Чтение онлайн

Я слегка выдохнул, заулыбался бургомистру и быстро произнёс:

— Образец, конечно, требует более тщательной проработки и какое-то время уйдёт на устранение всех негативных побочных эффектов, но согласитесь, перспективы видны уже сейчас. Такой взрывной рост позволит обеспечить продовольствием не только сам город, но и создать весомую статью экспорта…

Услышав про экспорт, критикан бледного вида, что толкал речь о нуждах собственников, внезапно задумался тоже. Похоже магистратские деньги шли как раз через него.

— А это развитие портовой инфраструктуры, — принялся я вколачивать аргументы с удвоенной силой, — новые рабочие места, экономические связи с другими регионами, привлечение частного и иностранного капитала и повышение товарооборота в целом. Престиж города, статус, амбиции, всё это взлетит на недосягаемую ранее высоту!

Выпалив всё это на одном дыхании, я умолк, с ожиданием глядя на бургомистра. Хоть что-то но должно было его в моей речи зацепить. Или я уже даже не знаю, какие ещё аргументы привести, как ещё эти Нью Васюки ему расписать. Правда, в отличии от Остапа Бендера, я-то собирался свою работу сделать, а не только срубить бабла. Тут моя совесть была чиста.

А бургомистр, поглядев на своих оживившихся и зашушукавшихся сотрудников, перевёл взгляд на меня и уточнил:

— И что для этого нужно?

— Всего-то двадцать тысяч золотых в год, на срок до пяти лет, — скромно произнёс я.

Наступила тишина.

— На что? — уточнил бургомистр.

— На проведение дополнительных изысканий, закупку материалов, зарплату исследователей, аренду площадей под опытные высевы, складских помещений, плюс организация мер безопасности на случай непредвиденных обстоятельств и страховка от возможного ущерба, — быстро ответил я.

Глава города вновь задумался, а бледнолицый недовольно уточнил:

— И что, результат только через пять лет?

— Нет конечно. Первые положительные результаты уже в течении года, а за пять лет мы просто эффективность нашей разработки доведём до максимума, — поспешно объяснил я.

Пара советчиков подбежали к бургомистру и принялись что-то нашёптывать на ухо. Я терпеливо ждал, понятно, что никому так просто не хочется расставаться с деньгами.

Наконец, по прошествии десятка минут долгих обсуждений, бургомистр кивнул своим канукам и, поджав губы, пристально взглянул на меня.

— Предложение заманчивое, не скрою, но город не может себе позволить тратить такие суммы на… подобные проекты.

Он замолк. Я тоже не спешил начинать говорить, чувствуя некоторую недосказанность и продолжая смотреть ему в глаза. Глава города пожевал губами, затем медленно произнёс:

— Но тысяч пять в год, пожалуй, мы можем себе позволить. С выплатой по тысяче в месяц.

Внутренне я возликовал, но внешне постарался сделать как можно более грустное лицо, покивал, вздохнул деланно и ответил:

— Спасибо, господин бургомистр. Это, конечно, меньше, чем нам бы хотелось, но, всё-равно, мы приложим максимум усилий, чтобы в самые кратчайшие сроки порадовать город результатами наших изысканий.

Главное мы сделали, денег выбили. На этом наше выступление можно было считать законченным и я махнул рукой студентам, чтобы собирали инвентарь. Стенды, плакаты, ещё этот ящик с своевольным образцом…

Но тут, спокойную атмосферу зала разорвал истошный женский крик, раздавшийся из коридора.

Все тут же ломанулись туда и когда я протолкался сквозь толпу, оказавшись в первых рядах, то тут же увидел причину крика. Наш экспериментальный образец, который слегка ещё подрос, каким-то образом выбрался из ящика и теперь, щёлкая всеми своими двадцатью пастями, вылупившимися из зёрен колоса, грозно наступал, перебирая корнями, на каких-то тёток из магистрата, испуганно вжавшихся в стену.

Кто-то попытался колдовать, крикнув:

— Погодите, сейчас я его спалю!

Но вот так уничтожить подобный чрезвычайно любопытный результат эксперимента…

У меня ёкнуло сердце и я заорал:

— Не сметь! Брать только живьём! На опыты пойдёт. Гигор, Силлана, окружайте его.

Отрицательный результат, — тоже результат, углубленное изучение подобного неудачного образца, поможет понять, с какими ещё мы, в будущем, можем столкнуться проблемами. Поэтому, группой загонщиков, мы смогли накинуть на стебель плащ и спеленать брыкающееся и кусающееся растение.

— Уносите в Академию, — распорядился я, вытирая со лба пот, — и в клетку какую-нибудь посадите. Только земли насыпьте, чтоб не сдохло.

Обернувшись, увидел застывшего рядом, задумчивого бургомистра. Тут же постарался придать лицу добродушное выражение. Махнул рукой, сказал:

— Не обращайте внимание, обычный исследовательский процесс, ничего такого.

— Ага, ага, — покивал тот, продолжая находиться в каких-то своих мыслях.

Вдруг, взял меня за отворот мантии и, заглянув в глаза, пытливо спросил:

— А эта ваша пшеница лаять может? Ну чисто теоретически?

— Э-э… — неожиданный вопрос поставил меня в ступор, но собравшись с мыслями, я осторожно ответил, — ну-у, чисто теоретически, в ходе определённых модификаций, думаю, какие-то звуки она издавать сможет, может даже похожие на лай, а что?

— Да я с детства собак не люблю, — ответил глава города, — а эту на цепь посадить и готовый сторож в саду, заодно и кормить не надо. Только голос подавать научить.

— Хе-хе, — посмеялся я, но внезапно понял, что бургомистр не шутит и сразу серьёзно покивал, — да, конечно, обязательно постараемся. Какую-нибудь особую, сторожевую породу выведем.

Похлопав меня по плечу, глава Анкарна отправился по своим делам, а я только покачал головой, буркнул вполголоса:

— Только сторожевой пшеницы нам не хватало.