Чтение онлайн

Рус не имел ничего против. Один удар — и голова кузнеца покатилась по земле, пока не наткнулась на изуродованное тело Боджа. В толпе раздались вопли ужаса. Но Гот не обращал внимания ни на них, ни на обезглавленное тело, которое все ещё дёргалось, выплёскивая кровь. Убедившись, что его подручные достаточно крепко держат девушку, он с яростью вдавил конец дымящегося железного прута в её маленькую грудь, затем в другую. К запаху крови примешался отвратительный смрад палёного мяса. Гот выдержал паузу и закончил работу, прижав клеймо к её промежности.

— Итак, мы избавились ещё от одной носительницы зла, — объявил он, обращаясь к бледным, потрясённым селянам. — Больше она не сможет соблазнять мужчин, плодить ублюдков и передавать им своё проклятое умение.

И, как ни в чём не бывало, обратился к хозяину постоялого двора:

— Мы проделали долгий путь по пыльным дорогам и хотим пить.

Тот молча ткнул пальцем на дверь своего заведения.

Инквизиторы, которые держали Марию, швырнули искалеченную девушку на телегу. Словно забыв об опасности, односельчане собрались вокруг Марии. Одни укрывали её своей одеждой, другие ласково поглаживали по голове, обещали позаботиться о её семье. Но она никого и ничего не слышала.

Один из мужчин поднял голову кузнеца и почтительно положил её на окровавленный труп — так кладут шлем на грудь павшего в битве воина. Несколько человек тут же подошли, подняли тело и унесли прочь.

К Боджу никто не прикоснулся.

Надо убираться отсюда, и побыстрее. Эта мысль возникла у Тора первой и теперь вернулась снова. Широким шагом — чтобы никто не подумал, что он торопится, — юноша направился к отцовской повозке, бросил чернила, перья и пергамент сзади под навес, взобрался на козлы и взял вожжи. Снова взглянуть на странного старика в широкополой шляпе он не посмел. Едва отец оказался рядом, Тор гикнул, и Сударыня повлекла повозку в сторону Гладкого Луга — деревни, расположенной в нескольких милях восточнее Твиффордской Переправы, где они будут в безопасности.

По пути домой отец и сын не обменялись ни словом.

Танец Цветов в день Середины Лета был у Тора самым любимым из местных праздников. От того мрачного и подавленного настроения, в котором юноша пребывал с тех пор, как клеймили Марию, не осталось и следа. Сегодня утром он гнал свой фургончик в Мятный Дол, и душа его пела.

Одним из самых первых детских воспоминаний были деревенские девушки, которые совершали какие-то сложные, но невероятно красивые движения. Тогда Тор смотрел на них снизу вверх, крепко держась за руку матери. Тогда он и полюбил этот праздник с его яркими, почти кричащими красками.

Он впервые ехал в Мятный Дол сам по себе, и эта свобода опьяняла. В этом году на празднике впервые будет танцевать Элиссандра Квин — уже от одного этого голова могла пойти кругом! Она достигла зрелости и теперь может выйти замуж… если захочет.

Тор с тоской смотрел, как она болтает с другими девушками из Грин. Вот отбросила с лица медовую прядь… Казалось, её волосы впитали солнечный свет. В Элиссе нет ни капли тщеславия. Она сияет, как солнце, но это замечают все, кроме неё самой. Мать Элиссы давно умерла, а Лэм Квин пил не просыхая, и девочка была лишена бесценных наставлений, на которые обычно не скупятся родители. Можно сказать, Элисса воспитывала себя сама. Она как могла заботилась о пьянице-отце, а теперь и содержала его, зарабатывая изготовлением мазей и травяных настоек.

Тор был очарован ею с той минуты, когда они впервые заговорили друг с другом. Это произошло несколько лет назад, в результате её смелого и опасного поступка: она наугад послала мысленный зов, а Тор его услышал. Когда это произошло, мальчик был так потрясён, что разлил чернила на стопку нового пергамента, за что получил нахлобучку от отца, хотя Джион никогда не отличался излишней строгостью. Тор даже не знал, что сказать в своё оправдание. «Прости, отец, я случайно услышал мысли одной девочки девяти лет от роду, которая живёт за рекой»… Между ними словно возникла невидимая труба, через которую было все прекрасно слышно. Эллиса слушала, как его ругают, а когда отец прекратил кричать, прошептала:

«Прости, кто бы ты ни был».

Однако с тех пор они каждый день развлекались таким образом — и каждый день гадали, узнает ли об их играх Инквизиция. Да, тогда они были детьми, и для них это было игрой — хотя и очень опасной. Теперь они стали старше и мудрее. Они знали, какие ужасы обещает им разоблачение, и молча удивлялись своей неуязвимости. Похоже, их до сих пор не раскрыли лишь благодаря какому-то особому дару — но что это был за дар? Кто из них двоих им обладал — Тор или Элисса? Или они оба? А может быть, он был свойством их пары как единого целого? Как бы то ни было, они договорились общаться мысленно только между собой.

Тор вздохнул. Ни в одной из окрестных деревень нет девушки красивее. Хотя, по правде сказать, он куда больше ценил её силу и дорожил их дружбой. «Какая красавица!» — шептались соседские кумушки. Тору это льстило. Но он выходил из себя, стоило одной из них предсказать, что Эллису скоро увезёт из Пустошной Топи какой-нибудь заезжий торгаш, у которого денег куры не клюют.

Именно поэтому Тор решил, что сегодня непременно поговорит с Элиссой. Они виделись слишком редко. Их мысленные беседы не прекращались, но Тор всерьёз опасался, что девушка откажется выйти за него замуж. И день сегодня самый что ни на есть подходящий. Только бы поймать этот проклятый букет!

Тор представил, как заканчивается Танец Цветов. Девушки закрывают глаза и подбрасывают цветы высоко вверх, а мужчины стоят вокруг, и каждый старается поймать букет своей избранницы. Считается, что если мужчина подойдёт к девушке с этим букетом и предложит ей руку и сердце, она согласится. Кроме того, девушки верили, что такой брак будет счастливым, первым родится сын, а муж никогда не изменит

своей жене.

В этом году на поляне, что на окраине деревушки, собралось около сорока женщин, все в ярких венках из полевых цветов. Здесь были и настоящие красавицы, и простушки, но все надели свои лучшие наряды и были очень милы. Что до Элиссы… Элисса пришла в нежно-зелёном платье. Оно казалось очень простым, но крой идеально подчёркивал её стройную шею и тонкую талию, а ткань была подобрана в точности под цвет глаз. Интересно, подумал Тор, сколько раз ей пришлось сидеть без обеда, чтобы позволить себе такую роскошь.

Впрочем, не он один был очарован Элиссандрой Квин — и знал это. Достаточно оглядеться, чтобы обнаружить с десяток холостяков, которые буквально пожирали её глазами.

Элисса закончила прихорашиваться, посмотрела на Тора и улыбнулась. Молодой человек почувствовал, как заколотилось сердце.

«Я убью тебя, Тор, если мои цветы поймает Руфус Акре!» — мысленно сказала она ему.

«Р-р-р… только представлю, как эти зубы, похожие на могильные плиты, покусывают тебя каждую ночь…»

Посылая ей эту мысль, Тор не удержался и прыснул. Руфус Акре, который стоял рядом, недоуменно покосился на юношу, не понимая, что его так рассмешило.