Чтение онлайн

— Ого!

Томми оглянулся вокруг.

— Ты сделал то, что я тебе сказал, по поводу этого места?

— Да, его проверяли утром. Поверь мне, — ничего нет. За мной здесь не следят.

— Ну, кроме ФБР, — произнес Томми.

— Нет даже их. По моей информации тот агент, который прослушал телефон в Лос-Анджелесе, вышел на имя Калабрезе. Я тебе говорил, в этом городе только одно место, где оно использовалось.

Томми кивнул.

— Банк. Я разговаривал с Винфилдом. Он принимает меры.

— Томми, я вообще не понимаю, почему я должен оставлять свои деньги этому человеку.

— Сколько у тебя там?

— Что-то около трех-четырех миллионов.

— Ну, хорошо. Но ведь ты заинтересован в них?

— Почти что во всей сумме. Когда-нибудь мне потребуются неконтролируемые деньги, понимаешь?

— Еще бы мне не понимать! — засмеялся Томми.

— В любом случае, Томми, ты здесь в безопасности. Колония Малибу — очень закрытое место.

— Прекрасно! — Томми наклонился к Майклу, — слушай, я просто горжусь тобой, ты становишься знаменитым. Я все время читал о тебе.

— Ты читал в «Ярмарке тщеславия»?

— Да, это немного грубовато.

— Ничего, они скоро уймутся. Я пожертвовал четверть миллиона на борьбу со СПИДом — анонимно, понимаешь? На торгах, на следующий день.

У Томми отвисла челюсть.

— Ты выбросил четверть миллиона?

— Мелкое вложение. Зато я теперь известный филантроп. Проблема только в том, что каждое пожертвование в городе выходит за рамки разумного. Я даю десять штук здесь, двадцать там.

— Да, ты можешь позволить это при трех с половиной миллионах.

— Томми, это только малая часть. Я заработал пятнадцать по процентам от фильмов и должен получить еще.

— Сколько ты получишь слева?

— Ну, после уплаты налогов что-то около четырех миллионов.

— Налоги, — произнес Томми, кивая головой. — Подумать только, и я и ты платим налоги.

— И ты тоже?

— Да, я теперь действую в полном соответствии с законами. Я начал десяток небольших предприятий, кроме основного. У нас есть офисы в нормальных зданиях — у всех. И мы платим налоги. Ситуация обязывает.

— Похоже, за этим будущее, — сказал Майкл. — Законность.

— Я всегда ищу, куда вложить деньги, — сказал Томми. — На самом деле некоторые из моих друзей занялись делами «Центуриона».

Майкл чуть не уронил бокал.

— «Центуриона»?

— Именно, сэр. У меня есть контакты в Японии. У них там тоже есть маленькая Коза Ностра. Они только называют ее Якудза.

— Это очень интересно, — пробормотал Майкл.

— На самом деле они обошли нас в легитимизации. Они там уже много лет работают в огромных корпорациях. Так, между нами говоря, они уже крепко сидят в «Ямамото».

— Да ну?

— И они полагают, что на кинобизнесе можно неплохо заработать.

— И в этом они абсолютно правы. «Юниверсал» и «Коламбия» уже у них в кармане.

— Мои друзья считают, что можно заработать еще больше, чем зарабатывают эти студии, используя, так сказать, старые проверенные методы.

— Они, видимо, в этом очень заинтересованы, — сказал Майкл.

— Ты ведь в совете директора «Центуриона»?

— Был на своем первом собрании на днях.

— И что?

— Лео Голдман сообщил, что не продаст, а особенно японцам. Ты же знаешь, он владеет пятьюдесятью четырьмя процентами акций.

Томми слегка улыбнулся.

— Не владеет, а контролирует. В этом большая разница.

Он встал.

— Пойду-ка я лучше освежусь. Поговорим об этом чуть позже.

И Томми пошел обратно в дом, оставив Майкла наедине с самим собой.

Майкл уселся и стал смотреть на волны, набегающие на берег, пытаясь понять, что лично для него может означать все то, что он только что услышал.

Днем Майкла подобрал служебный лимузин со студии и отвез к павильону Дороти Чандлер на презентацию. Лео попытался окружить его эскортом из актрис, снявшихся в одном из фильмов «Центуриона», но Майкл настоял на том, что он поедет один.

При входе в павильон, Майкл всячески старался избежать телекамеры. По счастливой случайности он оказался прямо за спиной Мерил Стрип и ее мужа, и телевизионный корреспондент, стоящий перед ними, не узнал его. Майкла это обрадовало. После заметки в «Ярмарке тщеславия» он счел за лучшее сохранять имидж «таинственного человека».

В толпе он случайно наткнулся на Лео и Аманду Голдманов; Лео начал было представлять Майкла знаменитостям города, но тут раздалось короткое объявление:

— Дамы и господа, — произнес громкий голос. — Займите, пожалуйста, ваши места, мы начнем через несколько минут.

Майкл сел слева от Лео и Аманды в десятом ряду от оркестра. Когда раздалась музыка перед началом телевизионной трансляции, он надел свои большие темные очки: даже после нейтрализации Риверы он боялся, что его узнают свидетели убийства Мориарти.

Майкл посмотрел направо и увидел Ванессу Паркс и Чака Пэриша, сидящих на крайних креслах. Он кивнул им, но они не ответили.

После десятиминутной речи ведущего и после еще десяти минут музыки и танцев, начались присуждения. В действительности Майкла интересовали только награды, к которым был представлен его фильм.

Лео наклонился и прошептал:

— Я не знаю, заметил ли ты по прошлому году, что здесь все длится дольше, чем по телевизору.

Майклу осталось только согласиться. Зрелище в большом зале наводило на него тоску. У него не выходили из головы банковские дела с «Кенсингтон траст» и последний разговор с Томми Про о его делах с японцами, которые хотят завладеть «Центурионом». Он не понимал, что Томми имел в виду, говоря о том, что Лео контролирует, а не владеет большинством акций студии.