Чтение онлайн

13. Путин — очевидно, в равной степени в отношении ядерных программ Ирана и ядерного оружия Израиля — выступает за «создание на Ближнем Востоке зоны, свободной от оружия массового уничтожения и средств его доставки», что, конечно, не выглядит реалистичным, но резко снижает градус давления Запада на Иран.

14. Путин помнит о задаче защиты континентального шельфа и морских пространств России, особенно в Арктике. Будем надеяться, что фронтальное практическое отступление России в «борьбе за Арктику» в области гуманитарно-безопасностной инфраструктуры хотя бы остановится.

15. Путин без обиняков проводит грань между «защитой прав человека» и «использованием правозащитных концепций в качестве инструмента политического давления и вмешательства во внутренние дела государств».

16. Путин, к счастью, слышит двадцатилетний стон о проблемах в консульской работе России за рубежом и ставит задачу «расширения заграничных консульских учреждений», развития «сети российских центров науки и культуры». Но в ряду инструментов поддержки соотечественников почему-то называет «Фонд поддержки и защиты прав соотечественников, проживающих за рубежом» и «Фонд поддержки публичной дипломатии имени А. М. Горчакова», уже прямо не называя «Русский мир», о которых если не говорят ничего плохого, то это уже достижение.

17. И главное в этом пункте: Путин, к несчастью, ни слова не говорит, что доставшееся ему от предшественника законодательное наследие в области поддержки соотечественников делает абсолютно невозможным, если не незаконным исполнение всех его благих намерений в отношении соотечественников, ибо действующий теперь закон позорно и в прямом противоречии с Конституцией России, реальностью и справедливостью, не видит и не хочет видеть в ряду соотечественников никого, кроме «профессиональных русских», в качестве таковых этнографических активистов поставленных на личный учёт в дипломатических представительствах России общим числом, нет, не подлинные десятки миллионов, а от силы 2–3 тысячи человек! Здесь следует добавить, что в другом сегодняшнем своём указе — о демографической политике — Путин впервые столь внятно подчинил задачам демографического оздоровления России её политику по качественной, интегрирующей миграции, естественным образом являющейся миграцией из стран ближнего зарубежья. Этой бы внятности соотечественной политике!

Поворот лица внешней политики России от журавлей в небе, нарисованных лицемерной «перезагрузкой», к собственному дому и тому, что его окружает, — таким видится главный пафос новой внешнеполитической программы Путина. Дай Бог, чтобы это было так — и чтобы это было так не только в указе.