Чтение онлайн

— Послушайте, вы все время говорите об украшениях общества. Вы называете так женщин?

— Конечно! Это так музыкально, поэтично и возвышенно. А просто женщина — звучит грубо.

— Боже мой! Я начинаю понимать — вы живете в матриархате!

— Ну-у… Наши далекие потомки что-то будут говорить о матриархате, будут строить разные гипотезы, но их представления о нашем времени и о нас будут так же близки к истине, как Луна к Солнцу. Но это неважно. Я еще хочу сказать, что наши женщины занимаются музыкой, литературой, они рисуют великолепные картины.

— Музыканты, художники, поэты — женщины? Не может быть!

— А что, Хатарис, у вас было наоборот?

— Да, всеми видами искусств занимались в основном мужчины.

— Ах, дорогие подруги, послушайте, что он говорит! Представляю, что это были за стихи, музыка и что за картины! Ой, как смешно!

— Почему смешно? А мне вот непонятно, как вы — украшения общества, можете заниматься искусством?

— Извини, Хатарис, но ты как будто упал с Луны, а не переплыл часть океана. Кому же заниматься искусством, как не нам — женщинам? Ведь мы чувствуем и понимаем мир тоньше и красивее, чем мужчины. Мы лучше чувствуем гармонию мира, можем отразить ее в музыке, картинах, стихах. Нам даже разрешена головная боль — от переизбытка чувств.

— А что, у мужчин вашей страны нет такой привилегии?

— Конечно нет, они всегда должны быть в форме, чтобы убирать дом, готовить обед.

— У вас мужчины и дом убирают?

— А что, разве твой дом убирала жена?

— Да. Улсвея всегда вытирала пыль, подметала полы…

— Какой ужас! Бедняжка Улсвея! Он заставлял тебя убирать весь дом?! Да твой муж просто чудовище! Хотя с виду не скажешь.

— Что они говорят? Улсвея, ты думала, что когда-нибудь попадёшь в глубокий матриархат? И как тебе это нравится?

— А знаешь, дорогой, мне здесь нравится. Теперь я займусь живописью и музыкой. Всю жизнь мечтала написать сонату моря.

— Улсвея, пойдем с нами на берег моря слушать музыку прибоя. А мужчины за это время приготовят нам обед.

— Хатарис! Дорогой! Ты приготовишь обед?! Как мило с твоей стороны. Я скоро вернусь.

— О! Я пропал!

— Ничего страшного, Хатарис. Вон за тем холмом есть озеро, в котором так много рыбы, что мы ловим ее прямо руками. Сейчас пойдем, возьмём несколько рыб, и ты, Хатарис, сможешь приготовить чудесный обед для Улсвеи.

— Но ведь я не умею готовить, ни разу в жизни не стоял у плиты.

— Не отчаивайся, дружок. Мы тебе будем помогать на первых порах, научим готовить, и скоро ты будешь поражать Улсвею своими кулинарными способностями.

— Спасибо, никогда не думал, что в матриархате так весело живется.

— Хатарис, ты все время твердишь о, о… матриархате, как ты его называешь. Вот что я скажу тебе по этому поводу: мужчины должны необыкновенно тонко и чутко руководить обществом, чтобы оно могло называться матриархатом. Мужчины должны разумно, справедливо и с добром править миром, чтобы женщины имели право жить в этом самом матриархате. Когда женщины берут практическую власть в свои руки — работают в больших лабораториях, держат на себе дом, активно управляют обществом, а мужчины только и умеют, что говорить и отдавать приказания, то мир переворачивается с ног на голову, а общество становится патриархальным. На твоей родине, Хатарис, тоже был патриархат, не так ли? Вспомни: очень хорошо жило твое общество, — и где же теперь твоя земля?

— Странный ты человек, Борнах, все вы немного странные, но в чем-то вы все же правы.

— Приятно это слышать. Но у нас еще одно «странное» замечание тебе.

— Да. Я слушаю внимательно.

— По поводу твоей одежды и особенно рукавов у нас возникает один вопрос: что конкретно ты можешь сделать в таком наряде?

— Он может отдавать конкретные приказания своей жене.

— Все, я сдаюсь! Я уже люблю скромные дома, я сейчас же переодеваюсь в брюки и кожаную курточку, я уже почти научился готовить. Я признаю, что вы правы не в чем-то, а во всем! Но почему вы все смеетесь?

— Потому, что смешно. Ты, Хатарис, прямо как ребенок, хотя выглядишь старше.

— Мне кажется, я знаю, почему вам смешно. Если бы я был на вашем месте, я бы тоже смеялся. Все дело в том, что вы смотрите на мир, на жизнь иначе, чем я. Это потому, что мы жили в разных землях и в разных обществах. Я впервые столкнулся с вашими обычаями и укладом жизни, а вы ничего не знаете о нашем обществе.

— Ты прав, мы плохо знаем твою страну, ее людей. Разве что Борнах все знает, но молчит. Поэтому мы с удовольствием послушаем рассказ о земле за морем, о ее народе, традициях.

— Хорошо, я все расскажу, что знаю. Начну с того, что наша страна называлась Алатарис.

— Звучит красиво. Как переводится это название?

— Алатарис — страна сияющих огней. Но это более позднее название нашей земли. Ее древнейшее имя — Тара-Руата, что в переводе значит «земля тайны высокого Духа».

— А древнее название нам больше по душе.

— Мне самому оно тоже больше нравится.

— Расскажи нам сначала историю Тары-Руаты, ведь она более древняя.

— История Тары окутана полумраком. В наше время уже никто не знал достоверных сведений об этой стране и ее людях. Хотя до нас и дошли древние тарские книги, календари, надписи на скалах, но уже никто не мог точно прочитать ни надписей, ни книг. Конечно, какие-то знания сохранились, но их держали в тайне потомки великих людей Тары.

— Ты говоришь, что они хранили тайны знаний, но от кого?

— Разве вы не поняли, что на нашей земле жили два народа — люди Тары-Руаты и люди Алатариса? Первые — коренные жители, вторые — не очень.

— Но, Хатарис, ты сам говорил о двух названиях страны, не о двух народах. Какими были люди Тары?

— Как ни странно, внешностью они похожи на вас — у них тоже были темные и рыжие волосы, темные глаза. Вообще, если вы хотите представить себе людей Тары, посмотрите на меня. Ведь я их потомок, мой отец был из знаменитого тарского рода.

— Вот так-так! А, действительно, Хатарис, ты чем-то похож на нас. Но твоя жена совсем на тебя не похожа — у нее золотые волосы и голубые глаза.