Преисподняя
Шрифт:
— Ты не делаешь ничего плохого. Это его промахи, а не твои.
Лив хотела услышать эти слова. Страх, неуверенность и одиночество, накопившиеся за последние месяцы, исчезли бесследно.
Случайно увидев следы от плетки на руке сестры, Суль решила, что это уж слишком: забыв о всякой сдержанности, она дала волю своей ярости и выдала такую тираду, которая заставила бы побледнеть самых закоренелых сквернословов.
Лив только разинула рот, едва не лишившись чувств.
— Идем! — сказала Суль. — Корабль Дага вот-вот прибудет. Встретим его в гавани!
— Даг? Приезжает Даг?
— Да, мы договорились встретиться в Осло.
— Даг… — тихо произнесла Лив. — С ним приедет фрекен Тролле.
— Какая фрекен Тролле? Никакой фрекен Тролле у него нет!
— Но, я думала…
— Пустая болтовня. У Дага нет времени ни на что, кроме занятий. Салонный флирт время от времени, как у всех, он ничего не значит.
— Но мне не разрешают выходить!
— Не разрешают? В нашей семье слово «разрешение» не употреблялось. Ты сама за себя отвечаешь…
Суль тут же подумала о том, как она сама распоряжается этой ответственностью…
— Идем, я не принимаю никаких возражений!
Через час они увидели входящий в порт корабль.
Стоя на пристани, они болтали обо всем, кроме печальной судьбы Лив — и впервые за долгие месяцы на лице девушки появилась улыбка. Но она вздрагивала при малейшем звуке и озиралась по сторонам, словно за ней кто-то наблюдал. Все это время она думала, что сказали бы ее муж и свекровь, если бы увидели ее здесь.
— Сваливай все на меня, — сказала Суль, — Я все вытерплю!
Пока они стояли, глядя на пассажиров, сходящих с корабля, Суль тайком изучала сестру.
«Значит, дело касалось Лив», — думала она, вспоминая слова ведьмы из Ансгарс Клюфта: «Кто-то из твоих близких страдает…»
Воображение Суль заработало, она прищурила глаза…
Высокий, нарядно одетый юноша махал им рукой.
— Это он! — воскликнула Лив. — О, Суль, какой счастливый день — встретить вас обоих! Если бы только…
— Пойти к тебе домой?
— О, нет, я не то имела в виду… Я знаю, что лояльность — самое главное в браке, и мне стыдно, что я сегодня предала Берениуса и злоупотребила его доверием.
— Хорошо, что рассказала мне все. Что же касается лояльности, то она должна быть с обеих сторон, не так ли?
— Но он так мил, так много дал мне… И он никогда не изменял мне, хотя он говорил, что, как мужчина, имеет на это право. Я не должна была… Даг! Как я рада снова видеть тебя!
Даг по очереди обнял сестер.
— Тебе удалось приехать раньше меня, Суль. Это здорово! Передаю тебе привет от множества людей, не успевших попрощаться с тобой. Тебя многим не хватает, в основном… гм, молодым парням! Добрый день, малютка Лив! Так давно тебя не видел! Но дорогая, как ты похудела и побледнела! Твой муж плохо кормит тебя, да? — рассмеялся он.
— Это настоящий кризис, — пояснила Суль.
— Суль! — испуганно воскликнула Лив. — Ты не имеешь права!
— А вот и имею! Этот презренный негодяй до полусмерти замучил нашу сестру!
— Нет, Суль, ты не должна…
— Что это значит? — тревожно произнес Даг. — Я хочу знать все.
По дороге из порта Даг выслушал всю историю из огнедышащих уст Суль. Он в замешательстве переводил взгляд с одной сестры на другую.
— Лив! Она самая чистая и прекрасная из всех нас! Я вырос с ней, я знаю, что лучшего человека не найти! И он осмелился так обращаться с нашей сестрицей?
Лив не была родной сестрой ни Суль, ни Дага, но когда у кого-нибудь из них были в жизни проблемы, они стояли друг за друга крепче, чем родные.
— Это не так уж страшно, — печально и подавленно оправдывалась Лив, — я все преувеличила…
— Преувеличила? — возмутилась Суль. — Взгляни на ее руки, Даг! А свекровь ее чего стоит! Она ей просто прохода не дает!
— Мы все поедем домой! — решительно произнес Даг. — Мы расскажем все Тенгелю, Силье и Шарлотте. Лив, ты поедешь с нами!
— Нет, нет, — с отчаянием произнесла она, — я не могу!
— Ну что ж, — сказал Даг, — тогда мне придется увезти тебя силой! Ты готова к отъезду, Суль?
— Нет, мне нужно захватить вещи… О, Господи, я опять забыла про Мету…
— Какую Мету?.. — недоуменно спросили Лив и Даг.
— Она брошена на произвол судьбы, она будто создана для того, чтобы о ней забывали… — виновато произнесла Суль.
И она рассказала им про девочку.
— Ты удивительный человек, Суль, — покачал головой Даг. — Я видел, что ты проделывала с пациентами Тенгеля: совершенно хладнокровно отпиливала ногу, вскрывала гнойные раны, даже не меняя выражения лица. И вот теперь какая-то девочка считает тебя своей героиней! Но, конечно, мы должны взять беднягу в Линде-аллее или в Гростенсхольм! Ты правильно поступила.
— Разумеется! Но Лив права, она не должна сейчас ехать с нами домой, это спровоцирует ее мужа на новые бешенства. Мы ведь не хотим, чтобы он засек до полусмерти нашу сестру!