Предавшие СССР, Стригин Евгений Михайлович

Предавшие СССР

на обложку

Стригин Евгений Михайлович

Шрифт:

Однако, не стоит все вешать на ЦРУ. Как уже говорилось, разведывательно-подрывной деятельностью со стороны США занималось не только это ведомство. Не только и не столько.

Выступая 17 июня 1991 года на закрытом заседании Верховного Совета СССР, сделал отступление от общей темы и начал разговор о внешних силах, якобы активно действующих по созданию бедственного положения в нашей стране. Начал разговор на эту тему с документа, который ещё в 1977 году был подготовлен внешней разведкой КГБ СССР и направлен в ЦК КПСС. Назывался этот шедевр «О планах ЦРУ по приобретению агентуры влияния среди советских граждан». полностью прочитал данный документ депутатам. [811] Кстати, фамилий этих самых агентов влияния тогда не назвал. Это интересно, но не меняет сути.

811

Вот так звучит этот документ, подписанный Ю.В. Андроповым: «По достоверным данным, полученным Комитетом государственной безопасности, последнее время ЦРУ США на основе анализа и прогноза своих специалистов о дальнейших путях развития СССР разрабатывает планы по активизации враждебной деятельности, направленной на разложение советского общества и дезорганизацию социалистической экономики. В этих целях американская разведка ставит задачу осуществлять вербовку агентуры влияния из числа советских граждан, проводить их обучение и в дальнейшем продвигать в сферу управления политикой, экономикой и наукой Советского Союза.

Вероятно, одним из мотивов такого выступления стала оценка им (и, разумеется, иными близкими ему по духу людьми) политической ситуации, которая выходила из-под контроля. Страна распадалась. Однако органы КГБ ещё не были окончательно развалены, они продолжали свою деятельность и получали информацию практически в прежнем объёме. Сказывались старые заделы в источниках информации. Вся такого рода информация поступала в распоряжение. Видимо, у него были огромные основания беспокоится. Предоставлялась ведь практически исключительно одна негативная информация (это, естественно, иную должны были собирать иные ведомства).

Такое выступление вполне могло быть сделано с санкции первого советского президента. Это для него было характерным: бросать в бой других и ждать результата, оставаясь в стороне. А если не согласовано (что маловероятно), то это свидетельствовало о потере им контроля за ситуацией.

Кстати, даже в демократической прессе (правда, после крушения СССР) писали: «…Западные спецслужбы, скорее всего, приложили руку к событиям в нашей стране, передавая через подставных лиц и организации множительную технику, возможно, даже деньги». [812]

812

«Новое время»,N 33, 1992, с.19.

В этом нет ничего удивительного и особенного. Ведь точно также СССР десятилетиями прилагал усилия по развалу некоторых стран и порой достигал намеченного результата. С Советским Союзом боролись советскими же методами. [813] Точнее методы были международные. За многовековую историю борьбы друг с другом народы мира накопили немало опыта. Это естественно и думать, что могло быть по-другому просто глупо.

«Не думаю, — уже писали тогда в нашей периодике, — что открываю большой секрет, утверждая, что на сегодня хозяином нашей страны являются Соединённые Штаты Америки». [814] Наверно, через чур резко сказано. В начале лета 1991 года так ещё не было, хотя все и шло к этому.

813

«Западные спецслужбы действовали в том же духе, в каком Старая площадь раздавала валюту своим идеологическим друзьям». («Новое время»,N 33, 1992, с.19). Для незнающих — Старая площадь — название места, где находился ЦК КПСС.

814

«Наш современник»,N 6, 1991, с.151.

5.9.2. Однако, вернёмся к обсуждаемому событию. По мнению, высказанному через несколько лет: «Просматривалась явное и неявное взаимопонимание и взаимодействие экстремистских сил с членами тогдашнего руководства,. По крайней мере, бездействовали член Политбюро, секретарь ЦК КПСС В. Медведев, заместитель Генерального секретаря ЦК КПСС, и некоторые другие лица рангом пониже. У этих людей, в свою очередь, был „надёжный“ тыл в лице ». [815]

Впрочем, это он написал, уже будучи в отставке. А в то время, как всякий высокопоставленный чиновник, служил своему хозяину — и лишь в тайнике души, возможно, сомневался в правильности действий хозяина.

815

Крючков В.А., «Личное дело», М., «Олимп», 1996, т. 2, с. 39.

Вполне можно предположить: именно боязнь сказать то, что думал и превратила недовольного (и не только его одного) в молчаливого пособника «преступника», которого он и им подобные все больше и больше не понимали и все больше и больше не любили. Но служить-то продолжали. Даже элементарного красивого жеста, т.е. отставки никто не сделал. [816] А их в некотором смысле антипод, между прочим, такой жест сделал, публично заявив о своей отставке и подготовке к перевороту, который (кстати сказать) и произошёл (ГКЧП).

816

Находилось даже приличное объяснение для этого. «Партийная дисциплина… она многое в нашей жизни предопределяла. Хотя было уже видно, что партия утратила единство, все, как чумы, боялись раскола, и потому слова Генерального секретаря — закон» (Бобков Ф.Д, «КГБ и власть», М., «Ветеран МП», 1995, с.369). Может быть, доля истины в этих словах и есть. Н. Рыжков также говорил, что комплекс Генсека сидел глубоко и подразумевал, что окончательное решение принимает Генеральный секретарь. (Ненашев М.Ф., «Последнее правительство СССР», М., «Кром», 1993, с.31).

А отсюда вполне можно предположить, что бывший министр иностранных дел был в курсе подготовки к введению чрезвычайного положения, что, возможно, с ним и обсуждалось. Экс-министр поступил внешне красиво, но внутренне это похоже на предательство.

5.9.3. Кстати, мы вроде бы собрались говорить не столько о чести чиновника, сколько о государственной безопасности (хотя порой это так близко связано). И поэтому вернёмся к агентам влияния. Особый разговор об. В начале 1991 года, видимо, под влиянием сторонников стабилизации обстановки, убрал из Президентского совета (этой новой разновидности Политбюро). Однако, как всегда, он сделал это решение половинчатым, предоставив вскоре должность старшего советника. Кстати, вспоминал, что его предшественник советовал ему быть осторожным с. [817]

817

Разговор якобы состоялся в начале октября 1988 года. Крючков писал: «В таких случаях обычно дают приёмнику советы, не был исключением и наш разговор в тот памятный вечер.

В позднейшем изложении версия о предательстве выглядит следующим образом. В 1960 году в составе группы советских стажёров находился в Колумбийском университете (США). Была получена некоторая тревожная информация об его несанкционированных и неясных контактах с американцами. Однако, полной ясности не было. По возвращению в Москву работал на ответственных должностях в ЦК КПСС. И здесь он «прославился» статьёй с резкой критикой зарождающего патриотического движения (другой термин «русская партия»). В 70-годы был отправлен в почётную ссылку послом в Канаду. Здесь была уже получена информация о недовольстве им своим положением, негативном отношении к московским властям. Знали об этом и канадцы. [818]

818

Повод для вербовки, вроде бы, действительно есть. Хотя поводов было множество и у множества лиц, а вербовали только редкие единицы из них. Фигура посла слишком заманчива, но и отрытая вербовка в случае провала будет таким скандалом! Остаётся только постепенная обработка, что, кстати, характерно для приобретения агентов влияния. Но это, опять-таки, довольно умозрительное предположение.

По мере поступления информации доложил её. «В 1990 году Комитет госбезопасности как по линии разведки, так и по линии контрразведки получил из нескольких разных (причём оценивавшихся как надёжных) источников крайне настораживающую информацию в отношении. Смысл донесений сводился к тому, что, по оценкам спецслужб, занимает выгодные для Запада позиции, надёжно противостоит „консервативным“ силам с Советском Союзе и что на него можно твёрдо рассчитывать в любой ситуации». [819]

819

Крючков В.А., «Личное дело», М., «Олимп», 1996, т. 1, с. 296.

Кстати, на самом деле, такого рода оценка говорит совсем мало. Если кому-то нравятся американки, это ещё не значит, что такого человека можно безошибочно зачислить в американские шпионы.

Но КГБ уже закрутилось, последовала новая информация. Президент СССР отделался поручением переговорить с и выяснить у него истину. На серьёзной проверке не настаивал. Разговор с ничего не дал. к этой теме не возвращался. Так коротко выглядит сюжет о самом известном «агенте влияния».

Бывший руководитель аппарата подтвердил данные о том, что информировал в отношении вероятного предательства со стороны. [820]

820

«Советская Россия», 11.03.93, с. 4.