Я не преувеличивал, когда говорил, что никогда раньше не испытывал таких чувств к женщине. — Его глаза теплые и манящие, и мне хочется, чтобы мы снова оказались на том диване. — Какими бы ни были твои сомнения, дай мне шанс доказать, что ты ошибаешься.

Но дать ему шанс означает поверить в то, что он не причинит мне боль. Отдавать себя в руки любого мужчины страшно, тем более члена печально известной семьи Норт. Есть только два варианта развития наших отношений — брак или разрыв. Шансы в пользу последнего.

— Мне страшно.

В его взгляде скользит нежность.

— Хорошо. Это значит, что у тебя здоровое чувство самосохранения. Моя семья не всегда была добра к тебе. Я понимаю это.

Я издаю звук: наполовину фырканье, наполовину смешок. Слабо сказано.