Чтение онлайн

– Потому что малышу Грэму уже давно тесно, – ответил я и поцеловал ее

в макушку. – Я беспокоюсь, что ты уже не в состоянии чихнуть, не

обмочившись.

– Со времен Аннабель так и было, – она развернулась и оперлась спиной

на столик в ванной. И натянутая улыбка сменила хмурое выражение лица. –

Я люблю тебя.

Я засмеялся. За последние несколько недель это стало ее новым

способом воздерживаться: всякий раз, желая меня шлепнуть, она говорила, что любит.

Мне не нужно спрашивать, чтобы быть в этом уверенным – признаний в

любви я наслушался немало.

Например, когда пошедший в папочку ребенок с огромной головой

заставил ее описаться при чихании, она сказала: «Я люблю тебя, Макс».

Или когда нам в кафе пришлось попросить столик со стульями вместо ее

любимого крохотного диванчика, потому что наш выводок занимал слишком

много места: «Я люблю тебя, Макс».

Или когда наша дочь Айрис – которой едва исполнилось два года –

сломала руку, потому что пыталась «играть в регби» в парке: «Я люблю тебя, Макс».

Наша жизнь представляла собой настоящий винегрет из кучи детей,

постоянно проливающихся соков, принятых в туалете рабочих звонков и

бесконечных пятен от желе на мебели – так же без конца вытираемых. Но на

самом деле, я не боялся, что наше будущее превратится в еще больший хаос.

Сара обожала детей как ничто другое в ее жизни, и у нас обоих были все

шансы скатиться в сумасшествие. Я говорил ей, что лично мне троих вполне

достаточно. А она хотела пятерых. Даже при теперешнем ее состоянии Сара

не меняла свой настрой.

Я же был готов предложить, чтобы мы остановились хотя бы на

четверых – во время этой беременности Сара… показала характер.

Эзра с визгом что-то прокричал Айрис, после чего раздался громкий

треск. Я уже сделал шаг к двери, но Сара меня остановила, схватив за руку.

– Ничего страшного, – сказала она. – Это всего лишь пластмассовый

граммофон. Он не сломается.

– Господи, как ты по звуку поняла, что это именно он?

https://vk.com/beautiful_bastard_club

Она улыбнулась, и на мгновение ее лице промелькнуло спокойствие

моего Лепесточка.

– Доверься мне, – Сара потянула меня к себе за край футболки. – Иди

сюда.

– А почему дети не в постели? – оглянувшись через плечо, спросил я.

– Ты это сможешь выяснить чуть позже.

Я подошел ближе и наклонился, чтобы поцеловать и дать ей показать

мне, какой поцелуй она хотела. Судя по всему, это был долгий и глубокий

поцелуй; Сара скользнула руками мне под футболку, провела ими по животу

и груди.

– К тебе так приятно прикасаться.

Я обхватил ее грудь.

– К тебе тоже.

Она счастливо застонала.

– Боже, ты лучше даже самого моего лучшего бюстгальтера. Может,

просто походишь у меня за спиной весь день, поддерживая их?

– Ты уже ангажировала меня на массаж стоп, – я поцеловал ее еще раз, а

потом задумчиво хмыкнул. – Хотя… одна работа сидячая, а вторая в

движении.

Сара привстала на цыпочки и обняла меня за шею.

– Ты так добр ко мне.

Я провел рукой по ее животу и почувствовал, как что-то, похожее на

ножку, уперлось мне в ладонь.

– Потому что я люблю тебя.

Взгляд больших карих глаз встретился с моим.

– Ты когда-нибудь представлял себе все это? – спросила она. – Четыре

года назад мы забеременели спустя несколько месяцев после секса в клубе, а

сейчас ждем нашего четвертого ребенка, при этом, целуя тебя, я понимаю, что мои чувства не изменились.

– У меня есть подозрение, что эти чувства навсегда.

– Ты еще не соскучился? – спросила она, и я тут же понял, что она имела

в виду.

– Конечно, да, но мы ведь назначили дату нашего возвращения.

После рождения Аннабель мы вернулись в нашу комнату в клубе

Джонни уже через несколько месяцев. Но после Айрис комната больше не

казалась подходящим решением. Пару раз мы попробовали вернуться в это

место, где привыкли высвобождать свои желания и где царила эротика. Но

почему-то заниматься любовью в комнате с огромной стеклянной стеной на

тот момент было уже не то. Слишком интимно, слишком много зрителей.

Проще говоря, нам это больше не подходило.

И мы придумали кое-что другое: в середине дня, когда «Красная Луна»

для посетителей все равно была закрыта, по ту сторону стеклянной стены

находился один талантливый фотограф – чье имя мы так и не запомнили и с

кем никогда не общались – и делал удивительные снимки наших занятий

любовью. Джонни использовал их в качестве декора всего коридора. Раз или

https://vk.com/beautiful_bastard_club

два раза в месяц мы приходили на такую фотосессию. Иногда чаще, иногда

реже.

Завсегдатаям нравилось, что мы не переставали появляться в клубе.

А Саре – выбирать, какие фото будут его украшать.