Преображения, Вахненко Елена Владимировна (HelenV)

Преображения

на обложку

Вахненко Елена Владимировна

Шрифт:

– Не сны, а воспоминания, так?

– Ну… типа того. Но это меня не пугало. Нисколько.

– А теперь будет пугать, - вздохнул Людовик.
– Артур все испортил.

– Артур?
– непонимающе нахмурился Риверс.

– Тот человек… мой недруг, а теперь, полагаю, и твой… его зову Артур.

– Как неприятно познакомиться… сказал бы я, будь он тут.

– И это было бы верное замечание, - усмехнулся Людовик.

– Не стройте иллюзий, - неприязненно сказал Майкл, тяжело поднимаясь на ноги.
– С вами мне тоже не особо приятно водить знакомство.

– Ты куда собрался?
– требовательно осведомился Людовик.
– Мне еще есть, что сказать.

– Не сомневаюсь, - бросив на визитера хмурый взгляд поверх плеча, фыркнул молодой человек.
– Вам всегда есть, что сказать. И не волнуйтесь, у меня пересохло в горле… и нам предстоит нудный разговор, как я вижу. Кофе не помешает.

– Тут не поспоришь… и все же вернусь к прежней теме. Так вот, Артур - он не только мне враг, но и тебе. Он внес в твою жизнь сумятицу… он заставил тебя усомниться в себе как в мужчине!

– Вовсе нет!
– возмутился Майкл, порывисто оборачиваясь.
– Вот еще!

Людовик с усмешкой взглянул на него:

– Милый мальчик, ты многое пережил, и Артур знал, что и когда делать… увы. Он атаковал тебя в самый уязвимый момент… правильно выбрал точку удара… оружие… и теперь… теперь ты не можешь так сразу забыть все, что я тебе рассказал, что ты уже вспомнил… но теперь ты не хочешь возвращаться, осознаешь это или нет. И твой разум, твое сознание и подсознание… они конфликтуют.

– Вот как?
– пробормотал Майкл, возясь у плиты, причем делая это нарочито медленно… ему не хотелось, чтобы Людовик видел сейчас его лицо.
– И кто победит… в этом конфликте?

– Кто знает?
– печально протянул гость.
– Но у моей партии мало шансов.

– Вашей партии!
– желчно ухмыльнулся парень, стараясь говорить с пренебрежением.
– Как звучит-то…

Он вернулся к гостю с двумя чашками кофе и с силой водрузил их на стол, слегка расплескав содержимое.

– Ладненько, и что вы предлагаете?
– осведомился Майкл, устроившись напротив Людовика.
– Или вы пришли сообщить, что дело проиграно, мол, извини… если так, не стоило себя утруждать.

– Нет, я слишком ценю свое время, чтобы тратить его на злорадство или, тем более, мнимое сочувствие, - любезно сообщил Людовик, без спросу насыпая в свою чашку щедрую порцию сахара из сомнительной чистоты сахарницы на столе. Причем сахар был не белым, а бледно-розовым.
– У меня есть план… да.

– Какой же?
– прищурился Майкл, не ожидая ничего хорошего…. по крайней мере, для себя.