Чтение онлайн

Юля изумленно и недоверчиво посмотрела на Геннадия.

— Да, это наконец-то случилось, — облегченно выдохнул Шатров. — Примерно с час назад. И, в общем-то, наверное, все к лучшему.

— А ты знаешь, Миша не хотел меня пускать, — после неловкой паузы сказала Юля.

— Это еще почему?

— Он не знал, как ты отреагируешь.

— Миша просто дурак, — усмехнулся Шатров. — Кого я действительно рад видеть, так это тебя.

Между прочим, я тебя вспоминал последние дни.

— Правда? Я вообще-то тоже тебя вспоминала.

Все время думала о тебе и даже хотела объясниться.

— Мне кажется, что сейчас не совсем подходящее для этого время, — неуклюже выразился Шатров. — Вот выйду из больницы, а произойдет это скорее всего завтра, вот тогда и поговорим в неформальной обстановке. А то здесь — эти дурацкие больничные стены, тьфу! Я ведь никогда, никогда до этого не лежал в больнице! И вот ведь угораздил господь!

Зверева восприняла это по-своему, решив, что Шатров не очень-то хочет ее видеть, вздохнула и уже было встала, чтобы отправиться восвояси, но Геннадий удержал ее за руку.

— Ты меня не так поняла, Юля. В общем, если без лишних рассусоливаний, то я, если ты не против, хочу быть с тобой. Вот и все.

Шатров являл собой полное смущение. Словно начисто лишился в этот момент своей обычной манерности и высокомерия. Юля опять присела к нему на постель. Шатров обнял ее, покрыл поцелуями ее волосы, лицо и сказал:

— А я ведь знал, что ты ко мне придешь. Я всегда это знал.

Потом он вздохнул и, хоть ненавидел всякие пустые слова, сказал:

— Юля, я хочу попросить у тебя прощения. За все обиды, которые тебе причинил. Ты же знаешь, я тебя люблю.

— Я тебя тоже очень люблю, — прошептала Зверева.

Казалось, что вовсе не было времени, когда они были чужими, что произошла какая-то нелепая ошибка, какое-то досадное недоразумение вмешалось и разлучило на время этих людей, сумевших все же вовремя оценить и свои чувства, и существующую реальность.

В дверях снова возник неугомонный Коротин. Он уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, как вдруг, пораженный, застыл на месте…

Шатров прижимал к себе Юлю и что-то шептал ей на ухо, а она, улыбаясь сквозь слезы, гладила его по щеке и кивала в ответ.

Позади Коротина тем временем раздался гомон стайки молодых девчонок, проникших в больницу, поклонниц группы «Семь гномов», пришедших сюда подбодрить своего кумира.

— Я думаю, девочки, — обернулся, придя в себя, Михаил Анатольевич, — что сейчас совсем не время:

Геннадий Николаевич сильно занят. Приходите завтра.

Лариса едва успела. Она вошла в здание корпуса в тот момент, когда Шатров в окружении своей свиты собирался покинуть больничное заведение. Он шел по коридору, окруженный телохранителями, и разговаривал на ходу по телефону:

— Отарушка, привет, дорогой! Нет, уже все, выписываюсь. К чертовой матери! Ты же знаешь, я ненавижу больницы. Уже зае…ся здесь лежать… Знаю, что за козел стрелял, знаю… Давний мой знакомый.

Как фамилия? Простая, как правда, можешь записать для эфира, приколешься как-нибудь. Потапов!..

Кстати, менты ни хрена не раскрыли, да, детективша частная одна. Ты же в курсе, что менты только кражи лопат раскрывать умеют… Свадьба? Отар, я пока не знаю. Наша жизнь — штука сложная… У меня запись альбома на носу, не знаю, может, и отложу свадьбу. Слушай, если с Алисой пересечешься, скажи, что у меня есть для нее песня… Ну и что, если с Иглесиасом спела? Может и со мной спеть, не убудет от нее… Отар, спеть, а не спать! — Шатров повысил голос и снова засмеялся. — Ты чувствуешь семантическую разницу? Скажи, что я пробашляю эфиры. Песня — супер. Что, хочешь посреднические? — Шатров захохотал. — Чтобы потом всем говорить, что это Отар раскрутил Шатрова и дал денег на новый альбом? Я знаю, ты самый лучший грузин в мире, Отарик… Нет, с головой все в порядке. У меня это слабое место, ты же знаешь, но сейчас все нормально. Кстати, Отар, пока не забыл, можешь заряжать в воскресенье свою обычную бодягу, я согласен провести с тобой час в неторопливой светской беседе на всю Россию в эфире… Занято? Кем?

Если это мальчики из «Харизмы», они могут подождать. А то я в Дойчланд двигаю на запись на следующей неделе… Ладно, перезвоню в субботу, целую тебя…

В то время, пока Шатров разговаривал, Лариса успела поздороваться с Измайловым и Коротиным, а также кивнуть издалека Юле Зверевой, которая шла по правую руку от Шатрова. Этот факт несколько удивил Котову. Коротин же в своей язвительной манере поинтересовался, нашла ли Лариса виновного во всех бедах, обрушившихся в последнее время на Шатрова, — Вы не поверите, Михаил Анатольевич, но виновник преступления уже допрашивается милицией и дает показания, — не упустила случая похвастаться Лариса.

— Да вы что?

— Его фамилия Потапов, вы его, должно быть, знаете.

— Да, конечно. И что же, он убил и Ковалеву?

— Похоже на то, что нет. Именно поэтому я здесь и надоедаю всей вашей компании.

В этот момент Шатров наконец убрал телефон и обратил внимание на Ларису.

— Дайте мне познакомиться наконец с дамой, которая столь много внимания уделяет моей скромной персоне, — пропел Геннадий своим манерным, гнусавым голосом.

— Меня зовут Лариса, и я безуспешно пытаюсь поговорить с вами вот уже несколько дней.

— Я счастлив с вами познакомиться и безусловно готов уделить время для беседы. Насколько я понял, это ваша заслуга в том, что преступник уже пойман?

— Не в моих правилах хвастаться, но могу сказать, что да, — сказала Лариса.

— Хорошо. Вы на машине?

— Да.

— В таком случае я вас приглашаю к себе, — сделал широкий жест Шатров. — Миша, объясни Ларисе куда нужно ехать.

— Она и сама это хорошо знает, — проворчал Коротин.

— Тем лучше, — резюмировал Шатров и стремительно продолжил путь к выходу из больницы.

Спустя час Лариса сидела в кресле напротив Шатрова в его уютном кабинете на втором этаже особняка. Геннадий начал беседу довольно оригинально.

— Вы не подскажете, где можно приобрести пуленепробиваемые стекла? — спросил он. — А то криминала развелось боже мой сколько! Уже боязно в своем доме находиться. А за руль я вообще, наверное, только через полгода сяду.

— Вы настолько впечатлительны?

— Увы, да. Иногда это очень мешает. Но… — Шатров манерно повернулся на длинных ногах и уселся в кресло напротив Ларисы. — Давайте, задавайте свои вопросы. Я сегодня нахожусь в таком настроении, что меня можно спрашивать о чем угодно.